* * *
Жизнь постепенно входила в привычную колею. Увы, ненадолго. Ларсу удалось напугать Асмориану, но она быстро оправилась. Не прошло и трёх дней, как она снова явилась во дворец. Более того, умудрилась как-то проскользнуть мимо охраны и появилась на пороге моей комнаты.
Я накануне решил показать Майе своё жилище. Она оценила. Назвала комнаты «мужскими». Мы сидели в гостиной и азартно рубились в «пьяницу», когда явилась Асмориана.
— Эл! — воскликнула она, когда я открыл дверь, и тут же повисла у меня на шее. — Ты не поверишь, случилось чудо! — затем она заметила Майю. — Я что, не вовремя?
— Ты не можешь быть вовремя, Асмориана, — произнёс я, отцепляя её руки. — Между нами всё давно в прошлом.
— Неправда, — не согласилась она. — Нас ждёт счастливое будущее. Нас и нашего малыша. Наша встреча стала началом новой жизни, Эл!
Почувствовал, как мгновенно остолбенел и по телу поползли мурашки страха. Нет! Невозможно!
— Я проверял, на тебе было заклинание от зачатия, — сказал не своим, мёртвым голосом.
— Ты же знаешь, — улыбнулась Асмориана, — ни одно заклинание в этой области не дает полной гарантии безопасности.
В глухом отчаянии, почти панике, просканировал её своим куцым даром целителя и обмер от ужаса, ощутив совсем новую, такую хрупкую жизнь в её утробе.
— Ты бы хоть пару-тройку недель выждала для достоверности, — подала голос Майя. — Ещё бы через пару часов после секса явилась с такими заявлениями.
Ах, ну да, забыл. Люди интересное положение обнаруживают куда позже. А нам достаточно пары дней, чтобы определить, что зачатие состоялось.
— Майя, — сказал я, задыхаясь от отчаяния, — она в самом деле ждёт ребёнка.
— И что? — не поняла она. — Может, она уже месяц как ждёт его.
— Нет, — произнес онемевшими губами. — Когда мы встретились несколько дней назад, она не была беременна.
В прошлом я мечтал, что моё семя укоренится в теле Асморианы и она подарит мне ребёнка. Он станет нашим общим продолжением, соединит нас крепче любых клятв. Сейчас я испытываю только бесконечный ужас, отчаяние и безысходность.
Боги, за что? Чем я настолько вас прогневил, что вы караете меня столь сурово и беспощадно?
— И всё равно, это совсем не гарантия, что ты автор её интересного положения, — прозвучал голос Майи, становясь лучом надежды в бескрайнем мраке обречённости.
— Да как ты смеешь! — вспыхнула Асмориана. — Эл, закрой рот своей зверушке! Она оскорбляет мать твоего будущего ребёнка!
— Если он вообще мой, — уцепился я за абстрактную надежду. — Когда плод станет больше, проведём магическую проверку.
— Что?! — взвизгнула Асмориана. — Я не буду проходить никакие проверки! Это может быть вредно для ребёнка!
— Тогда плыви отсюда и не морочь мне голову, — произнес я тоном, не допускающим возражений. — Или в будущем ты проходишь проверку, или сразу убирайся.
— Ты ещё пожалеешь, — прошипела она в бешенстве. — Будешь умолять о прощении, но не получишь его. Как и женой твоей я никогда после такого не соглашусь стать.
— Эй, дамочка, полегче, — вклинилась Майя. — Даже если ты носишь ребёнка Риаса, то ему светит стать максимум бастардом. Риас уже мне предложение сделал. И даже если случился момент ссоры, во время которого он гульнул налево, это не повод расставаться.
От заявления Майи у меня отвисла челюсть. Но я не спешил опровергать её слова. Уж если выбирать между женитьбой на Асмориане и Майе, я уверенно выбираю последнюю! С ней мы сможем быть парой на публику и друзьями наедине. А Асмориана — это гарантированные рога и позор на всю Ореаниду.
— Очень смешно, — расхохоталась Асморинана. — Эл, скорее, в храм уйдёт, чем ляжет с тварью иной расы.
— Всё меняется, — цинично усмехнулась Майя, — вкусы и наклонности тоже. Мы так много времени проводим вместе, что вопреки старым убеждениям Риаса полюбили друг друга.
— Чушь! — заявиоа Асмориана. — Бред! Эл никогда не посмотрит на такое ничтожество, как ты!
