Я заставила себя доесть, механически пережевывая пищу и совершенно не чувствуя её вкуса. Все мои мысли по-прежнему были там, у плиты, где его ладонь накрывала мои пальцы. Мы оба отчаянно пытались играть в профессионалов, но эта игра с каждым часом становилась всё невыносимее.

Сполоснув тарелку, я прошла в свою спальню. Тело плюхнулось на огромную холодную кровать. Привычным движением я вытащила из кармана телефон, чтобы полистать ленту.

На экране упрямо горела пустая шкала сети и надпись:«Нет сигнала» .

— Да чтоб тебя! — процедила с раздражением.

Телефон полетел на прикроватную тумбочку. Пришлось остаться один на один со своими мыслями, без возможности отвлечься.

Забравшись под тяжелое одеяло, повернулась на бок и закрыла глаза, надеясь провалиться в глубокий сон. Но сон не шел. Час, второй… Время тянулось томительно долго, а я лишь безуспешно ворочалась в кровати. Стоило мне закрыть глаза, как темнота перед ними начинала издевательски оживать.

«Прекрати! Хватит! — мысленно кричала я самой себе, испуганно открывая глаза и утыкаясь взглядом в потолок. — Опомнись! Он твой телохранитель. Человек, нанятый твоим отцом. У вас ничего не может быть!»

Еще некоторое время ворочаясь в кровати, я не выдержала.

Резко откинув одеяло, босиком, в одной пижаме, я бесшумно выскочила из спальни.

Ручка двери его комнаты поддалась и дверь с тихим скрипом открылась.

Я тихо проскользнула внутрь спальни, закрыв дверь. В комнате почти ничего не было видно.

Не разбирая дороги, ориентировочно нащупала свободную половинку кровати, и, затаив дыхание, приподняла край одеяла и легла рядом с большим телом Влада.

Я замерла, не смея даже пошевелиться. Мой взгляд был прикован к его широкой спине. Мне было безумно страшно от собственной дерзости.

Влад повернулся на бок и собственнически притянул мое тело к себе.

Я испуганно замерла, когда его горячая ладонь уверенно легла мне на талию, притягивая еще ближе. От его тела исходил такой одуряющий жар, что у меня закружилась голова.

— Что ты делаешь в моей комнате? — раздался у самого моего уха его низкий шепот.

Не успела я придумать оправдание как вдруг он тяжело вздохнул прямо мне в макушку и обнял меня сильнее. Его вторая рука легла мне под голову, бережно прижимая меня к себе.

В эту минуту между нами была только накопившаяся за эти дни жажда тепла и безопасности.

Я проснулась от странного чувства, будто кто-то пристально и непрерывно на меня смотрит.

Первое, что я ощутила, — это невероятный уют и тепло. Я всё так же лежала, уткнувшись щекой в грудь Влада, а его рука по-прежнему обнимала меня за талию, не отпуская ни на сантиметр даже во сне.

Я медленно приоткрыла глаза и подняла голову.

Влад не спал. Он лежал, откинув голову на подушку, и открыто, не таясь, смотрел на меня, пока я спала.

Без своей вечной угрюмой маски и строгого пиджака он казался таким домашним, родным и... моим. Настоящим мужчиной, а не каменным роботом.

Заметив, что я проснулась, Север едва заметно улыбнулся. На его щеках проступила жесткая щетина, придавая ему чертовски привлекательный вид.

— Доброе утро

— Доброе… — сонно пробормотала я, смущенно пряча лицо в его шее и чувствуя, как к щекам приливает румянец. Было непривычно и трепетно ловить на себе его такой теплый взгляд. — И давно ты на меня так смотришь?

Он покрепче прижал меня к себе, утыкаясь носом в мои растрепанные волосы. — Достаточно долго, чтобы понять одну деталь.

— Какую еще деталь? — я приподнялась, шутливо возмущенно глядя на него снизу вверх.

— Ты слишком громко сопишь. — ухмыльнулся он, легонько щелкнув меня пальцем по кончику носа. — Я уже начал переживать за безопасность дома.

— Эй! Я не соплю! — я вспыхнула, легонько стукнув его кулаком в плечо.

Его взгляд снова стал серьезным, глубоким и бесконечно ласковым.

— Ладно, не сопишь. Спишь как ангел, — тихо исправился он, целуя меня в макушку. — Рад, что ты наконец-то выспалась.

