— Как будто за неделю не могли угомониться!

Я пытаюсь отстраниться от некроманта, но он не дает этого сделать, хмыкнув и поцеловав меня в волосы. Мы идем навстречу главе Совета Магов, который приветливо смотрит на нас:

— Рад видеть вас в добром здравии. Вижу, спайка оказалась не менее удачливой, чем в прошлом составе, — мне кажется в словах менталиста скрытый намек на близкие отношения между мной и Тео, но Кельвин их развеивает:

— Совет Магов и все жители города бесконечно благодарны вам за помощь в устранении незапланированного крушения поезда. Вы спасли множество жизней.

— Множество жизней было бы спасено, не реши Творец сшить две половинки несовместимого мира запонками, — не выдерживаю я официоза в словах мага и с удовольствием наблюдаю, как бледнеет его лицо. — А сейчас давайте сделаем то, ради чего собрались здесь. Я планирую остаться в живых после седьмого нефилима.

На лице Кловис читается нескрываемая настороженность, и я начинаю задумываться о том, каким боком она замешана в этой истории. Ведь не может рядовой маг, пусть даже и аннигилятор, просто расхаживать вместе с его главой. Еще бы время на то, чтобы все осмыслить.

Потом, все потом.

Мной руководит единственное желание: выжить.

Любой ценой и несмотря ни на что.

Джонс изучающе разглядывает меня, словно пытается найти признаки раздражения или отсутствия хорошего расположения духа. И не может. Я настроилась на работу, я сейчас — сплошной холодный разум, которому не дает окончательно оцифроваться только близкое нахождение Тео. Я в который раз благодарю Творца за то, что позволил нам однажды повстречаться.

— Что ж, — тем временем, вещает глава Совета Магов, — деловой подход к вопросу лишний раз доказывает вашу компетентность, Рен. Позвольте, мы покажем вам, где именно произошла беда с моей помощницей.

А я, кажется, и так догадываюсь. Где — то в районе того самого пруда. И действительно, Кельвин ведет меня к нему. Неясная догадка скользит по краю сознания, но я еще не знаю, как именно облечь ее в слова. Черт, впервые не прочитала толком материалов дела, отвлекшись на Хани и Боно, которых возвращение моего зрения вывело из привычно-спокойного состояния. Знать бы что — нибудь личное об этом секретаре.

— Босс сказал, что ваша помощница приходила в школу за сестрой.

— Да, верно, — кивает, разворачиваясь, Джонс.

Мы с Тео следуем за ним почти след в след, Хани — чуть дальше нас, рядом с Кловис. Замыкают шествие Сури и Доминик, и это немного успокаивает меня: я до сих пор боюсь, что приближение к ирису сыграет с нами злую шутку.

— Элеонора как раз направлялась во дворик для того, чтобы забрать Агнес домой.

— Агнес? Агнес Бенуа?

Много ли девочек в нашем городе носят это старинное имя?

У меня почти нет сомнений в том, какой последует ответ.

— Совершенно верно.

— Еще один потомок Кепраила?

Помня освобождение Бенуа-младшей, не могу спокойно говорить о том, что и Элеонора вернется с изнанки с наименьшими для меня потерями.

— Нет, — рассеивает подозрения Джонс. — Элеонора приемная внучка. Да, думаю, это слово подойдет более всего. Просто нефилимы имеют свойство притягиваться друг к другу. Агнес и Нора, познакомившись, не могли оторваться друг от друга. Констанс и принял решение о том, чтобы больше не разлучать их.

Как благородно со стороны помешанного на равновесии чудо-мага, думается мне. Откуда столько душевности в поступках, казалось бы, исключительно расчетливой личности?

Я не знаю ответов на эти вопросы.

Они снова устремляются в тот ящик моего сознания, где хранятся все проблемы, с которыми я обещаю разобраться, если останусь жива.

Когда Джонс останавливается, со стороны ворот слышится предупреждающий гудок машины с капсулой из морга. Оперативно, ничего не скажешь. Для возвращения обычного жителя нам бы пришлось еще некоторое время ждать приезда катафалка.

Тео и Доминик, не сговариваясь, подрываются с места, чтобы помочь приехавшим ребятам вытащить резервуар с девушкой.

— Я хотел бы попросить вас, Рен. Не выставляйте купол воина во время ритуала. Кто знает, кому может потребоваться больше помощи после вашего возвращения.

Джонс опять говорит загадками.

