Я силой заставила себя отвернуться, но, не сдержавшись, снова посмотрела туда и подошла ближе, чувствуя, как бешено заколотилось сердце, а во рту мгновенно пересохло.

Не может быть…

— Фран! — рыкнул Лойд, у которого наши задержки, похоже, уже в печёнках сидели.

Но я не отреагировала, протягивая к волосам дрожащую руку и понимая, что передо мной именно она. Старая обида, боль, ненависть и злость вспыхли с новой силой, почти ослепляя. Я откинула обрывки одежды, закрывавшие лицо женщины, и увидела, что оно истлело практически до костей. За десять лет — неудивительно…

Неужели такая смерть лучше, чем жизнь со своей дочерью? Я так и не смогла простить маму за то, что она ушла. Отца — да, его забрала печать, но почему мама бросилась вслед за ним? Почему в последние годы она твердила только о брате, погибшем из-за печати, почему делала вид что я не существую?

— Не беси меня, Фран, соберись! — Лойд попытался оттащить меня, но я наклонилась, подхватывая её кожаный рюкзак с оторванным ремнём, и бросилась догонять остальных.

Кажется, внутри меня начиналась истерика не хуже той, что только что пережила Анна.

— Сюда! — Ленор подзывал нас рукой. Я различала его силуэт лишь потому, что зрение немного адаптировалось к темноте, а глаза Ворона сияли ещё ярче. Мы подбежали к нему, стараясь не шуметь, но в следующий миг в ужасе отшатнулись.

Потому что нечеловеческий удар с силой впечатал Ленора в каменную стену.

Дракон бешено вырывался из моих рук, стремясь наброситься на того, кто атаковал напарника, но противник не торопился. Каждый его шаг был размеренным и спокойным, хотя пол под нашими ногами ощутимо содрогался. Мы в панике отступали, слушая, как от боли стонет Ленор.

— Человек? — неверяще прошептал Альберт, когда нечисть, высотой в два человеческих роста подошла достаточно близко.

— Нет…

Анна узнала того, кто вышел к нам из темноты.

— Это Вигорр… Предыдущий король Вермитура. Но он умер почти пятьсот лет назад!

— Это не человек… — прошептал Лойд, обходя нежить по полукругу профессиональным, отточенным движением.

Его инстинкты по-прежнему оставались острыми, пусть тело и было сильно ослаблено.

Человеком Вигорр и правда не являлся — в привычном нам понимании. Его кожа, покрытая испариной и тысячей незаживающих шрамов, отливала синевой. Эти отметины, оставленные зазубренными мечами и топорами, бугрились на голове, плечах и торсе. Почти полностью обнажённое, если не считать крохотной повязки, тело поражало огромными мускулами, а в глазах светился разум, невозможный для нежити.

— Астралис-с-с… — произнёс он, и этот звук послал волны ужаса по всему моему телу.

Нежить просто не могла разговаривать, а тем более — делать логические выводы.

— Сейчас!

Я не успела понять, к кому обращался Лойд, но он, конечно же, просчитал намерения противника раньше нас. Вигорр рванулся вперёд с такой скоростью, что его огромное, чуть влажное тело смазалось в темноте, и удар пришёлся по Альберту. Напарник успел выставить свой клинок средней длины, но сталь вывернуло из пальцев вместе с ладонью, а сам Альберт отлетел назад, врезавшись плечом в груду тел.

Анна атаковала коротким топором, подлетев к нежити, она вонзила лезвие ему в спину, но оно вошло неглубоко и тут же застряло. Судя по старым ранам на Вигорре, подобные удары наносились ему уже сотни раз, он даже не сразу обернулся, но лучше бы вообще этого не делал. Огромная рука схватила Анну за шею и сдавила так, что девушка сразу же захрипела, беспомощно заболтав в воздухе ногами.

В этот момент Лойд ударил Вигорра мечом в колено, а я напала со спины, заставив нежить швырнуть Анну в сторону выхода. Девушка ударилась головой о камень, вскрикнула и затихла. Я очень боялась, что этот удар просто убьёт её.

Вигорр повернул голову к Лойду, и в ту же секунду из-за моей спины вылетел Ворон. Вцепившись нежити в лицо, он зашипел, выпуская пламя почти в упор, но Вигорр перехватил его одной рукой и с невероятной силой впечатал в стену. Камень хрустнул, прогнувшись под страшным давлением, дракон издал жалкий хрип. Ворон забился, его крылья бессильно заскребли по синеватой коже, но нежить не отпускала, вдавливая его всё глубже, будто желая раздавить живую плоть о скалу.

