Мужик с монтировкой бросил ее и тоже поднял руки.

— Забирайте его и валите, — сказал Игорь. Голос был как чужой и звучал будто со стороны. — Ружье не трогать.

Они не спорили. Вдвоем подхватили раненого под мышки, тот кричал и ругался, сапоги волочились по асфальту. Затолкали его в кабину. Парень прыгнул за руль, «Газель» дернулась, задела бортом стену дома и выкатилась на улицу. Мотор взревел и ушел вдаль. Проезд опустел.

Игорь стоял и смотрел на кровь на асфальте. Ружье мужика лежало у его ног. Он отпихнул его носком ботинка к стене пристройки. Подбирать не стал: руки были заняты, а время дорого.

Удары в доме стали чаще. А с улицы, со стороны сквера, донесся еще один звук, знакомый: шлепанье босых ног по асфальту.

— Сеня, машину во двор, под пристройку, — сказал Игорь. — Я держу проезд.

Семен повесил автомат за спину и побежал к «Паджеро». Игорь шагнул во двор и поднял голову.

— Эй! Слышишь меня? Живая?

Девушка выпрямилась. Каска сбилась набок. На вид она была цела.

— Слышу.

— Можешь спуститься на пристройку? С веревкой?

Она посмотрела вниз, на плоскую крышу под балконом, потом на дверь у себя за спиной. Там снова ударило, и дверь отозвалась железным гулом.

— Могу. Мне минута нужна.

— Давай.

Она сняла с плеча моток веревки, обвела ее вокруг стойки ограждения, затянула, подергала проверяя. Игорь повернулся к проезду. «Паджеро» въехал во двор, Семен развернул его и стал сдавать задом к пристройке.

Первая тварь появилась в проезде, пока машина еще двигалась. Выскочила с улицы, на мгновение остановилась, будто осматриваясь, и побежала на Игоря. Он выстрелил. Тварь оступилась, но устояла. Он выстрелил еще раз, и она наконец упала. За ней в проеме показалась вторая. Игорь выстрелил три или четыре раза и остановил ее буквально в паре метров от себя. Упав, та по инерции проехала на животе еще метр и оказалась прямо под ногами у Игоря. В это время первая ужеподнималась на четвереньки, но встать так и не могла.

Затвор встал в заднее положение. Пусто.

Он выдернул из кобуры обрез, сделал пару шагов вперед, взводя курки. Выстрелил. Тварь, которая пыталась подняться, легла и больше не двигалась. Осматриваясь по сторонам, Игорь стал быстро перезаряжаться. Затолкав семь патронов в «Бенелли», восьмой он дослал прямо в патронник. Последним дозарядил обрез. Все заняло не больше тридцати секунд.

— Игорь! — крикнул Семен сзади. — Она спускается!

Он кивнул, но оборачиваться не стал, продолжая следить за выездом из двора.

За спиной щелкнул карабин. Послышался короткий скрежет подошв по стене.

— Под веревкой не стойте! — предупредила девушка.

Игорь все же бросил взгляд через плечо. Девушка уже спускалась с балкона на веревке, отталкиваясь ногами от стены. Правой рукой она понемногу отпускала веревку и плавно опускалась все ниже. Под ней раскачивался большой красный мешок, привязанный коротким шнуром к ее страховочному поясу.

Коснувшись крыши пристройки, она сразу встала на обе ноги, опустила мешок и ослабила веревку. Над головой затрещало. Дверь в техническое помещение наконец подалась, и на балкон вышла белая фигура. Голая и длинная.

— Над тобой! — крикнул Игорь.

— Вижу.

Девушка выщелкнула веревку, подхватила мешок и отошла от стены. Тварь перегнулась через перила. Потянулась к веревке, зацепила ее пальцами и дернула. Свободный конец взлетел над крышей.

Девушка с красным мешком в руках уже была у края.

— Кидай! — крикнул Семен.

Красный мешок с глухим стуком упал на крышу «Паджеро». Еще одна сумка осталась наверху, возле твари. Девушка посмотрела на нее, коротко выругалась и присела у края пристройки.

До крыши машины было не меньше полутора метров. Она развернулась лицом к стене, легла животом на край и опустила ноги. Повисла на руках, нащупала носком крышу «Паджеро» и через секунду оказалась на ней, тут же подхватила мешок и передала его Семену.

— Держи. Тяжелый.

