Это амбре из пота, давно немытого тела и чёрт знает ещё чего — запах бедности? Ну, тогда он мне определённо претит.
Пертом, кстати, звали кучера. Он же был здесь конюхом, садовником и всем, где нужна мужская сила. Работали они здесь только вдвоём. Проживание под одной крышей с молодым парнем похоронило репутацию Гесии, но она не унывала. Зато так она может помогать больным родителям и не менее больной сестре, ведь остальные братья и сёстры, покинув отчий дом, сами живут, едва сводя концы с концами. А она хорошо устроилась. Когда дом кто-то арендует, им даже неплохое жалование перепадает. В остальное время оно куда скромнее, ведь они всего лишь смотрят за домом, но зато есть крыша над головой и всегда доступна горячая сытная еда.
Мне стало дурно. Получается, Гесия с Петром большую часть времени работают за еду и считают, что хорошо устроились! Как же живут остальные простые люди? Неужели уровень жизни столь ужасен? Куда смотрит их король, если даже в столице цветёт такая нищета?
— Его величество Керлан хороший! — возмутилась Гесия, когда я про это спросила. — Это его отец, покойный король Взераст, ввязался в проигрышную войну с Истамией, которой буквально обескровил королевство. Его величество Керлан получил разорённое королевство, где цвели разбой и чёрная нищета, начал наводить порядок. Мы уж было вздохнули с облегчением, что всё постепенно наладится, как морской король обложил наш Каншир непомерной данью. Эти рыбохвостые твари сидят на своём морском дне, купаются в роскоши и бед не знают, но им всё мало! Надо вытянуть последнее из нашего королевства, для которого отсутствие морских путей смерти подобно. Да покарают их Боги за их жадность и жестокость!
Вот те раз. В Ореаниде многие не любят людей, но люди руалсов любят не больше. В Каншире, где мы сейчас, так точно. И почему-то мне стало неприятно слушать Гесию, её слова, пропитанные откровенным презрением, почти ненавистью к руалсам. Может, потому что я знала, почему морской король так поступил? Только вот это знание никак не поможет людям, которым и без того жилось несладко, а с недавних пор стало ещё хуже. А как должен не любить руалсов местный король! Что-то встреча с ним пугать стала ещё больше.
— Может, у морского короля были веские причины? — спросила я осторожно.
— Какое людям до них дело, когда они умирают с голоду из-за того, что рыбохвостым захотелось получать с нас больше золота? — возразила Гесия горько.
С ответом я не нашлась. Да и что можно тут сказать? У короля Дарриара одна правда, у жителей Каншира — другая. Нужно будет поговорить с Элуриасом, нельзя ли повлиять на короля, чтобы он отменил грабительские поборы? Сына ему деньги не вернут, а простые люди не виноваты в смерти принца. Или лучше дождаться возвращения в Ореаниду и поговорить с королевой Диаларой? С учётом того, как долго Элуриас ненавидел жителей поверхности, неизвестно, как он отреагирует…
Время пролетело ужасно быстро. Нужно было ехать во дворец. Гесия поправила мне причёску и наряд, после чего мы с Элуриасом сели на этот раз в карету и направились на встречу с местным монархом. Страшновато, если честно. Особенно после откровений Гесии.
Отодвинув перегородку между кучером и пассажирами, Перт рассказывал о домах и живущих в них людях, мимо которых мы проезжали. Делал это так увлекательно, что я даже про свои опасения забыла на время. Вскоре мы подъехали к королевскому дворцу. Он… впечатлял. Этажей пять, не меньше, с множеством небольших башенок. Настоящий гигант! Перед ним огромный парк с фонтанами и изобилием цветов, над которым парило множество разноцветных шаров. Магия, как она есть. Пусть жизнь меня и забросила в средневековье, но, очевидно, с фэнтезийным калоритом.
