Арди улыбнулся и ненадолго прикоснулся губами к ее макушке.

— Есть новости? — спросил он, возвращаясь к мытью посуды. — По поводу кино.

Холодная вода его не беспокоила, а сам процесс всегда приносил некоторую долю покоя беспокойному разуму. Так что Арду нравилось мыть посуду. С самого детства он воспринимал это как отдых.

— Знаешь, Арди-волшебник, с одной стороны мне очень приятно то, что ты понимаешь, что я хочу получить роль в кино, особенно когда вскоре появятся фильмы со звуком, — Тесс зачерпнула пены и щелкнула пальцами, метнув ту в лицо Арду. Тот зафырчал раздраженным котом и принялся стряхивать ее полотенцем. — Но вместо своих дознавательских штучек, мог бы и просто спросить.

Отплевавшись, отсмаркавшись и вытеревшись насухо, Ардан понуро произнес:

— Прости… я не спрашивал?

— Нет, не спрашивал.

— Прости, — повторил Ардан и, приосанившись, прокашлялся и произнес. — Госпожа Тесс, чем, кроме триумфа в роли Веренсы на премьерном открытии Большого Концертного Театра и, кроме того, что вы стали первой певицей, собравшей Арену и выступившей под открытым небом для десятков тысяч человек, вы хотели бы заняться теперь? На какие горизонты обращен ваш взор?

Тесс сделала вид, что задумалась.

— Кроме последнего вопроса, прозвучало почти даже искренне.

— Думаешь?

Тесс кивнула и показала большим и указательными пальцами «чуть-чуть».

— Вот столько переборщил с пафосом.

Они посмотрели друг другу в глаза и, рассмеявшись, вернулись к готовке.

— Когда ты понял, что я хочу попасть в кино? — все еще с короткими смешками, спросила Тесс.

Ардан пожал плечами.

— Наверное, в тот самый день, когда ты первый раз повела нас в кинотеатр, — честно признался Арди. — То, как ты ждала этого, как смотрела на экран… хотя даже больше на зал и зрителей, а не на экран. Ну и твой восторг касательно возможности, благодаря тому, что происходит на Арене, создавать фильмы со звуком… это было очевидно, Тесс.

— Очевидно ему было, — фыркнула, передразнивая, красавица. — Дознаватель…

— Я ведь извинился.

— Знаю, но это не мешает мне над тобой подтрунивать.

Ардан вздохнул и продолжил бороться с пятном на толкушке для кореньев. Порой некоторые так сильно пачкались, что приходилось приложить немалое старание, чтобы избавиться от последствий использования.

— Ну так что? Есть новости?

Тесс повернулась к нему, и несколько мгновений Ард переживал, что она продолжит свое «подтрунивание», но пылкое сердце певицы все же сжалилось.

— Весной должны пройти пробы в первую полноценную кино-постановку. Со звуком и хронометражем почти семьдесят пять минут!

Ардан едва не поперхнулся. Самый длинный фильм, который они видели, длился, кажется, почти полчаса, и это считалось чем-то сумасшедшим. Само количество пленки в рубке, наверное, превышало по объему сырную головку.

— И что за фильм?

— Тебе не понравится, — подмигнула ему Тесс. — Это детективная история. Там старый, отставной следователь корпуса Стражей открывает собственное детективное агентство и расследует цепь преступлений, которые выводят его на подпольный орден Черных Магов и… Арди… ты поперхнулся?

Закончив с кашлем, Ардан постучал себя по груди и повернулся к жене. Да уж… Какой-то слишком знакомый сюжет.

— И почему мне должно не понравиться?

— Ты не любишь детективы.

— Потому что они очень предсказуемые, и когда ты мне рассказываешь сюжет, то…

— То ты уже сразу называешь имя убийцы, да-да, — закатила глаза Тесс. — Именно поэтому я и перестала обсуждать с тобой прочитанные мной детективы. Но не переживай, в этот раз, если слухи не врут, студия…

— Студия?

— Да, Арди, кино-студия, — пояснила, но, в то же время, вообще ничего не пояснила Тесс. — Так вот. Студия наняла консультанта. Тоже возрастного. Фамилия еще такая… как же там… ах да! Огланов. Петр Огланов! И… Арди… тебе дать воды? Ты как-то часто кашляешь.

Продышавшись, Ардан покачал головой.