— Это нужно согласовать с Хани, — бьюсь об заклад, что к нашему воину, пользуясь отсутствием целителя, сейчас применяется ментальное воздействие, поскольку подруга слишком быстро соглашается с доводами главы совета:

— Разумно. Хоть и рискованно.

— Совет Магов готов оплатить ваши издержки как воина, если приключатся непредвиденные обстоятельства, — как ни в чем не бывало, отвечает менталист. — Давайте приступим сейчас, — кивает он на начавшие сгущаться тучи с мелькающими в них красными всполохами. — Разрывы Грани, сами понимаете, еще никто не отменял.

Я прослеживаю взглядом направление, указанное менталистом, и желание поскорее вернуть нефилима подскакивает до заоблачных высот. В этот раз ярко-алые вспышки на небе особенно заметны, и мне становится не по себе. Руку сжимает подоспевший вовремя Тео, это меня немного успокаивает. Я смотрю на подругу, которой может быть нелегко, она обещает, что сделает все возможное, не причиняя вреда собственной жизни. Еще свежа в памяти тренировка Анубиса. Но она была на пользу. Я мысленно посылаю стражу волну благодарности, зная, что молчаливый мужчина непременно ее получит, и начинаю просматривать близлежащие граничные кусочки на предмет того, который отведет меня к Осирису.

Переход находится быстро и, в последний раз окинув взглядом нашу молчаливую компанию, задержавшись на Тео, я коротко улыбаюсь и приближаюсь к нужному полотну. Руки потеют от напряжения, но я собираюсь с духом и отвожу ткань в сторону.

Пришло время взглянуть в глаза собственной судьбе.

Пост Осириса нахожу практически сразу. Страж стоит ко мне спиной и, как мне кажется, задумчиво разглядывает пространство изнанки. Когда я подхожу к нему, он поворачивается с легкой улыбкой и приветствует:

«Я рад снова видеть тебя, маленькая. Теперь работа стража кажется мне скучной и неинтересной, когда на той стороне ждет почти семья…»

«Семья? — я заинтересованно смотрю на него и приподнимаю брови, требуя продолжения. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?»

«Потом, все потом, — загадочно улыбается Осирис. — Ты пришла за нефилимом?»

«Да…»

«Он недалеко. Можешь просто позвать, он не собирался улетать на окраину изнанки».

«Спасибо за совет, — улыбаюсь я. — Если что — будь готов к моему скорому возвращению».

«Это седьмой нефилим? — хмурится Осирис. — Неужели я настолько выпал из жизни, что утратил им счет?»

«Седьмой, Ос, — киваю я. — Так что Грань, возможно, вскоре устроит мне пышные похороны».

«Некромант этого не допустит, — уверенно отвечает Осирис. — Не зря он столько времени тебя дожидался».

«Ос, почему о своей прежней жизни помнят абсолютно все, только не я? — задумчиво смотрю я на стража в поисках ответа. — Почему среди остальных я чувствую себя слепым котенком? Почему не помню события, происходившие до моего шестилетия?»

«Детская память имеет свойство забывать все неприятное, — с улыбкой отвечает Осирис. — Придет время, и ты обязательно вспомнишь».

В ответ я пожимаю плечами, не веря словам стража. Сейчас не время думать о себе. Я прохожу мимо мужчины и окидываю взглядом пространство. После возвращения полноты зрения с уверенностью могу сказать: моя работа связана с кроваво-красным маревом, насыщенным всполохами душ почти по всей своей «поверхности». Кое-где виднеются их сгустки, и я догадываюсь по одинаковым цветным переливам, что эти души и при жизни находились в родстве или близости. Вполне возможно, что цикл перерождения не затронет их связи, позволив появиться на свет и снова быть рядом. Тут же проскакивает завистливая мысль: позволят ли мне самой выйти из-за Грани, если что-нибудь случится?

Ответ, пришедший в голову, совсем не воодушевляет.

Я стою посреди безмолвной пустыни и начинаю звать Элеонору по имени. Чрезвычайно светлая душа появляется почти мгновенно, подлетая ко мне и делая несколько оборотов вокруг. Не доверяет, думаю я, усмехаясь самой себе, и протягиваю руку, чтобы она могла поближе познакомиться со мной. Конечно, встреча в приемной состоялась относительно недавно, сколько таких желающих проходит через ее руки ежедневно. Всех не упомнишь, всем приходится приветливо улыбаться.