Берия от моего предложения явно пришел в восторг:

— Гениально, тогда ты, Павел Анатольевич, этим и займешься. И на тебе еще и организация ревизии партийной кассы. Насколько я знаю, у Партии есть счета за рубежом, их следует обналичить и вернуть государству. А к вопросу многопартийной системы мы вернемся после Верховного Совета и принятия новой Конституции.

15 июня 1953 года. Ленинград.

Василий Михайлович Андрианов возглавлял обком в городе на Неве уже пятый год. У него была настоящая пролетарско-революционная анкета. С 13 лет работал учеником портного, батраком, железнодорожным рабочим. В 1924—1925 гг. служил в РККА: переплётчик на бронепоезде № 16 и красноармеец на Карачаевском огнескладе. В 1925—1928 гг. — председатель правления кредитного товарищества Бежицкого уезда Брянской губернии, одновременно — член ревизионной комиссии Брянского губсельпромсоюза. В 1926 году вступил в ВКП(б). Под его руководством, когда он возглавлял Свердловский горком и обком, велось строительство новых и реконструкция действовавших предприятий чёрной и цветной металлургии, горнорудной промышленности, в том числе введены в эксплуатацию Ново-Тагильский металлургический, Среднеуральский медеплавильный заводы, Полуночное и Марсятское месторождения марганцевых руд. В период Великой Отечественной войны руководил мероприятиями по перестройке отраслей местного хозяйства на военное производство. Выполнял задания Правительства по размещению эвакуированных заводов, обеспечению их рабочей силой. Содействовал досрочному завершению строительства новых производственных площадей оборонных заводов и крупных промышленных предприятий области. Внёс вклад в освоение и увеличение выпуска танков, танковых дизелей, бронекорпусов, самоходных артиллерийских установок, броневой стали.

Теперь же он с довольно смотрел на своего растерянного бывшего второго секретаря Ленинградского областного комитета. В апреле этого года Фрол Романович Козлов был перемещён на ступень ниже, став секретарем Ленинградского областного комитета ВКП(б), в связи с утверждением вторым секретарём Ленинградского областного комитета КПСС и первым секретарём Ленинградского городского комитета КПСС Игнатова. По приданному Игнатову статусу он не подчинялся и не зависел от первого секретаря Ленинградского обкома КПСС Андрианова, игнорировал его в своей повседневной работе. Обращение Андрианова за поддержкой к Берии ситуацию не изменило.

— Чего прибежал, предатель? Все, кончилась твоя власть, Фрол Романович. Я-то и без обкома проживу, так как я занимаю должность заместителя министра государственного контроля Советского Союза. Игнатов твой поднял свои связи и вроде его берут обратно в министерство заготовок, откуда его турнули с поста министра. Ты же у нас по диплому инженер-металлург, так что не бзди, без работы не останешься.

Козлов развел руками:

— Прости дурака, Василий Михайлович! Помоги пристроиться на теплое место. Может в твоем министерстве удастся вакансию найти. Меня уже предупредили, чтобы я готовился освободить квартиру. Сам знаешь, что у меня двое детей, куда я с ними подамся.

— Смотри, из Москвы пришло предложение персонально для тебя. Готовы взять тебя на Ижевский завод, на котором ты себя показал с лучшей стороны. Должность начальника цеха. Если покажешь себя как раньше, глядишь и заместителем директора завода станешь. Ну что, готов перебраться обратно в Ижевск? Там тебе квартирку небольшую предоставят.

— Куда деваться, поеду. Вот только куда деть мебель? Её всю увезти невозможно, да и в новом жилье она не поместится. Все что приобрел все бросать придется.

— Ничего, новый жилец обрадуется твоей мебели. Тебя с благодарностью поминать будет.

Звонок телефона разорвал тишину в кабинете. Андрианов поднял трубку и по мере получения информации от собеседника его лицо принимало охреневшее выражение. положив трубку, бывший хозяин обкома выдохнул:

— С Кировского завода, бывшего Красного Путиловца! Директор в панике, сообщил, что Игнатов и часть сотрудников горкома прибыли на завод и остановили его работу, организовав общее собрание коллектива. Этот дурак решил поднять рабочих против Берии, призывает их захватить склады с вооружением. Николай Григорьевич, что же ты и свою голову в жернова суешь и других за собой тянешь! Собирайся, Фрол Романович. Нужно остановить этого идиота, пока он не вывел людей из цехов на улицы.

