— Хрупкий бутон, значит? — шепнул он ей прямо в ухо, и в его голосе сквозило неприкрытое глумление. — Пульс пятьдесят восемь ударов в минуту. Дыхание ровное, диафрагмальное. Мышцы спины напряжены для рывка, а стойка идеальна для бокового апперкота. Кого ты пытаешься надуть, девка?

Варя замерла. Проклятый собачий слух оборотней сдал её с потрохами. Рагнар резко отпустил её, шагнул назад и повернулся к судейской ложе, гаркнув на всю арену:

— Леди Варвара продемонстрировала феноменальный самоконтроль! Ни единого скачка пульса даже под магическим давлением! Ставлю высший балл — «Превосходно»!

— Эй, пёс, ты ослеп?! — прошипела Варя, забыв про девичий фальцет, но писарь уже с благоговением выводил золотую руну в свитке.

Следующей к алхимическому столу вызвали Соню. Ей полагалось собрать стабилизирующий эликсир для раненых бойцов. Младшая подошла к делу с размахом: пока наставники отвернулись, она ловко умыкнула колбу с толчёным корнем василиска и заменила её на вытяжку сонного гриба, намереваясь устроить тихий пшик с последующей потерей сознания у всей комиссии. Она уже занесла руку над бурлящим котлом, как холодные, унизанные перстнями пальцы Малакара мягко перехватили её запястье.

Демон бесшумно возник за её спиной. Свободной рукой он аккуратно вынул поддельный пузырёк из складок её рукава и поднёс к свету.

— Замена катализатора на ингибитор четвёртого класса, — промурлыкал он так тихо, чтобы слышала только она. — Браво, ангелочек. Если бы эта смесь сдетонировала, мы бы проспали двое суток. Но в правильной пропорции…

Малакар небрежно щёлкнул ногтем по горлышку, высыпав ровно треть порошка в зелье. Жидкость в котле из мутно-зелёной мгновенно стала кристально-лазурной, испуская тонкий серебристый пар.

— Идеальная трансмутация! — громко объявил князь демонов, глядя на онемевшую комиссию. — Невеста интуитивно модернизировала формулу предков, создав высший сорт целительного настоя! Высшая оценка без права апелляции!

Соня возмущённо надула губы, готовая плеснуть в рогатого гада остатками щёлочи, но тот лишь насмешливо склонил голову, словно приглашая её придумать что-нибудь посложнее.

Как лучшей ученице практикума, Соне тут же разрешили пользоваться учебной лабораторией без постоянного надзора. Она постаралась не показать, насколько этот подарок оказался ценнее самой оценки.

Наконец, в центр вызвали Алису. Против неё выставили трёх магистров права Трёх Престолов для проверки «послушания законам мужа». Кайден лично бросил на стол тяжёлую папку с её вчерашней петицией о забастовке служанок.

— Леди Алиса утверждает, что устав Академии противоречит Высшему Кодексу, — холодно произнёс дракон. — Защищайте позицию, невеста. Докажите Совету, что вы не безумная бунтовщица, а юрист, или вас признают недееспособной.

Это был капкан. Если она промолчит и прикинется дурочкой — её объявят умалишённой и запрут в лечебнице. Алиса стиснула зубы. В ней взыграла профессиональная гордость, которую не смогла заглушить даже чужая реальность.

К счастью, от неё не требовали помнить местные законы наизусть: перед Алисой разложили кодексы и сборники прецедентов. Чужие буквы всё ещё выглядели непривычно, но память нового тела безошибочно превращала их в понятный смысл.

— С превеликим удовольствием, — процедила она ледяным тоном.

И следующие двадцать минут на полигоне творилась форменная казнь. Алиса листала разложенные перед ней кодексы, выхватывала из древних хартий нужные пункты, разбивала в пух и прах средневековые догмы магистров, цеплялась за приведённые ими же прецеденты Первых эпох и выстраивала логические цепочки такой убойной силы, что седобородые законники покрывались испариной и судорожно перелистывали страницы, не находя контраргументов.

Она говорила с блеском, яростью и абсолютной уверенностью человека, который двадцать минут назад хотел провалить экзамен, а теперь уже принципиально не мог позволить каким-то средневековым буквоедам выиграть спор.

