- Значит, Викка тебя под руку взяла… - чуть удивленно протянул совершенно седой волхв, носящий знаки самого Рода. - Давненько такого не случалось, богиня она придирчивая и строгая. Сама то ты что, довольна такой покровительницей?

Данира закивала, на лице отражалось искреннее недоумение – как можно быть недовольной решением богов? В этот момент она понимала даже тех, кто служит темным силам. Если уж бог на тебя внимание обратил, в душу заглянул, от него не откажешься. И оценивать по человеческим меркам не станешь, по совести или закону. Кнесица, поди, потому и запретила любым волхвам препятствия чинить, что знает, каково быть посвященной. Правители у богов на особом счету, под внимательным присмотром.

По лицам волхвов пробежали едва заметные усмешки. Они прекрасно помнили это состояние. Но у богов свои интересы, а у людей иногда свои. Капищу нужны обеспеченные служители, так что улыбки быстро исчезли. Нервно перебирающая обереги волхвица язвительно спросила:

- И чем же ты довольна?

- Тем, что меня избрали, - уверенно ответила Данира, и, поколебавшись, добавила: - Ну и тем, что разговор богов слышала.

- Хорошо хоть не сама с ними беседовала! – презрительно фыркнула та же волхвица. – Ты хоть знаешь, кому служить собралась?

Девушка смущенно отвела глаза, но тут снова заговорил служитель Рода:

- Подожди, Зверята. Скажи, Данира, что ты имеешь в виду, когда говоришь о разговоре богов?

Данира засомневалась, имеет ли право рассказывать то, что видела, но откуда-то издалека пришло одобрение. На миг она снова увидела звероглазого и плачущую девушку, поощрительно кивающих. Облегченно улыбнувшись, Данира подробно рассказала, что видела и слышала, духом покинув капище. К концу ее рассказа волхвы смотрели чуть более дружелюбно, но в то же время с куда большим беспокойством. Лишь один, что моложе других и чем-то напоминает дикого зверя, украдкой подмигнул Данире, явно довольный ее историей. Девушка догадалась, что перед ней служитель звероглазого, которому вполне можно довериться.

Зверята разглядывала девушку, словно хотела бы заглянуть в ее душу и посмотреть, что там внутри. Недовольно буркнула соседям что-то, чего Данира не расслышала, и отвернулась. Родов служитель медленно, словно неохотно выталкивая из себя слова, произнес:

- Если и вправду так, придется нам тебя в послушницы взять, а потом и в волхвицы посвятить… Если сама не передумаешь.

Последняя фраза вызвала энтузиазм среди Верховных и искренне удивление на лице Даниры. Волхв, еле заметно поморщившись, продолжил, стараясь побыстрее отвязаться от ритуальных фраз:

- С сегодняшнего дня ты – наша ученица, а прошлые твои семейные и иные связи и повинности считаются недействительны. Отныне волхвы капища тебе защита и оборона, они же указ и повеление. Да будет так до того дня, как ты священное место покинешь, либо до момента, как будешь посвящена избравшей тебя покровительнице и новые обязательства в мире получишь. Теперь же ступай с миром чтобы приступить к новой жизни.

Отвечать не полагалось, так что девушка молча поклонилась, еще ниже, чем первый раз, и неуверенно оглянулась по сторонам. Велемир ушел, а куда деваться дальше она не представляла. Верховные демонстративно не смотрели в ее сторону, за исключением самого младшего, сделавшего из ладоней рупор и громогласно зашептавшего:

- Первая развилка направо, там молодежи скажешь, чтоб все показали и рассказали.

Благодарно кивнув, Данира поспешно покинула пещеру, пока Верховным не пришло в голову передумать. Или расспросить о прошлом, вряд ли обрадуются ее происхождению. И без того волками глядели, правду Велемир говорил, никто ей тут не обрадуется. Немного пройдя по указанной правой развилке, Даниру обнаружила нескольких молодых волхвов, недавно прошедших посвящение. Здесь они ожидали распоряжений Верховных и с любопытством уставились на незнакомую девушку в цивильной одежде. Сидеть целый день на одном месте, изредка бегая по мелким поручениям, скучно, так что новой послушнице обрадовались. Девушка даже подумала, что сейчас начнется спор из-за того, кому ее сопровождать, но порядок для таких случаев отработан много поколений назад. Несколько раз встряхнув нечто вроде сделанной из высушенной шкуры широкой чаши с узким, едва ладони пройти, горлом, волхвы принялись вытаскивать из нее черные камушки, пока кому-то не попался белый. Остальные разочарованно вздохнули и вернулись к прерванному разговору.