— Нет!

Я вытащила топор Анны из его спины и ударила по шее, а затем ещё раз, обеими руками, вложив в эти движения все силы. Лезвие рассекло кожу, но глубоко застревало в плотной, почти каменной плоти.

Вигорр замер и медленно повернул ко мне голову. Мне казалось, что я стою достаточно далеко, но его рука неожиданно метнулась вперёд, почти не теряя в объёме, и схватила меня за горло, поднимая над полом точно так же, как до этого Анну. Подтянув меня к себе и продолжая душить, нежить втянула воздух.

В этот миг взгляд Вигорра изменился, стал страшно осмысленным, почти узнающим.

— Ис-с-сабо…

На мгновение его хватка чуть ослабла, он отпустил меня… Почти.

Я лишь успела коснуться кончиками сапог земли.

А потом он передумал. Ударил меня о стену один раз и попыталась приложить второй.

Ворон пришёл в себя раньше. Встрепенувшись где-то на полу, он взлетел на уровень лица Вигорра, выгнулся, распахнул пасть и выпустил огонь так близко, что мне обожгло щёку и волосы. Но в эту секунду моей ладони что-то коснулось — рукоятка сабли. Вторую Лойд уже со всей силы вогнал в грудь Вигорра, ломая клинок.

Я же целилась в шею, которую уже сильно повредила топором.

Ничего не видя перед собой, я била по ней вновь и вновь, зажмурившись изо всех сил. В какой-то момент моя сталь столкнулась со сталью Лойда — он повторял мои движения, действуя обломком другой сабли.

Голова Вигорра отделилась не сразу, но хватку он ослабил почти моментально, позволяя мне перехватить рукоять обеими руками. Его тело, всё ещё объятое огнём, рухнуло на землю, и мы вместе с Лойдом в каком-то исступлении продолжали добивать нежить, понимая, что все наши напарники серьёзно ранены.

Мы замерли на несколько секунд, тяжело дыша, и нас обоих ощутимо трясло.

А потом Альберт, бледный, баюкающий свою правую руку, поднял отрубленную голову Вигорра за спутанные волосы и, морщась от боли, швырнул её в крохотное отверстие — всё, что осталось от трещины через которую мы вошли. Потому что всё остальное было завалено камнями.

— На всякий случай, — сипло сказал он.

— Ворон! — я протянула руку, желая коснуться лобастой головы, чтобы убедиться, что он в порядке, и дракон тут же подлетел ко мне, вновь насылая видения. — Нет, не сейчас…

— Нужно проверить Анну и Ленора! — приказал Лойд, пострадавший меньше остальных, и мы с Альбертом бросились было в разные стороны. — Нет, сиди.

Лойд обращался ко мне, потому что, судя по всему, вид у меня сейчас был тот ещё. Но мне, на самом деле, повезло больше других — сопровождаемая лёгким жжением регенерация медленно восстанавливала силы, в то время как Ленор жаловался, что вообще не различает ничего, кроме силуэтов, а Анна пока так и не приходила в себя. Я же с каждой минутой всё отчётливее видела происходящее вокруг.

— Регенерируешь? — я кивнула, поймав вопросительный взгляд Лойда. — Когда сможешь твёрдо стоять на ногах, посмотри, что у тебя есть из земных препаратов. Но никаких ошибок, ты должна чётко осознавать, что делаешь!

Командир протянул мне воды, а сам вернулся к Анне, не без труда перенося её поближе к нам. Я же, тяжело вздохнув, потянулась к рюкзаку и только в этот момент осознала, что у меня за спиной находится ещё и рюкзак… мамы.

— Что у тебя там? — хрипло спросил Ленор, садясь рядом у стены. — Чёрт, ничего не вижу, даже стоять не могу.

— Сиди, может это шок, пройдёт, — посоветовала я. — Поверить не могу, что мы справились. Что это вообще было?

Ответ я нашла в мамином дневнике, который лежал свернутым в трубочку. Записи описывали, как их отряд шёл до Вермитура почти шесть месяцев, выбрав совершенно другой путь, и как они не решились войти внутрь, увидав вооружённых людей за вуалью. К тому моменту от прежней группы осталось только трое человек.