— Дворец был построен предыдущим королём его величеством Взерастом. Во дворце одна тысяча сто семьдесят комнат…
Перт в красках расписывал, как король строил дворец, желая, чтобы он был самым большим и роскошным в мире. Чтобы завидовали и восторгались все соседи, и даже снобы эльфы кусали локти. Хм, бывший король был местным прототипом Людовика XIV, известного на Земле, как король-солнце? Это ведь вроде он был одержим желанием отгрохать шикарный дворец и построил Версаль…
Да какая разница? Сейчас нас ждёт встреча с его сыном, у которого нет ни малейшего повода любить руалсов и всех, с ними связанных. Оттого грядущее пугало только больше, но выбора у нас нет. Да поможет нам Бог. Точнее, местные Боги.
Глава 11. Аристократка
Глава 11. Аристократка
Майя
К моей невыразимой радости, местный «Версаль» не распространял ароматы своего земного собрата, о котором читала в интернете. Всё было чисто и роскошно, воздух был свеж и пах цветами.
Вспомнился не самый приятный разговор с Гесией о нищете, в которой утопает королевство, и ещё на подходе к исполинскому дворцу я невольно подумала, сколько денег должно уходить на содержание такой махины. А ведь тут наверняка ещё обитает целая орда придворных, которых тоже содержит король. Если всё так плохо в королевстве, нельзя ли было выбрать себе резиденцию поскромнее? Тогда, глядишь, и в королевстве всё стало бы не столь плохо…
От размышлений меня отвлёк многоголосый гомон: мы достигли зала приёмов. Если до этого встречались лишь снующие по коридорам слуги, то тут определённо собрался цвет общества. Точнее, его часть, так как народу было как-то маловато. Сомневаюсь, что в Каншире так мало аристократов. Аристократов, как и политиков, мало не бывает. Такие паразиты всегда найдут способ размножиться, как ты их ни прорежай. Мысль, что сама собираюсь примкнуть к армии «паразитов», вызвала некий диссонанс в душе. Но ведь я не собираюсь становиться классической аристократкой, потому это другое. Или нет?
Стоило нам появиться в зале, как в нас впились несколько любопытных взглядов, а сопровождающий слуга подал сигнал человеку у трона правителя. Взгляд короля Каншира мгновенно впился в нас. Серьёзный, цепкий, прямо рентген какой-то. Казалось, он старается заглянуть в саму душу и прочесть мысли. Бр-р-р.
И, Гесия была права, его величество Керлан был определённо хорош собой. Даже красив. Лет тридцать, может, чуть больше. Платиновые волосы густой волнистой волной спадали на плечи, неожиданно темные брови и ресницы, и глаза синие-синие, даже с нашего места было заметно, насколько насыщенный они имеют оттенок. Светлый костюм не скрывал ладной фигуры. Очевидно, имея такую внешность, король был предметом зависти у мужчин и мечтаний у женщин. А стоит добавить к этому статус, так всё становилось ещё плачевнее. Я не знала этого мужчину лично, но воображение уже подсовывало образ зажравшегося и разбалованного женским вниманием засранца, больше всего на свете любящего себя.
— Друзья мои, — заговорил король, встав с трона, и в зале тут же образовалась тишина, — сегодня наша аристократическая семья пополнится новым человеком. Леди Майя, уроженка далёкой страны, оказала короне и мне лично огромную услугу, и за это я хочу пожаловать ей титул баронессы Осоковской.
Ч-что? Он сам-то понял, что сказал? Оказала ему лично услугу? Судя по раздавшимся смешкам, не одна я увидела пошлый подтекст в этих словах. От унижения вся кровь бросилась мне в лицо. Это так и должно быть? Так запланировано сделать меня аристократкой? Судя по злобному сопению Элуриаса сзади — нет.
— Такого вы мнения о своём короле? — произнёс тихо, но внушительно его величество Керлан спустя где-то минуту. — Считаете, я раздаю титулы красивым девицам через постель?
Тишина в зале стала звенящей, атмосфера из расслабленной мгновенно превратилась в напряжённую. Никому не хотелось стать мишенью для королевского гнева.
— Тем, что посмели усомниться в справедливости моего решения, вы оскорбили не только леди Майю, но и меня, — слова правителя падали в тишину булыжниками. — У вас будет время подумать о своём поведении вне стен дворца, куда вам год запрещено являться. За каждым будет установлено пристальное наблюдение. Если подданый смеет сомневаться в решениях своего короля, завтра он может предать королевство, а я подобного не потерплю.