А ведь однажды, возможно, мне придётся сделать это — отойти в сторону. Это сейчас она не готова к отношениям, но однажды она может оттаять и влюбиться. И я не имею права ей мешать. В конце концов, чем быстрее она найдёт своё место в мире и станет счастливой, тем скорее я вернусь домой и забуду всю эту историю. Только почему так тошно от одной этой мысли?
— Вот и мы, — улыбнулся эльф, когда мы вернулись к столу, а я следил за ним магическим зрением.
— Да? — Майя выглядела растерянной и дезориентированной после исчезновения «очарования». — О чём говорили?
— Да так, — отмахнулся я, — не бери в голову.
— Ладно, — согласилась она покладисто.
Вмешательство эльфа с его магией уничтожило магию вечера. Звучит как тавтология, но как есть. Разговор не клеился, и уже минут через пятнадцать мы распрощались с ушастым и отправились на постоялый двор.
— Что это было, Риас? — спросила она меня, как только мы покинули здание. — Этот Тейнириэль на сцене был прекрасен, а когда подошёл, так я вовсе пропала. Господи, да мне такие мысли в голову лезли! — воскликнула она, краснея.
— Ты его хотела, — констатировал я факт.
— Да, — простонала она, закрывая пылающее лицо руками. — Безумно. До одури. А сейчас так безумно мерзко от одних воспоминаний о тех мыслях...
— Обыкновенное эльфийское воздействие, — развёл я руками. — Называется «очарование». Это могут не все ушастые, но только среди них встречается подобное умение.
Её негативные эмоции я прочувствовал ещё в едальной, а сейчас меня накрыло волной такой обиды, смешанной с отчаянием, что невольно пошатнулся на месте.
— За что?! — крикнула Майя. — Что со мной не так? Или с этим вашим миром? Надругаться над телом было мало, надо ещё и душу изнасиловать?
— Майя… — произнёс я беспомощно.
— Заткнись! — её голос звенел от слёз и ярости. — Ничего не желаю слышать! Ненавижу тебя, этого ушастого урода и весь ваш идиотский мир!
— Послушай, — попытался я достучаться до неё, игнорируя слова про ненависть, понимая, что в ней говорят боль и обида, — всё не так…
— Да отвали же ты! — вызверилась она на меня.
До постоялого двора шли молча, но там она, не удостоив меня даже словом, скрылась в своей комнате. Стало даже обидно, будто это я на неё воздействовал! А прошлое изменить я не в силах, но делаю всё, чтобы её настоящее было приятным.
В итоге почти всю ночь я морщился от коктейля её эмоций. Давился ими, как мерзким ядом. И понимал — сейчас её лучше не трогать. Ей нужно время это пережить. И бывает так, что для этого требуется недолго побыть в одиночестве.
А ещё я думал, что надо было удавить апельсинового эльфа. Ну, или хотя бы сломать ему что-нибудь. Тогда бы ситуация была б не настолько поганой.
Глава 16, Нежданное благородство и расчётливая подлость
Глава 16, Нежданное благородство и расчётливая подлость
Майя
Как же стыдно! Как же до дрожи и крика невыносимо стыдно!
Почему всегда у меня всё наперекосяк? Из всех девушек и женщин в зале рыжий ушастый урод выбрал именно меня забавой на ночь! Не побрезговал использовать на мне свою мерзкую ушастую магию, и я попалась. Как последняя идиотка сидела и пускала на него слюни. В голову лезло такое, что стыдно даже вспоминать. Если бы не Риас… я бы просто этого не пережила.
Ещё и сорвалась на него глупо. Позорно. Но когда морок схлынул, мне казалось, что надругались над моей душой. Самой моей сутью. Обыкновенное насилие мерзко, но такое в стократ отвратительней. Это насилие над личностью!
Половину ночи я проревела, задаваясь одним вопросом: почему я? Почему именно со мной происходят такие вещи? На мне где-то метка «девочка для надругательств»?
Выходить из комнаты и смотреть Риасу в глаза страшно. Для начала, я сама сейчас выгляжу так, что можно мною детей пугать. Но куда важнее — мне стыдно. Стыдно, что так глупо попала под чары, и ещё больше стыдно, что сорвалась на него. Он спас меня от катастрофы, а я ему — отвали, ненавижу тебя. Как после такого смотреть ему в глаза?
