Ни о чём другом Целесте решила мне не сообщать — ни о том, куда перевели людей от переулка Минаура, ни о том, кто отвечал за безопасность и где этот человек сейчас. Она защищала землян как могла, пусть даже сама верила, что преобразователь вязи должен быть уничтожен.

О… плане, наверное, я рассказала Лойду только тогда, когда мы оказались в раздевалке, но даже там я не решилась говорить открыто. Вместо этого затащила его в женский туалет — к этому моменту все остальные новички давно покинули раздевалку, оставляя в здании только нас, рабочий персонал, Бруно и кого-то из начальства.

— И ты не собираешься объяснять, как поняла всё это, просто один раз подслушав Бруно?! — Лойд буквально рычал, я никогда его таким не видела.

С другой стороны — он ввязывался в безумную авантюру на одном только доверии ко мне. И вновь я просила его... просто доверять.

— Тише, — попросила я. — Я не знаю, поверишь ты мне или нет.

Если я и могла доверять… кому угодно в этом мире, то это был Лойд. И он обязан мне жизнью, я знала, что он не предаст.

— Фран…

— Во мне находится что-то вроде паразита, — мужчина напротив меня нахмурился, и я продолжила. — Это искусственный интеллект, неживое существо, система, умнее нас, умнее любого человека, даже землян. Я не знаю, как объяснить тебе это проще, мы даже технологию такую понять не способны. В Доминионе она когда-то тоже была, но её уничтожили или остановили — скорее всего, потому, что её программы пошли вразрез с установками на долгосрочное выживание на этой планете.

— Планете? — он нахмурился ещё сильнее, и тогда я поняла, что не смогу объяснить ему всё прямо сейчас — ни о других планетах, ни о землянах, ни о Талире и Даниэле. Живя с этой информацией все эти месяцы, я сумела переварить её и принять, но для Лойда это практически невозможно, он считал землян кем-то вроде другого народа. — Фран!

— Не сейчас… Пойдем домой, я объясню там всё, что смогу… Просто сначала мне нужно кое-что сделать здесь, чтобы мы могли пробраться в энергетический сектор.

— Ты ведь не можешь всерьёз собираться провернуть это сегодня! Нам нужно нормально подготовиться, просчитать все пути отступления, — возразил Лойд, напоминая мне чем-то Целесте.

Он был прав, конечно, нам нужна подготовка получше, но я буквально чувствовала, что с каждой секундой пребывание здесь становится всё опаснее. Рано или поздно земляне узнают, что я была фавориткой Таррена, даже если никто из наших не проговорится. И что я ушла оттуда только потому, что обрела… дракона.

— Всё дома, пожалуйста, — тихо попросила я, — подожди меня у выхода.

Я собиралась полностью доверить Целесте операцию по краже ключ-карты, на самом деле сомневаясь каждую секунду. Она вполне могла просто притворяться и выдать меня людям в любой момент — и меня, и Лойда. Наш… план, если это можно так назвать, держался исключительно на её возможностях.

Но на выходе из уборной нас задержали. В раздевалке находился Рауль, и взгляд, которым он смерил нас, когда мы вышли из женского туалета, говорил больше любых слов.

— Вот, значит, как…

Почему я почувствовала в этот момент… почти отголосок стыда? Будто я обманывала его, обещала ему что-то? Впрочем, стоило ему произнести следующие слова, как это чувство бесследно прошло.

— Строишь из себя всю такую невинную, говоришь, что не спишь без чувств, а сама готова трахаться с ним в туалете, даже не успев смыть с себя запах нежити. Что ж, я всё понял. Думаю, ради него ты и выпрашивала эту работу…

Казалось, он ждёт какой-то реакции на свои слова, в конце концов, он ухаживал за мной — коряво, как умели только земляне, по-моему, напрочь забывшие, что такое нормальные отношения. Возможно, я бы и ответила ему, если бы действительно планировала здесь остаться.

— Бесишь. — Не дождавшись ответа, Рауль наконец-то ушёл.

— Я так понимаю, он больше не поможет нам попасть в это здание и в тренировочную группу? — поинтересовался Лойд, провожая его взглядом.