Достав из сейфа наган, Андрианов сунул его в портфель.

Служебный автомобиль доставил обоих к воротам Кировского завода. Здесь уже стояли пять грузовиков, которые покидали солдаты внутренних войск. Их командир приказал использовать грузовики как препятствие для массового движения рабочих, расположив их подковой, выгнутой от ворот. Солдаты с автоматами шустро расположились кто под днищем кузова, кто за колесами, готовившись открыть огонь по воротам.

Андрианов уже бежал через проходную, за ним следом Козлов.

Огромный двор был заполнен рабочими в спецовках, лишь в сторонке кучковался инженерно-административный персонал. Навстречу бросился директор завода Смирнов:

— Ну наконец-то! Уж не знаю что и делать, меня вообще никто слушать не хочет. Этот Игнатов какую-то хрень полную несет. Якобы арестованы товарищи Маленков, Хрущев и Булганин. Берия захватил власть в стране в свои руки.

Андрианов кивнул:

— Это правда, но эти трое обвиняются в попытке вооруженного заговора. Пойду поговорю с рабочими.

Бывший Первый секретарь обкома стал протискиваться к импровизированной сцене, для чего был использован грузовик с откинутыми бортами.

Игнатов стоял на грузовике и как Ленин когда-то с броневика кричал в толпу:

— Руки прочь от Советской власти! Руки прочь от коммунистической партии! Не дадим разогнать партийные комитеты!

Андрианов с трудом добрался-таки до грузовика и забрался, встав рядом с Игнатовым:

— Товарищи! Вас обманывают! Этот человек вам нагло врет! Вы все знаете меня уже с сорок девятого года, когда я еще возглавлял городской комитет Партии одновременно являясь руководителем обкома!

— Знаем конечно, говорите, Василий Михайлович! — рослый рабочий лет сорока, у которого ладони напоминали лопаты, махнул рукой — А этот прощелыга Игнатов в Ленинград попал в этом апреле, а теперь воду мутит! Тихо, уймитесь все, дайте человеку сказать!

Андрианов приободрился:

— Товарищи! В Москве раскрыт заговор, в котором участвовали руководители нашего государства! Они хотели нарушить советскую Конституцию и как в тридцать седьмом году арестовать министра внутренних дел, верного сталинца товарища Берию, испугавшись расследования их преступлений вв тридцатые годы. Каждый из них принимал участие в репрессиях, подписывая расстрельные списки! Но их заговор раскрыт и Президиум центрального комитета коммунистической партии Советского Союза принял решение реформировать Партию! Все вы знаете, что и горком и обком постоянно стояли над душой у вашего руководства, требуя и требуя план, перевыполнение плана. Теперь же всеми предприятиями страны будут руководить только государственные органы. Партия не будет больше дублировать правительство, все свои силы бросив на политические вопросы и заботу о своих согражданах. Огромные бюрократические аппараты будут ликвидированы, партийным чиновникам придется работать как все, а не только решать партийные вопросы. Ваш парторг больше не будет получать зарплату за должность парторга. Ему придется работать на заводе, став одним из вас, а не важным отдельным чиновником с персональным кабинетом. В свободное от работы время партийцы будут заниматься общественными делами. Вот и Игнатов, лишившись этой партийной кормушки, решил спрятаться за вашими спинами, отправив вас умирать за его служебные привилегии, кабинет, автомобиль и квартиру. Компартия как задумал усопший товарищ Сталин останется общественной организацией, которая должна как и комсомол воспитывать советских людей, своим примером показывать как нужно жить. А что может показать вам Игнатов? Как пользоваться горкомовским пайком? Все, товарищи! В стране наконец-то будет введено равноправие, не будет больше отдельной касты партчиновников. Всех вас ждет лучшая жизнь, так как сократившиеся расходы на содержание партократии будут использованы для улучшения жизни пролетария и крестьянства. Да здравствует наше правительство и его глава товарищ Берия. Ура товарищи!