Но ночью, конечно, Барский берет свое и восполняет недополученную нежность, негласно требуя моего отклика на его нападения.

– Я так перенервничал от твоего холода, – признается он, покрывая мое тело нетерпеливыми поцелуями.

– Какой холод, Барский? С ума сошел?

– Сошел, Коша, – переходя своими губами к груди, шепчет он. – Ты от меня так не отдаляйся, а то я психую в своей голове.

– Я не отдалялась, Гераааа, – стону я, когда он уже вошел в меня одним длинным рывком.

– Да? А что ты делала? – мучает меня своими вопросами, губами и руками.

– Дала дочери возможность почувствовать себя нужной тебе, – выдыхаю я, извиваясь в его руках от очень приятных ощущений.

– Ей ничего не нужно для этого делать, – удивляет меня Гера.

– Значит, объяснишь ей.

– Объясню, – и ускоряется, срывая с моих губ несдержанные стоны. – Ну, ласточка! Какая ты музыкальная, – восхищается Гера замедляясь, а потом забрасывает мои ноги к себе на плечи и снова вколачивается без остановки. Потому что я уже себе места не нахожу и хочу свой кусок оргазма. Прямо сейчас.

Барский понимает меня с полуслова, даже с полустона. В сексе у нас полный синхрон! Сразу так было. Везение, не иначе. Герман выбивает из меня последние стоны предстоящего удовольствия и наслаждается моим тихим поскуливанием и содроганием от блаженства, настигшего меня так ослепительно красочно.

– Кошка моя! Всю жизнь хочу смотреть это кино, – с восторгом в голосе скалится Барский. Откуда у него, вообще, рождаются какие-то мысли при толчках с такой дикой скоростью. Слышу его тихий рык. Изливается мне на живот и наконец-то, отпускает мои ноги, которых я уже, просто, не чувствую.

У меня совершенно нет никаких мыслей, и сил тоже нет, а Герман, будто, энергетиками накачался. Устроил меня на себе, но своих рук с меня не убирает, обнимает, гладит, мнет, сжимает. Проявляет свой тактильный интерес. Я бы провалилась в сон, будь Гера менее настойчивый.

– Барский, кто тебе сказал, что сон сегодня отменяется? – еле шевелю языком.

Глава 13. Герман

– Не могу тебя не трогать, – признаюсь я и продолжаю свои тактильные исследования. Кошка такая красивая! Даже смотреть на нее не могу без восхищения.

– Герочка, давай поспим, – гладит мое лицо, в глаза смотрит. – Я так устала, – просит меня. А я тихо смеюсь. Не может мне отказать, точнее, не хочет мне отказывать. Также меня хочет, потому что. Последние силы мне отдает, чтобы я ее энергией напитался, а могла бы спать давно.

– Засыпай, Кош, – улыбаюсь. Она поднимает на меня свой взгляд и тоже улыбается. Расслабляется. – Не трону тебя, – просто обнимаю ее, утыкаясь губами в ее лоб. Карина удобнее устраивается на моей груди, поглаживая одной рукой мой торс, пока я не слышу ее мерное дыхание. Уснула, моя девочка.

Как я вообще дошел до того, что замужняя женщина оказалась в моей постели? Моя женщина! Которая мне дочь родила! Точнее, как она оказалась несвободной? И раздражает то, что я не знаю, в каких они с мужем отношениях. Кайсаров приезжал, ее не предупреждал, встреч с ней не искал. Еще это его «Карина не в рабстве» тоже с толку сбивает. Но она ведь со мной. Моя, значит. Или я так сильно хочу обмануться? Сначала сказала, что не будет у нас никаких отношений, потому что замужем, а потом сама же меня и соблазнила. Лихо Кошка переобулась, а я и рад стараться.

