Лекарь говорил все это с какой-то непонятной для Эдвина улыбкой, словно мужчина радовался за Эвелину. А почему он так переживает за нее? Мысль с силой ударила герцога в грудь? Но он тут же поспешил прогнать ее.

- Я постараюсь быть со своей женой…, - герцог замялся на мгновение, нахмурился, - более внимательным. Спасибо, что предупредили.

- Я благодарю, что выслушали меня. Ей нужен покой и хорошее питание, а также прогулки на свежем воздухе. Только умоляю, никаких поездок верхом.

- Я услышал Вас, - сухо кивнул герцог.

Лекарь поклонился и ушел, а в голове Эдвина вновь вспыхнул вопрос – почему он так переживает за жену? В груди поселилось недоверие, ревность, злость. Он стал наблюдать за женой, стараясь найти в ее глазах интерес к другому мужчине. Снова память о «родительской» любви начала отравлять его. Эдвин перестал приходить к ней по вечерам, даже перебрался в свою «детскую» спальню, чтобы быть дальше от жены. Каждый раз он умирал от злой ревности, когда Анри докладывал ему об очередном посещении Эвелины доктором. Эдвину хотелось ворваться к ней и спросить, что они делали так долго в ее спальне, и каждый раз останавливал себя. Ее нельзя волновать. Так сказал лекарь. Лекарь, которого он стал ненавидеть всем сердцем. А жена за обеденным столом смотрела на него и в ее глазах он видел…непонимание и ожидание. Ожидание чего? Он не понимал, что с ним происходит и от этого начинал злиться еще больше. Все чаще его накрывали воспоминания о голой Миранде верхом на Олафе. А если его жена также проводит время с этим лекарем в той же постели, на алтаре разврата? Он не хотел в это верить, и в то же время душа разрывалась на мелкие осколки, как только он представлял измену жены.

Казалось, еще немного и он совершит что-нибудь страшное. Его спасло внезапное прибытие его старых знакомых, которые не были у него в гостях почти год. Друзья Мартинс и Эдуардо приехали не одни, с ними были еще какие-то свои приятели, а также две девицы – Лира и Луара, которые ранее уже бывали в постели с Эдвином. Причем обе девицы сразу. Эвелина, как полагается примерной жене герцога, вышла встречать гостей. Эдвин видел ее бледное лицо, поджатые губы. Она руками прикрывала свой уже немного выступающий животик, но никто из гостей даже не обратил на это внимание. Лира и Луара бросились к нему обниматься, и Эдвин с каким-то изощренным удовольствием принимал их объятия и поцелуи, предвкушая, как он весело будет проводить время с друзьями. И еще хотелось, чтобы жена увидела, как он любит проводить время, не переча ему, не устраивая скандалов. Если она предпочитает ему лекаря, то теперь и у него есть те, с кем он развлечется.

Герцог видел, как бледная жена, сжимая кулаки, отдает распоряжения относительно комнат для гостей и ужина. Он удовлетворенно кивнул свои мыслям и поспешил к своим друзьям, которым слуги успели принести в комнаты лучшее вино из запасов замка. До самого ужина Мартинс и Эдуардо рассказывали последние сплетни столицы. Несколько раз к ним заглядывали девушки, которые были не прочь получить порцию откровенных ласк Эдвина. Было шумно, весело, привычно, вино лилось рекой, смех звучал громче, ласки девушек становились откровеннее и настойчивее.

- Почему ты женился не на мне? – с капризным весельем спросила Луара, целуя Эдвина в шею. – Помнишь, как нам было хорошо? Неужели твоя жена лучше меня? И даже в постели она лучше меня? Помнишь, как мы ласкали друг друга? Хочешь, я напомню тебе?

- Да, любимый герцог, - вторила ей Лира, прижимаясь к герцогу с другого бока и целуя его грудь. – Я каждый раз вспоминала наши ночи. Помнишь, как тебе было с нами хорошо? Знаешь, Эдвин, я уверена, что твоя жена слишком холодна в постели. Мне она показалась такой глупенькой, неопытной. Разве она может доставить тебе такое удовольствие, которое ты заслуживаешь?

Они распаляли его, выпитое вино будоражило кровь. Друзья тоже подшучивали над Эдвином.

- Я слышал, что к твоей жене слишком часто приходит лекарь? – с усмешкой спросил Мартинс. – Она у тебя такая больная? Или он приходит к ней не для того, чтобы проверить ее здоровье? Может, он занимает ее постель, пока ты занимаешься делами?

