— Иногда мне кажется, ты предвидел, что все эти умения пригодятся одной непутевой ходящей, — пытаюсь пошутить я, но Тео не улыбается. Похоже, я не так уж далека от истины. — Откуда у тебя появилось столько способностей?

— Пока я был архангелом, в мои обязанности входило уравновешивание плохих и хороших поступков людей. Если человек слишком погряз в грехах, я делал так, что он начинал заниматься благотворительностью. После неожиданной аварии могло наступить чудесное исцеление. В бытность помощником Творца я узнал много нового, а потом стал применять на практике. Я, конечно, не мог сравниться по силе с Салвиилом, но зато открыл в себе способность к метаморфозам. Я мог изменяться. И это помогло, когда исчезли крылья. Архангелы ведь, по сути, те же маги, просто летать умеют и силы больше. Окончательно став смертным, я смог применять старые знания на практике. Так и пришла идея попробовать новые способности, ведь после Творца осталось только целительство.

— А ты не хотел бы вернуть крылья? — мне страшно задавать вопрос, но я должна знать.

Если Тео хочет вернуться к архангелам, я опять останусь одна. Но я не должна мешать ему.

Осторожная улыбка некроманта развеивает все сомнения:

— Ты не представляешь, что такое находиться под неусыпным контролем Творца. Тем более, я никогда не отличался кротостью характера и всегда шел путем, который считал нужным, Рен.

— Он и сейчас наблюдает за тобой?

А вдруг слова Кларис о том, что Творец до сих пор жив, являются чистой правдой?

Тео насмешливо улыбается:

— Ты обязательно с ним встретишься, Рен. Тогда, когда придет время.

Вот умеет он говорить загадками, да еще и жгучий интерес разжигает.

— А ты знаешь, кто он? В каком обличье прячется?

— Я за продуктами, — вместо ответа сообщает Тео, давая понять, что этот ответ пока не для моих ушей. — С тебя необходимо примерное поведение и мытье посуды! — он быстро целует меня в нос, показывает мне язык, который я с удовольствием кусаю, и смеется.

Когда за некромантом закрывается дверь, я понимаю, что час Х для подарка Хани настал.

Сначала я решаю позвонить всем и поздравить с наступающим новым годом. Заодно дать понять, что звонить ходящей в полночь — не самая лучшая идея.

Боно вместе с Люси, увлеченно исполняющей кантри на заднем плане, от всей души желают встретить праздник так, чтобы весь следующий год ходить с улыбкой на лице. Я клятвенно заверяю, что именно так и будет, однако в голосе начальника слышу хорошо скрываемую напряженность.

— Ты что-то хочешь сказать? — я знаю ответ на свой вопрос.

— Постарайся хорошенько отдохнуть за предстоящую неделю каникул, — подтверждает подозрения Боно. — У нас заказ от Совета Магов.

— Даже так? — удивленно вскидываю брови, удобнее перехватывая телефон. — И кто же клиент с того света?

— Личный секретарь Кельвина Джонса, — спустя мгновение, неохотно отвечает Боно. — Собственно, сам Джонс и пожелал, чтобы этим занималась ваша тройка.

— Интересно, — интересно, а нефилим ли наш клиент! — Отлично, значит, неделя еще есть.

— Да, Рен, потому и решил предупредить заранее. Я, конечно, Кельвина ценю и уважаю, но, черт возьми, — Боно тяжело вздыхает, — у меня такое пакостное состояние на душе.

— Понимаю, — я невольно улыбаюсь. — Обещаю оттянуться на полную катушку. Привет Люси. И с наступающим!

Тепло распрощавшись с начальником, набираю Сури. Слушая смущенные поздравления подруги, не раз и не два ловлю себя на мысли, что ей что-то известно. Только вот что именно? Неужели ирис выложил, как на духу, некоторые события вчерашней встречи? Занятно. На вопрос о состоянии здоровья Доминика не получаю вразумительного ответа, кроме того, что ирис находится под постоянным врачебным наблюдением. Ну что ж, значит, так тому и быть. Я хочу перевернуть эту страницу своей жизни. У меня по расписанию новый год. Но прежде чем звонить Хани, я решаю присмотреться к ее посылке.