В провожатые Данире достался едва достигший совершеннолетия паренек, с огненно-рыжими кудрями до лопаток и испятнанным веснушками лицом. При первом же взгляде, девушка предположила, что посвятили его Яриле, весеннему богу, огненному, солнечному и любвеобильному. Не ошиблась, как тут же и выяснилось, паренек назвался северянским именем Агни и горделиво, даже с неким вызовом, сообщил, что служит Яриле. Девушка уважительно покивала с абсолютно серьезным видом, так что Агни немедленно преисполнился к ней симпатии и со старанием отнесся к порученному делу. Сначала отвел Даниру в хранилище, где она сдала местной ключнице вещи, за исключением оберегов и поясного ножа, а взамен получила светло-серое платье послушницы. Без привычного орнамента по краям и яркой вышивки оно показалось девушке немного странным и скучным, зато сразу настраивало совсем на другой лад.

Выйдя от ключницы, Агни закатил глаза, прикинул, потом дернул Даниру за рукав и поспешно сказал:

- Слушай, если мы поторопимся, то как раз успеем на завтрак. Побежали? Лучше я тебе наглядно покажу все правила, чем буду полчаса рассказывать, а потом ты забудешь…

Данира улыбнулась и с неожиданным энтузиазмом кивнула головой. И они побежали, причем Агни на ходу еще успевал проговаривать каждый поворот, чтоб его спутница лучше запомнила дорогу. С легкой грустью девушка подумала, что юный волхв младше максимум на год, но ведет себя как совершенный ребенок. Да и к жизни, похоже, относится с тем же радостным детским энтузиазмом, считая самым большим несчастьем пропущенный завтрак.

***

К завтраку они успели, проведя его за веселой болтовней ни о чем. Агни рассказывал о строгости здешних правил, красочно описывая послушничество, когда думал, что хуже быть не может и первые дни после посвящения, когда оказалось, что быть волхвом еще сложнее. Впрочем, "ужасы" преподносились им настолько смешно, что у Даниры в итоге заныли скулы и заболел живот, а желания отказаться от намерений не возникло и на мгновение. За разговорами девушка не заметила, как проглотила порцию. Кормили тут вкусно, но мало, чтоб поддержать жизненные силы не вызывая сытой лености. Для Даниры нескольких ложек толченой картошки и небольшого куска вареного мяса оказалось вполне достаточно, а Агни явно остался голоден. Тоскливо посмотрев на вылизанную до блеска тарелку, он состроил трагическую гримасу и голосом умирающего прошептал:

- Желудок у волхвёнка ссохся до наперстка, а сил для служения и роста требуется ой как много…

Данира расхохоталась и поднялась из-за стола. Неуверенно огляделась, пытаясь понять, что делать с оставшейся посудой. Уже нормальным тоном Агни сказал:

- Вон в том углу видишь стол? Туда относится вся грязная посуда, а дежурные ее моют. Дежурят волхвы по очереди, за исключением Верховных. Теоретически. А практически за все нарушения тебя отправляют на кухню вне очереди, так что кого-то из старших там застать невозможно. Чего проще, накануне наряда поймал кого-то из нас, малолеток, на какой-нибудь ерунде…

Девушка подавила очередной смешок. Уж кто-кто, а подвижный как ртуть и смешливый Агни наверняка частый гость в рядах посудомоев. Составив тарелки на столе, она двинулась вслед за весело подпрыгивающим волхвом к выходу. Про себя подумав, что и вправду, какой из него волхв? Волхвёнок и есть, забавный и хитрый. Хотя и покровитель у него соответствующий, служителю Ярилы всяко не пристало ползать по пещерам с унылым видом. Украдкой по ночам пробираться в соседние села к симпатичным девчонкам еще куда ни шло...