Мы спим вместе, но это все, до чего она меня допускает. В душу не впускает, про мужа не рассказывает. Что я вообще, о ней знаю? То что она мать 5-летней девочки, хорошая заботливая дочь своих родителей, вкусно готовит, умнейший эксперт-криминалист, любит свою работу и поспать. И кончать подо мной тоже любит. И я люблю быть причиной ее наслаждений. Кошка ко мне сама, почти не подходит. Не приставай я к ней с интимом, она бы меня десятой дорогой обходила. Я ей машину подарил, а она мне сказала, что принять ее не может, потому что должной мне быть не хочет. Сложно было ее убедить, что это подарок и никаких долгов не предполагается. А сейчас я, кажется, понимаю, о каких долгах она говорила. Она спит со мной, потому что я ей защиту предоставил. Кошка ведь мне только отвечает. Да, так жарко отвечает, что я в упор этого не замечал. А по своей инициативе она ко мне вряд ли подойдет. Но она же тоже хочет! Всегда готова меня принять. Это же не подделать! Может, конечно, я ей как любовник подхожу, что у нее сразу желание появляется. Но скорее всего, здесь уже ее либидо дает такую реакцию. А я млею каждый раз, когда она в момент загорается от моих ласк. А Кошка, получается, долги отдает. Это осознание сносит к чертям весь мой положительный настрой. Я ее замотал, все силы из нее вытянул, она сладко спит у меня на груди, а я лежу и думаю, что эта женщина со мной лишь из соображений безопасности и от этого бешусь. А ведь это я перед ней виноват. Она по моей глупости шесть лет назад ужасов натерпелась, потом в одиночку дочь тянула, а всё-равно считает, что должна мне что-то. Глупая! Глупая ситуация! Скриплю зубами, что они чуть не крошатся, а Карина поудобнее укладывается на мне. Мешаю ей спать, сердце колотится, она чувствует, спит ведь прямо на нем. Как же так получилось, Кошка? Неправильно все получилось. Мы столько времени потеряли! Я точно потерял, а девочки мои жили. Они друг у друга были, это я один здесь остался. Как теперь все выстроить? Кошка грезит вернуться на Камчатку. Точнее, предполагает и такой вариант тоже. Может, Кайсаров переводится сюда? Карина говорила, что у нее тут квартира и ей есть, где жить здесь и я ей тоже свою вторую квартиру предлагал. Она не откидывала эти варианты, как безоговорочно неподходящие. Как я буду видеться с дочерью и Кариной, зная, что они живут с Кайсаровым под одной крышей, а Кошка еще и делит с ним постель?! Я же убью его! Моя женщина должна жить со мной и моя дочь должна жить со мной! А если Карина его любит? О, небо, как же сложно! Что я сделаю, если Кошка его любит? Да, может, странная любовь, но я в этом не эксперт и все же знаю, что бывает все, что угодно. Но что я смогу сделать, если моя женщина любит другого? Ничего я не сделаю. Я это приму, потому что люблю эту женщину и ее желания для меня важны. Но она еще тогда в своем кабинете говорила, что брак это необязательно про любовь. Уважение и дружба тоже существуют. Хотя она мне тогда все, что угодно могла сказать, чтобы я отстал со своими вопросами. Я был зол и очень настойчив.

Кошка, будто чувствует мои тяжелые мысли. Снова начинает гладить мой торс. Проснулась. Я ее тоже глажу, но все еще тону в своих мыслях, как в топком болоте.

– Гер, – тихо зовет меня.

– Что, Кош? – перехватываю ее ручку, которая меня гладит и процеловываю каждый ее пальчик.

– Ты чего не спишь? – приподнимается на мне и в глаза мне смотрит. Темно в комнате, но окна не зашторены и свет фонарей слабо, но освещает спальню.

– Не получается, – признаюсь.

– Думы думаешь? – укладывается подбородком на свои сложенные друг на друга ладони на мне, прямо перед моим лицом.

– Думаю, – улыбаюсь от того, что так легко раскусила меня.

– Не посвятишь меня? – водит своими пальчиками по мне.

– Карин, ты спишь со мной из каких побуждений?

– В смысле? – хмурится она, приподнимаясь с меня, а я ее обратно возвращаю.

– В смысле, мне показалось, что ты только отвечаешь на мои нападения, потому что считаешь, что чего-то мне должна, – выдаю я и даже замираю, потому что боюсь ее ответа.

– Барский, мужчина и женщина по-разному устроены. Ты же не можешь это отрицать? – выдыхает она.

– И не стал бы.

– Значит, понимаешь, что женщина хочет головой, а затем телом, а мужчина наоборот.

– Поспорил бы. Я тебя хочу и днем, и ночью и всеми частями тела и отделами мозга, – она глубоко вздыхает, взгляд прячет. – Ну, что ты вздыхаешь? – пытаюсь понять ее расстройство.

– Ты сердечно привязан, поэтому у тебя так. Если рассматривать сексуальные отношения без бремени сердечных увлечений, то тогда там все, как я сказала, – она грустит, а я улыбаюсь ей.