Вздохнув, я поднялся. Допускать самосуд, пусть и над этим продажным чиновником, я не хотел. И что уж говорить: он заинтересовал меня. Учитывая реакцию собравшихся, ценность его стала немного выше. Может, у него есть информация не только о местном криминальном мире?

Быстрым шагом я обошёл небольшую толпу, оказавшись между пиратами и губернатором. Посмотрел на Рудокопа, задумчиво осматривая его бластер, направленный точно на чиновника, после чего одним отточенным движением выхватил свой игольник и упёр его ствол прямо в голову пирата. Остальные тоже потянулись к оружию, но возникшая сбоку Райра и двое легионеров, направившие на них штурмовые комплексы, быстро умерили этот пыл.

— Слушай, Рудокоп. Я не знаю, что у тебя за дела с этим… губернатором, да мне и плевать. Но в моей системе другие законы. Поэтому опусти ствол, отдай его моему гвардейцу и сядь, — спокойно проговорил я.

Лицо мужчины исказила гримаса ненависти. Интересно, что заставило его так ненавидеть всех имперских аристократов? Хотя… Я же сам был таким. Да, я вёл с ними дела, строил союзы, получал кредиты. Но я отлично помнил, кто уничтожил мой Дом. Император был не единственным виновником. Возможно, некоторое время назад мы с Рудокопом неплохо бы сошлись на почве ненависти к Империи. Но теперь он становился опасным.

— Ты мне никто, чтобы отдавать приказы, — зло процедил Рудокоп.

Я заметил, как напрягся его палец на спусковом крючке бластера.

— Э, не-не, выстрелишь, и, клянусь Бездной, твоя голова украсит центральный зал этого замка, — я для веса своих слов слегка повёл стволом, опустив его на уровень груди.

— Встреться мы один на один, я бы тебя прибил и не пожалел об этом, — проговорил пират.

— Возможно, но теперь другая ситуация. Мне он нужен живым. Хочешь с ним разобраться — я дам тебе такой шанс. Но только тогда, когда он перестанет приносить пользу. И для этого тебе придётся принять мою сторону.

Рудокоп недоумённо посмотрел на меня. Вот этого он точно не ожидал. Позади я услышал возмущённый возглас и короткий глухой удар, который заставил губернатора согнуться вдвое. Это Райра решила, что он может помешать нашей беседе, и пресекла попытку бывшего правителя сектора что-то возразить.

Пират перевёл взгляд на ползающего по полу губернатора, потом посмотрел на меня с неприкрытым презрением и злостью. Но я видел, что внутри него идет тяжёлая внутренняя борьба: принять или не принять моё предложение. Наконец прагматичность всё же победила. Пират сплюнул, отвёл ствол в сторону, перехватил его за ствол рукоятью вперёд и передал Райре.

Та ловко подхватила оружие, быстрым отточенным движением отсоединила батарею, спрятав её в подсумок на бедре, а сам бластер закрепила в магнитных захватах на поясе своего скафа. Я тоже не стал испытывать судьбу и вернул игольник в кобуру, при этом не сводя пристального взгляда с пирата.

— Будь по-твоему, герцог. Я приму твоё предложение. Всё же я не хочу, чтобы мои люди гнили на добыче гелиона, — прошли те времена, — наконец сказал Рудокоп.

— Вот и отлично, — я кивнул и посмотрел на остальных. — Жду и ваших ответов, господа и дамы.

— Тебе придётся в точности сообщить о том, какие дела больше нельзя вести в Граде и Золотом Солнце. В остальном я тоже выбираю свободу, — проговорила ракси. Она первой сжала руку в кулак и глухо стукнула себя в грудь в районе сердца.

— Это безусловно. Кроме того, ваш статус будет узаконен. Вы отныне не будете пиратами, да и наёмниками вам тоже не быть. Ваш статус будет приравнен к каперству. Позже я разъясню, что это значит.

Мысленно я выдохнул. Вести переговоры с пиратами куда сложнее, чем с представителями Великих Домов или другими аристократами. Любое неосторожное слово может привести к перестрелке и смертям. Одно связывало их всех — выгода. Всем, начиная от высшей знати и заканчивая самыми отбитыми пиратами, нужно было только одно — кредиты. И если я могу дать им стабильный источник дохода, все они согласятся работать на меня. А вот заставить их поверить в мою идеологию и цели будет уже сложнее. Но начинается всё с кредитов.