Пакет, о котором говорил Тео, находится в кресле у входа в комнату. Матовый и черный, по размерам он вполне в состоянии вместить в себя несколько костюмов. На однотонной поверхности блестящими буквами переливается аппликация с названием магазина «Секрет Изабеллы». Я понимаю, в какой магазин хотела затащить меня Хани. Становится страшно просматривать содержимое, но, собрав волю в кулак, я мужественно погружаю руку внутрь.

Что может предложить скромной девушке лучший магазин нижнего белья и эротичных платьев в городе? Хани учла все мои претензии по поводу откровенных нарядов. Комплект не вызывает ни единого возражения. Ничего не могу с собой поделать — обожаю кружево в любом его исполнении. Бюст и трусики любовно разглядываю со всех сторон. С поясом для чулок подруга явно перестаралась, чулки могут прекрасно держаться и без него. Да и как Хани собиралась нацепить на меня пояс при таком платье?

Нет, оно было прекрасным. Черное, по фигуре, вот только боковых швов на нем не было. Вместо них имелись… булавки. Рассматривая свою форму одежды на вечер, я пришла к выводу, что это просто две полоски ткани, по бокам соединенные блестящими шпильками. Вот и повод позвонить подруге появился. Хорошо, что она догадалась платье с плечиками приобрести.

— Внимательно слушаю, — на том конце раздается мурлыкающий голос Хани.

— Какого цвета булавки? — без предисловий интересуюсь я, не пытаясь скрыть довольства в голосе.

— О, вижу, подарок понравился. И тебя с наступающим!

— Понравился настолько, что уже сейчас хочется примерить, — признаю я, не в силах оторваться от расстеленного на кровати платья.

— Так в чем проблема? Надевай и вперед — на покорение неприступных вершин! — я почти уверена, что Хани сейчас предвкушающе улыбается.

Мечтает, как будет допрашивать меня насчет подробностей наших с Тео отношений, как же.

— Нам еще ужин праздничный готовить, — признаюсь я. — Не хочется пачкать красоту.

— Я тебя умоляю! — фыркает Хани. — Когда тебя в этом увидят, никакого ужина не потребуется.

— Провокаторша, — улыбаюсь я, и Хани согласно хихикает.

Мы еще некоторое время болтаем, в том числе — о новости Боно, и я делюсь своими опасениями по поводу появления последнего нефилима. Подруга советует пока об этом не думать. Вот придет положенное время — тогда и озаботимся.

На том и прощаемся. Непоколебимая уверенность Хани постепенно вселяется и в меня. Будущее больше не кажется мне угрожающим.

— Рен, — напоследок произносит Хани. — Они золотые — как искорки в твоих глазах.

— У меня есть искорки? — удивляюсь я.

— Да, — тон Хани приобретает мечтательность, — когда ты улыбаешься или расслабляешься, они всегда появляются, — и подруга вешает трубку.

Бросаю голодный взгляд на подарок. А что, если… совсем ненадолго? В душе зреет ощущение, что Тео задерживается. А может, и сам некромант решил передать мне эту мысль, чтобы сильно не переживала. Это спускает мои тормоза.

Мне нравится то, что видно в зеркале. И булавки здорово блестят. И белье не видно в просветах платья — Хани предусмотрительно выбрала с прозрачными вставками.

Этот новый год станет лучшим.

Если только Тео догадается перенестись телепортом, с сожалением думаю я спустя несколько минут, подходя к окну и наблюдая зарядивший на улице дождь. Забираюсь на подоконник и кладу голову на колени. Настроение медленно портится, будто пытаясь подстроиться под разыгравшуюся за стеклом непогоду.

Кто, все — таки, наш будущий клиент? Нефилимом ли является эта милая девушка, с улыбкой провожавшая меня в кабинет Джонса? Не удивлюсь, если это окажется так: главе Совета Магов выгодно иметь нефилима под рукой. Это почти выход на обладающих силой помощников Творца. Возможно, именно по это причине девушку и взяли на работу. Хотя Кельвин не производит впечатления человека, способного видеть рядом с собой глупость и бездарность. Нет, секретарь свое место получил заслуженно.

Голова постепенно клонится к стеклу, а глаза закрываются. Видимо Тео не лукавил утром, когда говорил, что окончательно измотал меня. Но, я надеюсь, об этом не узнают, а я сейчас, совсем ненадолго, просто отдохну и сразу же очнусь.