Что-то внутри вяло пискнуло, что нужно остановиться. Быстро отмахнулась от этого голоска.
Остановиться? Зачем?
После последнего потрясения, моего признания себе и заодно Риасу в своих чувствах, я поняла одно — нужно расходиться. Мы должны были стать лишь проводником и пришлой, но всё вышло из-под контроля. Мы позволили себе то, что не имели права позволять. Пусть проклятие никуда не делось, но нам стоит проводить вместе как можно меньше времени. Рвать эту пуповину, связавшую нас. Потому что это путь в никуда.
Пока ему было так плохо, я не смела заикаться о подобном, но как только Риасу станет лучше, мне нужно будет срочно уйти. Поселиться где-нибудь на суше, а он пусть остаётся в океане. Если проклятию столь важно, чтобы мы контактировали, можно иногда пересекаться. Встречаться на пару часов, не более. А то последнее время мы чуть ли не живём вместе.
Сейчас же… В этот самый момент я хочу быть с Риасом. Принадлежать ему, как женщина мужчине. Потому что если и с ним мой страх окажется сильнее желания, можно и не мечтать когда-либо обзавестись семьёй.
Хочу его, хочу быть с ним. Пусть только раз. Один единственный раз познать таинство близости. Каково это, быть с тем, кого любишь. Каково это, когда добровольно. Без боли, страха и унижения.
— Перестань, — первым попытался отстраниться Риас. — Майя, я люблю тебя и не хочу напугать или сделать больно, но я всего лишь живой парень.
— Я не боюсь и не хочу переставать, — прошептала ему в губы.
— Майя, ты… — он смотрел на меня огромными, чуть пьяными от желания шокированными глазами.
Невысказанный вопрос повис в воздухе. Тот самый шанс пойти на попятную без последствий, которым я не хотела пользоваться. Он не был мне нужен.
Уже скоро мы были в доме, беспрерывно целуясь. Одежды на нас и так было немного, вскоре она вся была на полу. Оказавшись перед Риасом полностью обнажённой, почувствовала себя такой уязвимой. Захотелось срочно прикрыться, спрятаться куда-нибудь.
— Ты прекрасна, — произнёс он, смотря на меня горящими глазами. — Не закрывайся. И не бойся. Я ничего не сделаю против твоего желания.
Он был искренен, это ощутила каждой клеточкой тела и души. И совершенно не хотела, чтобы Риас останавливался. Потому притянула его к себе для нового поцелуя.
Я и не подозревала, что может быть так хорошо. Мне казалась, я вся превратилась в оголённый нерв. Он ласкал руками и губами грудь, живот, бёдра. А я, забыв обо всём, тонула в этом наслаждении. Растворялась в этой страсти, поделённой на двоих. И хотелось чего-то большого, неясного, неизведанного.
Но в момент, когда Риас решил, что нам пора стать единым целым, меня словно парализовало. Страх из прошлого, та чудовищная убивающая беспомощность накатили словно цунами, смывая всё удовольствие и уверенность в правильности поступка. Мне казалось, я снова слышу глумливые смешки, а чужие руки больно стискивают, лишая возможности защищаться.
— Майя! — голос Риаса донёсся словно издалека. — Майя, посмотри на меня! Это я!
Наконец удалось выдраться из образов прошлого и сосредоточиться на настоящем. Риас смотрел на меня напряжённо, даже испуганно. Попытался было отстраниться, но я не дала. Не позволю проклятому прошлому лишить меня будущего и удовольствия в настоящем.
— Останься, — прошептала я, целуя любимые губы.
Чуть качнувшись вперёд, Риас замер, целуя нежно, но крайне чувственно. Давая привыкнуть к этому странному чувству наполненности. Давая привыкнуть к нему. Пламя снова начало разгораться в крови, заставляя меня в нетерпении ерзать, побуждая Риасу к действию.
Эти минуты близости стали самыми странными, но и потрясающими в моей жизни. Риас словно интуитивно угадывал мои желания, заставляя меня тянуться к нему ближе в жажде почувствовать его глубже. Он очень старался, чтобы мне было хорошо, и у него получалось! Лишь тень того страха, живущего во мне, так и не позволила мне познать всю глубину удовольствия. Он всё ещё жил во мне, где-то глубоко в подсознании. Мне удалось его отогнать, но не победить до конца. Но начало пути положено. Теперь я знаю, для меня тоже возможно женское счастье.