— Видимо, так. Всё, жди меня на выходе, Лойд, и я постараюсь объяснить тебе дома всё, что смогу.

— И ты…

Глазами я сказала «не здесь», слишком опасаясь, что нас могут подслушивать.

***

Позднее глубокой ночью мы выбрались из апартаментов и добрались до условленного места — тихо, незаметно, скрываясь даже от остальных, потому что Анна и Ленор всё больше замечали, что я провожу слишком много времени с Лойдом. Непривычно много.

Нет, вряд ли они думали, что между нами есть что-то большее, чем дружба. Скорее, волновались, что мы затеваем какой-то план, из которого они исключены, но ввязывать в это дело ещё больше людей мне не хотелось. Единственным, кто по-прежнему ничего не замечал, оставался Альберт.

Лойд по дороге со мной почти не разговаривал, он всё ещё пытался переварить услышанное и как-то уместить в голове существование других планет, прошлое землян, о котором даже я знала очень мало, и тот факт, что где-то есть разум, превосходящий человеческий — независимый… и неживой.

И этот разум сейчас буквально обитает в моей голове, по соседству с моим собственным.

В рюкзаке у меня лежали ключ-карта и странный прибор длиной в половину моего плеча, сооружённый из рации Бруно и штуковины, которую Целесте назвала пусковым конденсатором. Его она вытащила… из стиральной машины в наших апартаментах, оставив её полностью нерабочей.

Что именно она делала с рацией и этим конденсатором, я понятия не имела — на время сборки она закрыла мои глаза, действуя вслепую, но в итоге у нас получилось устройство, способное заглушить камеру. Рация, привязанная к конденсатору, примотанные к длинной палке и проводам, а на самом конце… кастрюля с намотанной катушкой из медной проволоки. Выглядело это сооружение настолько убого, что я искренне сомневалась в его работоспособности, а вот Целесте была уверена на сто процентов.

— Готов? — спросила я Лойда и он кивнул, хотя вряд ли был полностью готов.

Я соединила оголённые провода между конденсатором и рацией, которые Целесте оставила для меня, и выждала, пока голос в голове не произнёс:

— Сейчас.

После этого я направила своё устройство на ворота. Целесте сразу предупредила, что радиус действия окажется внушительным и заглушит не только камеры, но и другие датчики — возможно, нам даже не понадобится ключ-карта.

Стражников у этих ворот было немного — всего двое, они неторопливо переговаривались, стоя в тени и, судя по всему, прикуривая. Если верить словам Бруно, здесь практически никогда ничего не происходило, к тому же именно сегодня людей отсюда перевели на более проблемный участок.

Воздух резко запах озоном, мой странный прибор в руках мгновенно нагрелся, и пластиковый корпус рации даже немного поплыл, но больше ничего не произошло — никакого шума. Искусственный интеллект в моей голове тут же выдал указание:

— Двигайтесь в теневой зоне, непосредственно вдоль забора. Судя по доступным маркерам, их внимание направлено в противоположную сторону, они поглощены диалогом. Не издавайте ни звука.

Нам не нужно было повторять дважды — в конце концов, мы долго тренировались перед выходом за вуаль и умели передвигаться практически бесшумно. Разговор стражников, действительно стоявших с сигаретами, не прерывался. Как оказалось, одному из них изменила жена, поэтому он говорил особенно эмоционально.

Дверь для персонала была самого обычного размера, я приложила ключ-карту к устройству на стене, и замок тихонько пикнул. Этот короткий сигнал показался мне оглушительным, уничтожил каждую клеточку в моем теле…

Но стражники даже не повернулись.

Дверь за собой мы закрыли беззвучно. Внутри патрулей почти не было — вряд ли сюда вообще кто-то пытался пробраться. Если верить Целесте, энергетический комплекс во многом автономен и не требует постоянного присмотра, хотя охрана по периметру, конечно, стояла.

Я улавливала даже отдалённый шёпот, по какой-то причине мой слух обострился, да и в теле появилось больше силы — это стало заметно ещё во время схватки со скребунами. Могла ли так влиять связь с драконом?