Когда Алиса закончила, впечатав последний довод как гвоздь в крышку гроба, на полигоне повисла оглушительная тишина. Кайден медленно захлопал в латные ладони.

— Блестяще, — его рокочущий голос разорвал молчание. — Абсолютное стратегическое мышление и умение обращать законы Трёх Престолов в своё оружие. Идеальная первая леди престола Драконов. Мой вердикт — высший балл за всю историю Академии.

Алиса остолбенела. Мозг запоздало взвыл:«Дура! Ты же сама только что сдала их дурацкий экзамен на отлично!»

В судейской книге золотом засияли три высшие отметки. Кураторы удалились с триумфом победителей. А в центре арены остались стоять три сестры, задыхаясь от бессильной, клокочущей ярости. Варя с силой пнула чугунное ядро, покатившееся через весь плац, и развернулась к Алисе:

— Ну что, юрист?! «Будем изображать дурочек»?! Нас вытянули на золотые медали, чёрт бы побрал этих альфа-самцов!

Алиса тяжело дышала, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Взгляд её, устремлённый в спину уходящего дракона, сулил всему этому миру апокалипсис.

— Спокойно, — выдохнула она сквозь зубы. — Значит, экзаменами их не взять. Сначала выясним, чего эти трое действительно не выносят.

На следующий день Академия сама подарила им идеальную возможность для разведки.

Зал Тайных Собеседований был разделен на три изолированные кабины массивными перегородками из полупрозрачного дымчатого хрусталя. По правилам Академии, это называлось «Сближением душ» — ритуальные переговоры перед подписанием брачных клятв, где женихи и невесты могли впервые обсудить обустройство будущей совместной жизни, не нарушая академического протокола, по которому до официального допуска к свадьбе женихи не общались с невестами без защитной перегородки.

Но магия была бессильна против чистой человеческой неприязни.

В первой кабине Алиса сидела на жестком стуле, сложив руки на коленях и буравя взглядом темный силуэт по ту сторону стекла. Силуэт сидел небрежно, широко расставив ноги и закинув руку на спинку кресла. Даже через хрусталь чувствовалась его тяжелая, давящая аура.

— Итак, леди Алиса, — раздался низкий, чуть искаженный голос Кайдена. В нем не было ни капли романтики — чистое совещание совета директоров. — Поскольку вчерашняя аттестация подтвердила ваш незаурядный интеллект, перейдем к протоколу распределения ресурсов.

— Извольте, — холодно отозвалась Алиса. — Я как раз хотела выяснить график моих будущих страданий.

— Сразу после церемонии единения у алтаря вам будет предоставлен закрытый крытый экипаж до Южного Замка на границе с морем. Климат мягкий, гарнизон в сотню проверенных мечей под командованием старого коменданта. Резиденция перейдет в ваше полное хозяйственное управление. Ежеквартальное содержание — десять тысяч золотых дракаров. Личный выезд за пределы долины запрещен из соображений государственной тайны, но библиотека и террасы открыты круглосуточно.

Алиса медленно моргнула. Пальцы сжались на подлокотниках.

— Любопытно. А где в этом графике значитесь вы, милорд?

— В пятистах милях к северу, в действующей армии на Черных Пиках, — спокойно отозвался дракон. — Мой долг — рубежи Черных Пиков. Мы встретимся на следующем обязательном протокольном приеме через три года, если того потребует Договор.

Алиса подалась вперед, вперив ледяной взгляд в дымчатый хрусталь:

— То есть… я должна нацепить ваше кольцо, похоронить себя в глуши за каменным забором и выйти за вас замуж исключительно ради того, чтобы никогда вас больше не видеть?

Кайден по ту сторону стекла тихо, с искренним самодовольством усмехнулся:

— Я считал это главным преимуществом моего предложения. Разве не об этом мечтает любая разумная женщина — иметь статус правительницы, неограниченный кошелек и полное отсутствие мужа в спальне?

— Об этом мечтает вдова, лорд-маршал, — с ядовитой вежливостью отчеканила Алиса. — И поверьте, с таким подходом этот статус покажется мне куда привлекательнее брака.