— Не могу больше, — пошептал Риас срывающимся голосом.
Простонал едва разборчиво, как любит меня, несколько раз толкнулся и замер, едва ощутимо вздрагивая. После чего лёг рядом, дыша глубоко и часто. Мне вдруг стало так одиноко и пусто. Отчаянно захотелось, чтобы он оставался со мной. Риас в очередной раз, поражая тем, насколько меня понимает, притянул к себе, покрывая мелкими короткими поцелуями моё лицо.
Так мы и лежали, тесно прижавшись к друг другу, пытаясь восстановить дыхание.
— Прости, Майя, — неожиданно выдал Риас. — Я оказался никчёмным любовником. Так и не смог доставить тебе удовольствия.
Всё это он говорил, глядя в потолок, алея скулами. А меня оторопь взяла с его выводов. Проблема не в нём, во мне! Если бы я каждую секунду не ощущала отголосков пережитого ужаса, не сравнивала, что было и есть, а просто наслаждалась процессом, всё было бы иначе!
Попыталась это ему объяснить, но Риас лишь упрямо поджал губы, не принимая моих объяснений его, как он считал, провала.
— Перестань! — взмолилась я, садясь на постели, прижимая к груди одеяло. — Хватит, Риас! Мне всё очень понравилось! В конце концов, ты мне дал куда больше, чем оргазм. Ты подарил мне надежду, что и для меня возможно стать счастливой однажды. Что во мне всё ещё жива женщина, и когда-нибудь я смогу встретить достойного мужчину и создать с ним семью.
— Что? — подскочил он, уставившись на меня безумными глазами. — К-какого мужчину?
— Какого-нибудь, — пожала я плечами.
Естественно, сейчас на примете у меня никого не было. Мне предстояло долгое время изживать из себя чувства к одному совершенно невыносимому руалсу…
Он же довольно долго смотрел на меня, не шевелясь, только эти невозможные глаза стремительно меняли оттенки, выдавая, что у владельца в голове хаос. Потом они потемнели до мрачноватой, решительной синевы.
— Нет, Майя, — заявил Риас безапелляционно. — Ты — моя.
Глава 39, Единственно верный выбор
Глава 39, Единственно верный выбор
Элуриас
Последние дни выдались ужасными. Сколько бы я ни повторял себе, что не я отвечаю за поступки Старисы, легче не становилось. Никак не получалось отделаться от мысли, что вопреки словам родителей, что сочли меня даром Богов, когда я появился на свет, я стал проклятием собственной семьи. Постоянно то расстраиваю их, то вести плохие приношу.
Это мерзкое состояние было подобно водовороту: затягивает, несёт, и никак не выбраться. Майя старалась помочь: была рядом, прыгала со мной по всему миру, за что я ей искренне благодарен. Она пыталась говорить со мной, но мне меньше всего хотелось обсуждать случившееся.
А о том, о чём желал бы поговорить я, не говорила сама Майя. Неужели мне действительно примерещилось её признание в любви? Она молчала, а я не находил в себе сил заговорить об этом. Не хочу больше разочарований. Не могу. Не сейчас.
Понятия не имею, как, но Майе удалось в итоге меня встряхнуть. Эти догонялки в воде и на суше оказались как нельзя кстати. Дурачился с ней, и вдруг стало так легко! Наверное, разговор на берегу тоже повлиял. Словно озвучив часть отравляющих истин, я смог их принять. Смириться.
А потом… В самых смелых и сладких фантазиях, я не смел надеяться, что однажды Майя станет моей. Придёт ко мне и позволит себя любить. Это были самые чувственные и эротичные моменты моей жизни! Казалось, всё и все, что были до Майи, просто перестали существовать. Близость с любимой девушкой — это совершенно иной уровень счастья и наслаждения. Даже несмотря на весь её страх, почти панику, накрывшую её в момент, которые я прочувствовал почти как свои. Но Майя справилась. Моя такая хрупкая, но сильная девочка.
Мне хотелось, чтобы наградой ей стало наслаждение, что можно получить только во время занятий любовью. Ничего не вышло. Пусть Майя и утверждает, что проблема в ней, но всё равно не удаётся отделаться от чувства, будто я оказался не лучшим любовником.