— Нет, дорогая, все в порядке… — встрепенувшись и отогнав от себя воспоминания о любителе джаза, красивых секретарей, эксов, алкоголя и использовать всех вокруг в своих не всегда прозрачных целях, Арди вернулся к более важной теме. — А ты на какую роль претендуешь?

Тесс на мгновение стала похожа на довольную, но не очень сытую кошку. Скорее такую, которая уверена в том, что ее грациозный, стремительный прыжок за жертвой принесет ей столь вожделенную добычу.

— На главную женскую, разумеется, дорогой, — она помешала содержимое кастрюльки, попробовала кусочек на вкус и, удовлетворенно кивнув, закрыла крышкой и переключила конфорку на маленький огонь. — Расставь, пожалуйста, тарелки с приборами и займись чаем.

— Хорошо… а в чем роль?

— Ты будешь смеяться… ну или опять кашлять.

— Честно, не буду.

— Роковая барная певица, которая… Арди! Ты обещал!

— Да просто муха, кажется, в рот попала, — Ардан снова постучал себе кулаком по груди и, отвернувшись, сделал вид, что что-то вынимает изо рта.

— Не старайся, дорогой, такими темпами, твой завтрак этой самой мухой и ограничится.

Тесс, разумеется, говорила несерьезно, но, на всякий случай, Арди посоветовал сам себе лучше держать эмоции под контролем.

— Так вот, — продолжила Тесс. — Детектива наймет певица, чтобы выяснить, кто убил ее подругу, которая выступала в ее труппе. Ну и дальше все закрутится. Студия ищет кого-то с опытом сценических выступлений и подходящим голосом. Прослушивания начнутся после того, как они закончат стройку декораций. Там почти целый городок отгрохали, Арди!

— Да уж… ну, в любом случае, мне кажется, что роль уже…

— Даже не думай! — Тесс буквально подлетела к нему и накрыла рот ладошкой и пояснила. — Примета плохая. Вот когда меня утвердят, тогда сможешь поздравить. Тем более съемки будут идти вплоть до начала лета, а потом еще и… Арди…

— Что?

К нему прижалась его любимая жена, и их тела разграничивали лишь ее халат и его штаны.

— Руки…

— Ты сама ко мне подошла.

— Завтрак…

— Видимо, я, все же, ограничусь мухой.

Ардан спустил подножку и оставил «Буревестник» на громадной, почти бескрайней парковке. Когда он впервые посетил знаменитый почти на всю страну Блошиный Рынок Тенда, то здесь еще не положили асфальт, а трамваи останавливались прямо в дорожной пыли бывшего мануфактурного квартала.

Когда-то давно, вместо бесчисленных торговых ларьков, самодельных палаток, небольших лавочек из кирпича, но чаще дерева, и целых озер разложенных прямо на земле тряпок с товарами, тут поднимались черепичные крыши мануфактур. Затем, после первой индустриальной революции, пространства для предприятий стало мало, и зарождавшиеся фабрики начали свой переезд на более просторные и свободные участки.

Затем, когда старый мануфактурный район оказался почти полностью заброшен, то его снесли, планируя построить тут новые доходные дома. Но началась Фатийская резня, брожения в стране, угроза новой интервенции (ведь никто еще не знал, что эта война окажется совсем краткосрочной), так что Казна перенаправила выделенный для застройки бюджет на другие цели.

Но, как это часто бывает, пустая земля, особенно в черте такого города, как Метрополия, долго без дела не стоит. И вот буквально как грибы после дождя, прямо на глазах возник стихийный рынок. Сейчас его, конечно, обнесли забором, но только ради того, чтобы он не разрастался и дальше.

Забрав из кофра свернутый кожаный рюкзак, Ардан закинул тот на спину и, пересчитав наличные деньги в бумажнике (если на Блошином в Тенде кому-то протянуть чек, то на тебя посмотрят, как на идиота), с улыбкой на лице зашагал на уже почти родной рынок. Проще было перечислить, что из того, что он носил на теле или использовал, включая инструменты, а порой и какие-то комплектующие для Конюшен, включая мебель, он здесь не купил, чем то, что именно тут и приобрел.

Вместе с галдящей, самой разношерстной (порой, в случае гоблинов и орков, даже в прямом смысле) толпой, он прошел через ворота и тут же погрузился в круговорот Блошиного Рынка. Все вокруг кишело людьми, Первородными и, разумеется, гремело от выкриков, иногда почти комедийного, но изредка даже агрессивного торга.