Я видела, каким дьявольским торжеством светилось его лицо, когда он осматривал улицы Доминис Мора, он уже считал этот город своей собственностью, и мне почему-то казалось, что его готовность помогать землянам сильно преувеличена. Да и с какой стати ему делать это? Он всегда мнил себя избранным, рождённым для большего.
Хлопая огромными крыльями, Драэс начал снижаться на главной площади, где среди толпы я заметила фигурки двух знакомых женщин. Катарина и Эллен.
Зверь под нами хищно клацнул челюстями, стоило кому-то из горожан, поражённому красотой и величием дракона, сделать шаг навстречу. Рой довольно похлопал Драэса по длинной шее, я же невольно подумала о том, что этот ящер куда агрессивнее практически равнодушного Этарра или моего собственного Ворона.
Он был совсем близко — мой маленький дракон, — но я не видела его, сколько бы ни звала мысленно. Наверное, он просто не хотел приближаться к чудовищу Роя, и это к лучшему, я понятия не имела, хорошо ли драконы ладят между собой и не конфликтуют ли за территорию. Помочь мне сейчас Ворон всё равно ничем не мог.
— С возвращением, лорд Феррел, — к нам сквозь расступившуюся толпу в сопровождении охраны вышел Энтони де Лоренц, но даже он побоялся подойти вплотную к огромному ящеру, косящемуся на людей голодным красным взглядом.
На меня отец Катарины даже не взглянул, но не потому, что ему было неинтересно. Он просто ждал решений Роя.
— Разместите мою жену в её прежних покоях, — распорядился Рой, обращаясь к ближайшим стражникам. — Ни один мужчина не должен к ней прикасаться. Накормите её, найдите одежду, караульте под окнами, подготовьте к моему ночному визиту. Это всё.
Рой отвязал меня от седла, и я попыталась сползти по боку Драэса на мостовую центральной площади, но сразу же покачнулась — затёкшие ноги практически не держали меня. Феррел подхватил меня, терпеливо и спокойно давая размять ступни, пока ко мне постепенно возвращалась способность стоять самостоятельно, а затем подвёл к стражникам, среди которых вдруг появилась и крепкая служанка, отысканная кем-то из свиты. Но перед тем как передать меня конвоирам, Рой… резко перехватил мой подбородок и поцеловал.
Больнюче, жёстко — в этом поцелуе не было ничего нежного, и он был, скорее, демонстрацией власти. Поцелуй продлился не более нескольких секунд, и никто на него не отреагировал, хотя я чувствовала затылком взгляды — особенно взгляды Эллен и Катарины.
— Следуйте за мной, леди Фран, — произнесла крепкая женщина, как только я оказалась рядом с ними, и я проследовала за ней — медленно, чувствуя, как колет ноги.
Я задрала голову вверх, рассматривая голубое небо и думая над тем, как далеко распространяется вуаль — насколько бы тонка она ни была там, высоко. Глаза всматривались, несмотря на то, что солнце слепило, и…
Мне показалось, или там мелькнула крохотная крылатая тень?
Драэс издал подозрительный звук и задрал голову с шипами, и Рой проследил за ним взглядом. Я же всячески мысленно умоляла Ворона не приближаться к этому дракону, хотя и не была уверена, что Драэс хоть что-то сделает. Я не знала, мог ли Ворон читать мои мысли, мои намерения, только чувствовала нити вязи между нами, благодаря которым хотя бы немного знала, где он находится.
Двигаясь к резиденции — поместью на вершине холма с башнями и шпилями, почти как у замка… я не ощущала страха или волнения. Наверное, потому, что столько всего произошло за последнее время, что мои чувства временно притупились. Я по-прежнему никак не могла принять, что провалила попытку уничтожить преобразователь вязи, и теперь он будет защищён намного сильнее.
А может, я наконец-то понимала слова Таррена, которые он сказал мне давным-давно:
«Если я и осознал что-то после заточения, так это то, что у нас всегда есть второй шанс. Второй, третий, пятый, пока мы не мертвы».