Я улыбнулась, прижимаясь к нему всем телом и закрывая глаза. Это было самое лучшее, самое мирное утро в моей жизни. Опасность, контракты, отец, репортеры — всё это осталось где-то далеко, за пределами нашего дома. Были только мы. И эта хрупкая, обретенная в объятиях друг друга сказка, которую мне совсем не хотелось отпускать.

Идиллия не могла длиться вечно. Как бы мне ни хотелось навсегда остаться в тепле его рук, реальность заставила спуститься на землю. Я всё-таки заставила себя встать с постели. Накинув просторный свитшот и джинсы, я вышла на кухню и заглянула в холодильник —На полках сиротливо звенела пустота, не считая некоторых продуктов.

— Влад, у нас пустой холодильник. Нужно съездить в местный продуктовый, — объявила я, когда Влад вышел в гостиную, уже застегнутый на все пуговицы своей рубашки.

Влад нахмурился. Его внутренний профессионал явно боролся с желанием запереть меня в четырех стенах, но, оценив масштаб голодной катастрофы, он всё-таки тяжело вздохнул и коротко кивнул.

— Ладно. Поедем вместе. Но от меня ни на шаг.

Уже через двадцать минут наш внедорожник припарковался у невзрачного супермаркета на окраине поселка.

Я катила тележку между рядами, а Влад, словно тень, шел чуть позади. Мы набрали свежих овощей, мяса, ягод и сока.

Когда мы подошли к кассам, Влад резко остановился, заметив краем глаза что-то на улице.

— Я сейчас вернусь, кажется забыл закрыть дверь авто. Расплатись и жди меня у выхода — негромко приказал он и вышел с магазина.

Странно, но ладно. Я быстро приложила карту к терминалу, взяла пару небольших пакетов в руки и направилась к выходу.

Стоило мне переступить порог магазина и оказаться на полупустой боковой парковке, как дорогу мне преградили трое незнакомых мне парней. В потрёпанных спортивках и с наглыми лицами.

Один из них, высокий с щербатой улыбкой, бесцеремонно уставился на меня, а затем грязно выругался.

— Опа, пацаны, гляньте-ка! Это же та самая богатенькая шкура из интернета! — он сделал шаг вперед, перекрывая мне дорогу. От него разило перегаром так, что меня мгновенно замутило. — Ты че тут забыла, мажорка? Папочка твой в Сити миллионы ворует, а ты в нашей глуши своей холеной мордой светишь?

— Пропустите меня, — испуганно произнесла я. Внутри всё сжалось от подступающей паники.

— А то че? Заплачешь? — второй парень, пониже, мерзко ухмыльнулся и подошел почти вплотную. Его дружки загоготали, упрекая меня в моем богатстве самыми грязными, правдоподобными словами. — Слышь, блогерша, гони сумочку и мобилу. Или мы прямо сейчас твоё смазливое личико так разукрасим, что ни один фильтр в твоем блогике не поможет. Живо, сука!

Чёрт, где же носит Влада в такой момент!? — зло подумала я, не зная что делать дальше.

Высокий парень резко вытянул руку, хватая меня за плечо и грубо дергая на себя.

И в эту секунду в моей голове словно что-то щелкнуло. Паника отступила, уступая место ярости. Передо мной стоял не Влад, который жалел меня на тренировке. Передо мной были ублюдки, которые хотели причинить мне боль. В памяти пронеслись слова Севера:«Бейте так, будто от этого зависит ваша жизнь. Без давления, основанием ладони — снизу вверх» .

Я впервые в жизни сама, на чистых рефлексах, применила приемы, которым он меня учил.

Вместо того чтобы закричать, я резко перехватила руку бандита, и со всей силы всадила основание своей ладони ему снизу вверх прямо в кончик носа. Прозвучал хруст кости.

— А-а-а, сука! — взвыл парень.

Он согнулся пополам, зажав лицо руками, сквозь пальцы которых густо хлынула кровь. Бандит скулил на всю парковку, качаясь из стороны в сторону от дикой боли. Его дружки ошарашенно замерли, во все глаза глядя на своего побитого главаря.

— Пошли вон отсюда! — процедила я, шагая прямо на них.

— Мы еще разберемся с тобой, сука — выругался один из парней, плюнув на асфальт.

Скулящий вожак, шатаясь, бросился наутек за ближайшую подворотню, а испуганные подельники пулей устремились за ним, полностью растеряв весь свой блатской задор.