— Правда? — произнесла Майя с хищной улыбкой.
А потом, подплыв ко мне, поцеловала меня. Уверенно, глубоко. Противостоять её напору я не мог и не хотел, потому сразу сдался в плен её губ. Таял, растворяясь в этом поцелуе, чувствуя, как желание — яростное и первобытное — вытесняет остатки здравого смысла.
— Наконец-то свалила, — произнесла Майя, отстраняясь. — Можешь не благодарить.
— Я… я не понимаю, — ответил, ещё не совсем осознавая реальность.
— Чего ты не понимаешь? — нахмурилась она.
— Ты… Твои слова… — произнес я путано, не в силах собраться с мыслями.
— Расслабься, Риас, — смеётся Майя. — Я на тебя не претендую. Вот вообще. Просто это был простейший способ отвадить её до проверки. Ну, если чувствуешь себя оскорблённым моими действиями, можешь влепить мне пощёчину.
— Что? — окончательно растерялся я. — Нет. Я благодарен тебе. Просто не ожидал.
— Ты главное родственников предупреди, чтобы поддакнули, если что, — фыркнула она.
— Обязательно, — ответил я, всё ещё пребывая в прострации.
А затем сознание окончательно прояснилось и меня накрыло осознанием катастрофы. Прав был Кансорис, полностью прав! Тысячу раз прав! Не стоило мне связываться с Асморианой. Но я позволили своим обидам взять верх, и теперь она беременна. И велика вероятность, что от меня.
— Боги, — прошептал я в отчаянии, — а если она правда от меня беременна?
— Значит, ты идиот, — констатировала Майя.
— И что предлагаешь мне делать, невестушка? — спросил я тоскливо. — Как ты вообще планируешь из этого выкручиваться?
— Сделаешь свою проверку, и мы расстанемся, — пожимает она плечами. — А дальше уж сам решай. Если ребёнок не твой, поздравляю. А если твой, то признавай или отказывайся. Можешь даже жениться, если хочешь.
— Упасите боги! — вырвалось у меня касательно и ребёнка, и женитьбы.
— Дело твоё, — снова пожала Майя плечами.
А я внезапно осознал, что она для меня сделала и чего ей это стоило с её жёстким соблюдением личных границ.
— Спасибо, Майя, — произнес я от всей души. — Я твой должник.
— Не за что, — улыбнулась Майя. — Для того и нужны друзья, чтобы помогать друг другу.
А мне стало неожиданно иррационально тоскливо с этого «друзья». Это правильно, абсолютно верно. Но отчего-то что-то внутри бунтует от этого определения.
Внезапно подумалось, что провести всю жизнь с Майей было бы здорово. Но тут же здравый рассудок вмешался и всё расставил по местам. Майя — моя подруга. И это замечательно. Правильно. Так и должно быть. А всякие дурные мысли не более, чем бред воспалённого сознания, от которых нужно срочно избавляться.
Глава 23, Про ответственность и преследование
Глава 23, Про ответственность и преследование
Майя
Что такое настоящий стыд, я узнала на следующий день после столкновения с отречёнными и своей истерики. Это столкновение с ними… Одно их упоминание наполнило страхом до краёв. Я безумно боялась повторения. Бегства Риаса, который вполне мог это сделать, о чём сам сказал, и новой встречи с подонками лицом к лицу.
Признаться откровенно, я почти не помню самого столкновения. До встречи сознание уже мутилось от ужаса, а стоило мне увидеть этих тварей, как всё. Меня просто не осталось. Мной всецело завладела ПАНИКА. Слепая, бесконечная, в миг превратившая меня в обезумевшее от ужаса животное.
Риас не сбежал, как я боялась, он дал отречённым бой и победил, заплатив за это собственной кровью. Мой приступ паники был столь силён, что ему пришлось идти на крайние меры, чтобы достучаться до меня. Он меня поцеловал. Изумление от его поступка было таково, что пробило даже мою фатальную панику. И за этот свой поступок он тоже заплатил болью. Метка клятвы, проступившая на руке, выглядела ужасно, и мне пришлось спешно заявить, что я не против случившегося.
Осознание, что всё позади, что эти твари мертвы, вызвало монументальное облегчение, и оно выплеснулось потоком слёз. Когда плыли домой, я цеплялась за Риаса, будто он был единственным в мире, последней надеждой выжить и не сойти при этом с ума. И мне было совершенно безразлично, насколько он при этом одет. Куда больше меня беспокоили его раны.