Сколько лет я уже жила, ожидая смерти или надеясь хоть что-то изменить? Сначала выжить за вуалью, потом добраться до Красной Башни, после узнать правду о печатях, обрести протокол, обрести дракона, добраться до Доминиона, уничтожить преобразователь… В моей жизни давно не оставалось ничего, кроме почти недостижимой цели, к которой я шла с упрямством барана. Видимо, поэтому заточение и неудача с преобразователем почти не ощущались.
Под взглядами многочисленных слуг и придворных я прошла по коридорам, всё так же сопровождаемая стражей. Здесь в людях не было враждебности — как, например, в Алтусе, где не любили моё откровенно отрицательное мнение об их традициях, — и я только подумала о том, как же сильно у всех промыты мозги.
Катарина — их леди, а я — какая-то четвертая жена, которой он сейчас публично оказал внимание. По всем параметрам они обязаны меня не любить.
— Он всё-таки привёл её… — услышала я тихий разговор слуг в одном из переходов.
— Леди Катарина очень расстроится, но лорд в своём праве. А где его четвертая жена? Леди Анна? Она тоже должна быть здесь, чтобы они жили так, как это делали древние короли. Может, тогда Этарр благословит её ребёнком.
— Не Этарр, а Драэс, Сара! Не упоминай больше то имя, у нас другой лорд…
— Этарр был нашим богом!
— Не бог, дракон, настоящий, ты сама это видела! Времена древних королей вернулись, забудь про всё, что было раньше. Дети леди Катарины будут дракаррами, он сказал, что свободные драконы уже рассекают небеса над Красной Башней.
Получается, Катарина всё ещё не беременна, несмотря на все усилия Роя сразу после ритуала.
Меня поселили в ту же комнату, что и раньше, и даже пообещали, что ко мне отправят Марию — служанку, которая помогала нам ещё в прошлый раз. Впервые за долгое время я осталась по-настоящему одна — рядом не было ни Анны, ни других членов отряда, и я невольно почувствовала, что скучаю по ним и ощущаю себя куда менее решительной, чем обычно.
У меня не осталось ничего — ни рации, ни личных вещей. Вместе с рацией, оставшейся в руках землян в Доминионе, я потеряла контакт с Талирой, а с ним и возможность общаться, отключать и включать Целесте.
— Вас нужно будет подготовить к вечернему посещению лордом, леди Фран, проследуйте за мной к купальням, — новая служанка, не представившись, стояла на пороге и наблюдала за мной, замершей прямо посреди комнаты в полной растерянности.
— Как тебя зовут? — спросила я девушку.
— Вазия, — чуть поклонилась она. — Мы подготовили покои к вашему возвращению ещё несколько дней назад. Скажите, если вам что-то понадобится. Купальня…
Девушка явно намекала, что я плохо выгляжу, да и я в этом не сомневалась — после перелёта на Драэсе и чёрт знает скольких часов, проведённых на металлическом столе в лаборатории, где за мной хоть и присматривали, но не особо тщательно.
— Иду, — подтвердила я, но далеко уйти не успела.
Потому что в нашей гостиной «для жён» находилась Эллен — она смотрела прямо на меня, выходящую из дверей, словно чего-то ждала. Её короткие волосы чуть подросли, теперь касаясь плеч, а лицо осунулось.
— У меня приказ лорда Феррела, леди Эллен, — чуть поклонилась Вазия, всем своим видом намекая, что задерживаться не собирается.
Да уж, здесь к Эллен относились совсем не так, как в Вермитуре, а украшений из Чёрного Крона на Эллен всё ещё не наблюдалось. Все вокруг прекрасно знали, кто тут старшая жена и хозяйка поместья. Практически местная королева…
— Оставь нас, пожалуйста, на пять минут, а потом я выйду, — попросила я.
Просто потому, что мне ужасно хотелось узнать…
Как только служанка покинула комнату, я тут же повернулась к Эллен:
— Что случилось в Вермитуре? После того как мы ушли?
Эллен наклонила голову, долго рассматривая меня, решая, отвечать или нет, но после всё же «сжалилась».
— Вы не настолько важны, как думаете. Никто особо не стал вас искать, тем более что ты и не скрывала, что уходишь. По крайней мере, пока они не обнаружили, что Око Дракона ненастоящее, — она хмыкнула.
— Да? — я попыталась изобразить удивление, но, судя по её лицу, получилось плохо. — И что случилось потом? Как они обнаружили?
