Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Конечно же, именно когда эти две дуры висли на мне, Майя вышла из дворца на прогулку. Этот её взгляд, слова… Одна часть меня глупо и эгоистично радовалась — ей не всё равно! Другая пребывала в ужасе, ведь весь град её негативных эмоций я прочувствовал почти как свои. Ей было плохо, горько, обидно и зло. Нужно было срочно исправлять ситуацию.

Не помню, что даже сказал эти прилипалам, но когда нашёл Майю, она сиганула от меня в портал. Последовал за ней, не раздумывая. Каншир. Глупый побег, когда оба забыли, что вообще-то обладаем даром. Эмоции, выходящие смехом.

И неожиданно сильное желание поцеловать её. Такое острое, почти болезненное. На остатках здравого смысла спросил разрешения.

А получив его, пропал.

Целовал её, забыв обо всём. Наслаждался губами Майи, растворялся в удовольствии быть с ней. Касаться её. Пусть это счастье такое краткое и, возможно, не повторится никогда, я не мог от него отказаться. А прервать такой сладкий и желанный поцелуй стоило безумных усилий. Но Майя сказала «Хватит», и я не имел права подвести её. Разочаровать. Напугать.

Теперь мы снова во дворце. Пришлось объясняться за «попытку вторжения», после чего нам наконец позволили разойтись по комнатам. Мне хотелось пойти за Майей, но она лишь головой покачала. Понятно. Хочет подумать, разобраться в произошедшем.

Мне же оставалось лишь сидеть в своей комнате. Смотрел на огонь, гладил Мяусия и боялся. У меня не было за спиной огромного количества романов, но женщины были, и не одна. Если я что и понял о женщинах совершенно точно — они склонны проблему придумать даже с пустого места. А если их что-то беспокоит всерьёз, то дело вообще плохо. Слабым утешением было лишь то, что я не ощущал разрушительных эмоций от Майи. Это вселяло надежду.

А ведь это был наш первый поцелуй! Поцелуй не потому что вынудили окружающие. Не из необходимости, не под гнётом обстоятельств. А потому что мы оба того хотели. Жаждали этого, наслаждались.

Боги! О чём я вообще думаю? Словно юнец, впервые заинтересовавшийся девушкой. Будто не было в моей жизни Асморианы и череды любовниц после. Но правда заключается в том, что когда любишь, даже обычное прикосновение к руке приобретает совершенно особенный смысл. Что уж говорить о поцелуе…

Впервые за долгие годы решаюсь погрузиться в прошлое. Вспомнить всё детально. Даже при встрече с Асмотрианой я не позволял себе подобного. Сейчас же намеренно попытался вспомнить не события былого, а свои чувства и эмоции тех времён. И чем больше вспоминал, тем яснее понимал — с Асморианой была первая любовь, яркая, незрелая. Скорее, даже не любовь, а фанатичная влюблённость. Я мечтал о ней, желал её, как одержимый. Видел только её в своём будущем. Но всё это носило какой-то собственнический окрас. Думая о совместном будущем, я в первую очередь думал, как мы будем наслаждаться друг другом. Как она будет моей официально. Мне всё виделось исключительно в светлых тонах, я просто не думал о возможных проблемах, что бывают у всех пар. В моём воображении их не было.

С Майей всё иначе. Да, я люблю её. Хочу её. Мечтаю, чтобы случилось чудо, и она стала моей. Но я хочу не столько обладать ей, сколько заботиться, оберегать, быть рядом. Стать для неё тем, кому она сможет доверять. Я не желаю её банально присвоить и понимаю, если б совместное будущее было возможно, там было б много счастья, но хватало бы и проблем. И это ничуть не пугает. С Майей они так же желанны, как и счастье. Всё связанное с Майей для меня желанно. Жаль, что сам я для неё не желанен…

Спаслось плохо, утро не принесло особенного отдыха. От мысли, что сегодня предстоит опять садиться за обсуждение дурацкого соглашения, настроение испортилось окончательно. За завтраком оно чуть поднялось. Майя не выглядела напряжённой. Спокойно поздоровалась и даже улыбнулась. А я почувствовал себя счастливым и безнадёжно влюблённым идиотом.