Я устало опустился на мягкую кровать, рассеянно изучая резные барельефы на потолке спальни. Замок был действительно богат: бывший губернатор явно не скупился на собственный комфорт, превратив это место в подобие личного имперского дворца со всеми мыслимыми излишествами. Изысканная кухня, просторные комнаты отдыха, гостевые покои и многое другое. На нижних ярусах подземного комплекса обнаружился даже огромный крытый парк.

Конечно, до монументального великолепия резиденций глав Великих Домов или самого Императора здешним интерьерам было ещё очень далеко. Но если сравнивать с теми спартанскими условиями, что окружали меня на Раграсе, а тем более во Фронтире, то теперь я действительно жил как настоящий герцог. Само собой, замок полностью перешёл в моё единоличное владение, как и вся система Золотого Солнца со всеми её планетами. Госпожа Люмен уже официально признала мой протекторат над этим сектором, так что формально я получил необходимый минимум легитимности. Конечно, формально я должен был передать Люмен во владение около тридцати процентов некоторых активов системы, например доход с добывающих предприятий и верфи. Но в остальном системой владел я.

Да и сам я уже твёрдо решил превратить именно Град в свою новую столицу. Раграс был неплох в качестве первоначального плацдарма и, возможно, оставался бы в центре моего внимания ещё много стандартных циклов, не начни всё так стремительно катиться в Бездну сразу после гибели Императора. Не то чтобы я обладал неопровержимыми доказательствами того, что смерть правителя была спланированным убийством, но слишком многое указывало на такой исход. Впрочем, сейчас это была не моя забота.

С присоединением второй прибыльной системы мне требовалось всерьёз продумать расширение и масштабную модернизацию собственного флота. Сейчас нужно было всеми силами готовиться к полномасштабной войне. То, что произошло с имперским гарнизоном Золотого Солнца, стало крайне тревожным звонком: вскоре многие системы во Фронтире начнут стремительно терять свои вооружённые силы из-за массового дезертирства. И когда об этой слабости прознают внешние враги, они непременно воспользуются предоставленным шансом.

Я поднял руку, посмотрел на растопыренные пальцы, а затем с силой сжал их в кулак. Чует моё сердце, придётся нам сражаться на два фронта. А то и на все три, если к этому кровавому веселью присоединятся ещё и Пожиратели. Отвратительно. Весь мой первоначальный план, который я так тщательно выстраивал в голове, теперь пошёл прахом, и новый приходилось придумывать буквально на ходу.

От размышлений меня отвлёк коммуникатор. Он настойчиво запищал, требуя немедленного внимания. Я сел, потянулся и подхватил устройство с прикроватного столика. Нажал на кнопку приёма вызова, подтвердил создание голограммы и бросил комм обратно на столешницу.

Над ним вспыхнуло изображение. На меня тревожным взглядом смотрела Венера. Я ожидал увидеть кого угодно, только не её. Я почему-то сразу напрягся, словно на Раграсе случилось нечто непоправимое. Может, мне передалось её волнение? Подавив тревогу, я спросил:

— Привет, принцесса. Что случилось?

— Привет, герцог, — улыбнувшись уголками рта, отозвалась девушка. — В нашу систему вошли военные корабли имперского флота. Точнее, всего пара вымпелов.

— Разведка? — тут же подобрался я.

— Нет. Рен докладывает, что они дезертировали из Третьего Ударного и хотят присягнуть на верность мне как законному регенту Империи.

Девушке явно было непросто говорить об этом. Венера прикрыла глаза и сделала несколько коротких вдохов, усмиряя чувства, разбушевавшиеся при упоминании Трона и гибели отца. Затем решительно распахнула ресницы и посмотрела на меня.

— И что ты об этом думаешь? — осторожно уточнил я.

— Я не хочу во всё это ввязываться. Но и прогнать их тоже не могу. Я не знаю, что мне делать, Дэм. Просто… я правда не понимаю, — она искренне и растерянно пожала плечами.