- Прекрати, Мартинс, пока мы не поругались, - прорычал ему Эдвин.

- Все-все, - мужчина поднял в защитном жесте руки. – Я же просто шучу. Просто, когда мы узнали о твоей женитьбе, не хотели поверить в это. И увидев твою жену, я не мог понять, что ты в ней нашел.

- Замолчи, предупреждаю последний раз, - вновь прорычал герцог.

Не известно, что бы еще сказали друзья, но вошел слуга и сообщил, что ужин уже ожидает их. Эдвин с гостями прошел в обеденную залу, нахмурился. Эвелина не пришла к ним, как полагается примерной жене.

- Где моя жена? – спросил он у слуги, который принес на стол очередное блюдо.

- Не знаю, Ваша светлость. Она пока не спускалась из своих комнат.

- Анри! – Эдвин крикнул в открытую дверь.

Почти сразу же появился личный помощник.

- Где моя жена? Почему она не спустилась к гостям?

- Она просила передать, что не придет сегодня на ужин. Ее служанка сообщила, что госпожа неважно себя чувствует и пригласила к ней лекаря.

- Что? – выпитое вино, слова его друзей, разгоряченное откровенными ласками Лиры и Луары тело сделали свое дело. В груди Эдвина вспыхнул огонь. – Как она посмела отказаться прийти сюда?

- Я не знаю, господин, - спокойно ответил Анри.

Эдвин быстрым шагом направился в комнаты жены. В груди гудел огонь ярости, в голове бились мысли – она посмела не прийти, она вновь позвала к себе лекаря. Получается, что Мартинс прав? Этот лекарь и моя жена любовники? Герцог шел и представлял себе картину, которую может увидеть в комнатах жены. Он распахнул дверь и ворвался в ее покои. Эвелину он нашел лежащей на постели в домашнем платье. Она дернулась, когда он оказался рядом.

- Почему ты решила, что можешь отказаться прийти за стол, когда я тебя там жду?

Эдвину хотелось схватить ее и вытрясти признание, что она ожидала своего любовника. На то, что по ее бледному лицу стекает пот, он не обращал внимание, решив, что она просто испугалась его гнева.

- Мой лорд, - жена с трудом поднялась, села на постели. – Мне не хорошо. Я вызвала лекаря, чтобы он осмотрел меня.

- Лекаря? – Эдвин криво усмехнулся, хотелось зарычать и ударить женщину. Мартинс был прав – она ждет своего любовника. – Не слишком ли часто к тебе приходит лекарь, дорогая моя жена? Может, он для тебя больше, чем лекарь?

- Мой лорд, Вы о чем? – Эвелина с ужасом смотрела на него. – Он мой лекарь. Я не знаю, о чем ты говоришь!

Ее трясло, глаза лихорадочно блестели, вызывая у герцога еще большую ярость – его друзья правы, она врет ему, она и лекарь любовники, и сейчас хочет скрыть их постыдную связь, боится расплаты.

- Я говорю о том, что может он твой любовник? Может он осматривает тебя прямо в этой постели, лежа рядом с тобой?

Ему хотелось задушить ее, схватить руками за горло и смотреть, как она будет умолять простить ее и своего любовника.

- Эдвин, да как ты мог так подумать?

- А что я должен думать? Твой лекарь говорит, чтобы я меньше беспокоил тебя, а сам чаще меня посещает твою спальню. Знаешь, дорогая жена, я сейчас исправлю это.

Желание наказать ее, доказать, что никто не смеет изменять ему, показать жене ее место, взорвало сознание Эдвина. Он стал рваными движениями срывать с себя одежду, потом сделал шаг, схватил ее за плечи и повалил на постель.

- Я напомню тебе, как себя должна вести моя жена, кому ты должна быть покорна, кто должен быть в твоей постели. Я - твой муж, а не какой-то лекарь.

- Эдвин, умоляю! В моей постели никогда не было никого, кроме тебя. О чем ты? Прошу, отпусти, мне больно. Наш ребенок…

- Не надо прикрываться ребенком. Я хочу быть сейчас со своей женой, и ты должна быть мне покорна.

Страшная мысль ударила Эдвина в голову – а его ли этот ребенок, не даром же лекарь так заботится о нем. Хотелось рычать, рвать всех на части, чтобы всем было больно, как ему сейчас.