Отец взял трубку почти сразу, и телевизор на том конце затих.

— Ну че там, Ром? Мать переполошил поздним звонком.

— Извини, пап. Я все хотел спросить про тот случай на море. Сам почти ничего не помню. Расскажешь, как меня нашли и что потом было?

— Ты что, опять чего-то не помнишь? — заволновался он. — Ром, ты врачу скажи. После такого с головой не шутят.

— Новых провалов нет, бать. Я тот день как не помнил, так и не помню. Все собирался расспросить вас подробно, да только откладывал. То Испытание, то Подтверждение. Мне надо понять, как я оказался в воде и что потом делал.

— Так бы сразу и сказал, — выдохнул он, и я явственно услышал облегчение. — Мы тебя тогда не трогали, думали, самому тяжело вспоминать.

— Расскажи, что сам помнишь, — попросил я. — А потом поспрашивай, кто меня вытаскивал, кто рядом был. Только записывай, от кого узнал. И как что-нибудь выяснишь, сразу позвони, ладно?

Я прижал трубку к уху, вслушиваясь и запоминая каждое слово. Они берегли сына, а я принимал их молчание как данность.

— Поспрашиваю, — недоуменно ответил отец. — Но, если самочувствие плохое, ты не скрывай. Мать тут места себе не найдет.

Я и сам понимал, что не надо было их так огорошивать, да еще и поздно вечером. Черт знает, что они могли подумать. Понимал, но поступить иначе не мог.

— Не буду, пап, — заверил я. — Правда, сейчас все нормально.

— Это хорошо, — отозвался он уже мягче. — Матери сам расскажешь. Подожди, я присяду.

Отступив от окна к стене, я пропустил парней с полотенцами.

— Когда тебя из больницы домой привезли, ты совсем тихий был… — начал отец. — Ел, по квартире ходил, а разговаривал мало. Молчал больше и смотрел куда-то в сторону, как будто не видел нас. Мы и не приставали. Мать тебе кашу сварит, ты поешь, она уже рада.

Я слушал его и смотрел в темное стекло. Система записала, что тело освободилось тридцать первого мая. Я пришел седьмого июня. Между этими днями прошла неделя. Сколько-то Рома провел в больнице, но потом его выписали.

И тогда…

Тогда мать кормила сына, отец давал ему прийти в себя, а Таська, наверное, пыталась растормошить старшего брата…

А кто-то вставал из-за их стола и ходил по квартире. Они думали, что это Ромка.

Но Ромка уже погиб.

А меня здесь еще не было.

Конец четвертой книги

Продолжение здесь: https://author.today/work/663062