Перед началом переговоров удалось коротко переговорить с правителем королевства. Пришлось чуть ли не потребовать от него призвать дочерей к порядку. Потому что я руалс помолвленный, и их попытки откровенно навязаться выглядят неприлично. Королю мои слова совершенно не понравились, но ему пришлось вынужденно кивнуть.

И если моё настроение стремительно ползло вверх, то Анорас был настолько мрачен, что на него и смотреть было страшновато. Казалось, только тронь, бросится и горло перегрызёт.

— Сделай лицо поприветливее, — произнёс я, подходя. — Вчера ты был куда веселее.

— Ненавижу тебя, твоё высочество, — процедил он. — По твоей милости я вчера пережил жутчайшее унижение! Девушка, красивая и на всё согласная, а я ничего не могу по твоей вине! Позор-то какой!

— По моей вине ты сейчас стоишь такой весь злой и свободный, — отозвался я, не скрывая ехидства, — а мог бы уже назначать дату свадьбы и планировать семейную жизнь.

— Что ты несёшь, — сморщился он.

— Ты забыл, где мы находимся? — поинтересовался я. — Почему в Фиррию всегда предпочитают отправлять глубоко женатых послов? Чем это королевство так отличается от большинства других? Или долгое отсутствие близости с женщинами окончательно лишило способности мыслить адекватно?

Как можно быть таким беспросветным дураком? Он же кичился отцу тем, что хорошо знает менталитет и традиции королевств суши, а сам? Да Фиррия во все времена славилась тем, что сюда стараются не соваться без острой необходимости холостые мужчины. Слишком велика вероятность уехать обручённым, а то и женатым.

По неведомым причинам здесь всегда рождается намного больше девочек, чем мальчиков. Из десяти детей семь-восемь — девочки. Отсюда и пошли их традиции многожёнства. Женщин много, нужно их как-то в жизни пристраивать. Естественно, девочкам с младенчества прививают мысль, что, встретив свободного мужчину, они обязаны сделать всё возможное, чтобы он на них женился. Способы неважны, главное — результат.

Потому что если до определённого возраста они не выйдут замуж, то участь ждёт не самая радужная. Они могут отправиться в храм и стать там жрицами, всю жизнь блюсти аскезу и целибат. Могут остаться в родном дома на должности десин для старших и наделённых властью родственниц при условии, что те согласятся. А десин — фактически та же прислуга, только классом повыше. Или их могут отдать младшими жёнами в какую-либо семью, а это фактически тоже быть прислугой жён выше статусом. Некоторые из них даже с мужем никогда ложе не делят и вынуждены, как жрицы, блюсти целибат. Потому как измена мужу в Фиррии считается чуть ли не святотастсвом и карается смертью. Более-менее сносно здесь живут только старшие жёны, чуть лучше просто жёны, а младшие… им не повезло. Старшей женой становится та, которую мужчина взял в жёны первой, или та, кто родила сына. Потому в местных семьях царит жестокая конкуренция, а девочки с детства мечтают об одном — удачно выйти замуж. Стать старшей женой, а выйти за представителя иного королевства, где жена может быть лишь одна, — вообще что-то из области благословения Богов.

Местные женщины, по сути, товар, и мне их искренне жаль. Только это не значит, что я готов жениться, чтобы одной из них стало лучше жить. И так чудом вырвался из брачного капкана, чуть не оставив там всю чешую. Потому с первой минуты здесь — осторожность и ещё раз осторожность. А вот Анорас забыл это важнейшее правило, и лишь мой запрет спас его от участи стать мужем без его на то согласия.

Сейчас он стоял и напряжённо раздумывал над моими словами.

— Мне кажется, ты слишком сгущаешь краски, — произнёс он неуверенно.

— И не думал, — отозвался честно. — А ты сам решай, готов ли жениться в ближайшее время, или всё же свобода важнее.

Договор, к моему величайшему облегчению, удалось подписать ещё до обеда. Я сначала надеялся, что сможем отправиться домой сегодня же, но король настаивал, чтобы мы остались на ужин в честь этого договора. Не хотелось, но не начинать же сотрудничество с конфликта?

После обеда мы с Майей отправились на прогулку. Сад у королевского дворца был довольно красив и гулять по нему лучше, чем сидеть в комнате. К моей огромной радости, больше принцессы не пытались составить нам компанию, и к куда меньшей — с нами увязался Анорас.

122
{"b":"979291","o":1}