Отражение в зеркале старательно советовало мне сидеть в комнате, но, собрав волю в кулак, я всё же вышла в общую гостиную, где находился Риас, попивая какой-то сок.
— С добрым утром, — произнёс он, будто ничего и не было. — Хотя, сейчас уже, скорее, обед. Но я взял тебе завтрак.
Он кивнул на поднос, где под магическим клошем, чтобы не остыло, меня ждала еда. В горле образовался комок, стыд значительно усилился.
— Риас, прости меня, — выдавила я. — Я вчера сорвалась на тебя, наговорила всякого. На самом деле, я так не считаю, и очень тебе благодарна. Если бы не ты, сегодня мне осталось бы только повеситься на ближайшем дереве.
— Ты это перестань, — нахмурился он. — Что за суицидальные мысли?
— Как есть, — развела я руками. — Не представляю, как пережила бы подобное. Это «очарование», как по мне, тоже насилие, только ещё более циничное, глубинное.
— Есть такое, — вздохнул он. — Но большинство это воспринимают как удачу — с эльфом ночь провели.
— Обойдусь без такой удачи, — скривилась я в отвращении, присаживаясь за стол. — По мне, так лучше б такая дрянь на меня не действовала. Вот это было бы удачей.
— Нужно будет посоветоваться с татом Рирансором на предмет защитных артефактов, — выдал Риас задумчиво. — Мне тоже совсем не понравилось, как он легко на тебя повлиял. Будучи человеком без магии, ты слишком беззащитна.
— Не отказалась бы от таких артефактов, — признала я его правоту. — Мне это не понравилось гораздо сильнее, чем тебе. Спасибо за завтрак.
— Без проблем, — пожал он плечами. — И, как у вас принято говорить? Приятного аппетита?
— Ага, — кивнула я с набитым ртом. — Фпафибо.
В ответ Риас лишь усмехнулся и покачал головой. А мне стало значительно легче. Он имел полное право злиться, послать меня к чёрту, а он позаботился, завтрак принёс. Могла ли я ещё не так давно подумать, что он такой: добрый, заботливый, замечательный? Да ни в жизни! Я была убеждена, что он самовлюблённая задница, склонная к жестокости.
Стук в дверь раздался, когда я уже покончила с завтраком и попивала сок. Риас встал посмотреть, кому там что-то от нас понадобилось, и застыл у приоткрытой двери столбом.
— Прошу извинить нам этот непрошенный визит, — прозвучал мелодичный мужской голос. — Я — Тадениэль из рода Золотого Клёна. Старший сын рода. С моим непутёвым братом вы уже знакомы.
Ах да, у эльфов нет привычных фамилий, у них названия родов.
— Имел неудовольствие, — Риас и не пытался казаться дружелюбным.
— Об этом некрасивом инциденте я и хотел поговорить с вами и вашей спутницей, — пропел всё тот же голос. — Пригласите войти?
Риас глянул на меня с сомнением. У него на лице было написано, что он бы с радостью захлопнул дверь, но, вздохнув, он отступил в сторону, пропуская внутрь двух эльфов. Первый был златоволос, высок и статен, второй… Отодвинула на всякий случай ножи с вилками от себя подальше, потому что при виде обидчика меня обуяло жгучее желание подпортить его холёную физиономию.
— Доброго дня, леди, — склонил голову старший эльф.
Братец его всё это время молча стоял за его спиной, буравя взглядом пол.
— Доброго дня, эсмин, — наскребла я в себе крохи воспитания.
Не спрашивая, эльфы уселись на диван напротив меня. Риас присел рядом и ободряюще сжал мою ладонь под столом.
— Как я уже сказал, мы пришли поговорить о неприятном инциденте, случившемся вчера вечером, — заговорил всё так же старший.
— Вы это о попытке принудить Майю к близости при помощи «очарования»? — едко осведомился Риас.
— Зачем так грубо? — попытался сгладить острый угол старший. Как же его там? Те… Та… В общем тоже что-то на «Т», ну, пусть будет просто «старшим». — «Очарование» не насилие…
— Как есть, — оборвал его Риас. — Это хуже, чем просто насилие. Это насилие над личностью.
— Хорошо, — скривился старший, словно его лимонами накормили. — Пусть так. Но наш род совершенно не хочет ссориться с королевским родом Ореаниды.