Пока он опускал мешок на асфальт, она легко спрыгнула на землю. Отступила от машины и глянула наверх.

— Все. Поехали.

Тварь на балконе перевалилась через перила. Повисла на руках, примериваясь к крыше пристройки, собираясь прыгать.

— В машину!

Семен забросил мешок в салон и прыгнул за руль. Девушка нырнула на заднее сиденье. Игорь, пятясь от проезда, добежал до пассажирской двери. Когда «Паджеро» выехал из двора, в зеркале было видно, как белая фигура приземлилась на крышу пристройки и выпрямилась во весь рост.

Минуту в машине никто не говорил. Девушка сидела, сжавшись, на заднем сиденье, обхватив руками мешок. Каску она сняла. Под каской оказались коротко стриженные русые волосы, влажные на висках, и круглое лицо, бледное, со ссадиной на скуле. Лет двадцать пять, может, чуть больше. Заметив, что Игорь рассматривает ее в зеркало заднего вида, она улыбнулась и представилась:

— Ира Еремеева. Спасибо вам.

— Игорь, — кивнул тот. — Это Семен. Ты как там оказалась-то?

— Мы этот дом третью неделю делаем. Ну то есть фасад делаем. — Она перевела дыхание. — Я здесь недалеко живу, в общежитии. Когда ночью началось, побежала сюда: на третьем этаже у нас кладовка, ключи у меня, снаряжение там, вода. Думала, отсижусь, а днем веревкой во двор и к своим. А тут эти приехали.

Игорь слушал, не оборачиваясь. Сидел, зажав ружье между коленями, и смотрел вперед, на дорогу. Перед глазами снова стоял мужик, которого его выстрел согнул пополам. Тот прижимал ладони к животу, а между пальцами текла кровь. Вряд ли выживет. Тут, наверное, и хирург не поможет. Да и где его сейчас взять?

Ира расстегнула ворот комбинезона и посмотрела на свое колено. Ткань была разодрана, на ноге ссадина.

— Комбинезон новый, — сказала она, ни к кому особенно не обращаясь. — Под расписку выдавали. Теперь платить за него придется.

Семен хмыкнул и коротко улыбнулся в зеркало.

А Игоря вдруг взяла злость. Он только что, возможно, убил человека, а она — про какой-то комбинезон. Вот же курица! Он открыл было рот, чтоб высказать все, что он об этом думает, но понял, что сейчас наговорит такого, о чем потом пожалеет, и закрыл его. Девушка была ни в чем не виновата. Это он знал. Вмешаться он решил сам. Он отвернулся к окну и молчал до самой пожарной части.

Возле пожарной части скопилось довольно много машин, но все стояли не ближе пятидесяти метров от наглухо запертых ворот. Рядом со старой побитой «девяткой» лежали сваленные в кучу бледные голые тела. К ним по асфальту тянулись следы волочения. По другую сторону проезда в ряд лежали тела людей, накрытые брезентом. Сколько было тех и других, разобрать было невозможно.

«Ларгус» Глеба стоял возле широкого проезда, который, видимо, специально оставили свободным. В машине уже никого не было.

Семен подогнал «Паджеро» к воротам, но выйти им не дали. С крыши кто-то закричал, требуя немедленно убрать машину и встать рядом с остальными.

Ни Игорь, ни Семен спорить не стали. Семен отогнал машину к припаркованным, развернув ее к выезду.

Калитку им открыл мужчина с карабином «Сайга». Увидев автомат у Семена, он заметно оживился.

— Заходите, мужики.

В большом дворе, перед закрытыми боксами, стояла пожарная машина на базе «Урала» со снегоуборочным отвалом спереди. Окна кабины прикрывали самодельные решетки, приваренные к кузову. Видно было, что машина уже побывала в переделках: двери с водительской стороны изрядно помяты, лобового стекла нет.

Рядом, в тени машины, сидели несколько человек в форме МЧС и гражданские. Вооружены были кто чем. У большинства имелись охотничьи ружья, у остальных под рукой лежали пожарные багры и топоры.

Неподалеку Игорь заметил Глеба и Аркадия Львовича. Вместе с двумя сотрудниками МЧС они куда то несли Тамару Павловну на мягких тканевых носилках.

Куда ни посмотри, везде сидели люди. В основном женщины и дети. Мужчин вооружали чем могли и занимали посильной работой. Вот только выбор оружия был невелик: все те же багры, лопаты, топоры, ломы и кувалды из запасов пожарной части.