Я перемещала по небольшой лужайке мелкие предметы: веточки, камешки. Примитив и баловство, но вместе с магией словно и напряжение потихоньку выходило. Неплохой способ релакса, однако.
— И что это было? — раздался голос Риаса совсем близко.
Твою ж мать! Как я пропустила его появление? Я не хочу, не готова с ним сейчас говорить! Захотелось срочно убраться отсюда. И почему-то вместо любого из приятных мест, где нам довелось побывать, перед глазами встала подворотня Каншира, где мы когда-то нашли Мяусия.
Портал возник сам собой, и я, ни секунды не раздумывая, шагнула туда. И тут же пожалела. Первой в нос ударила невыносимая вонь, от которой успела отвыкнуть. От «запаха бедности» сразу же заслезились глаза. Затем сквозь слёзы рассмотрела четыре грязные, ухмыляющиеся хари. Лицами это назвать было нельзя.
— Смотрите-ка, парни, каких гостей к нам занесло, — оскалился один из них, демонстрируя недостаток передних зубов.
— Бежим! — дернул меня на себя Риас.
Риас?! Он тут откуда? За мной в портал прыгнул? Сумасшедший! Но сейчас я была рада и его компании.
Слегка замешкавшись, припустила за ним. По Риасу и не скажешь, что несколько месяцев назад он даже ходить не умел. По грязным улицам несся, как профессиональный спринтер.
— Риас, чёрт! — прохрипела я, уже чувствуя, как начинает колоть в боку. — Ты же маг стихий!
Услышав мои слова, он ругнулся и резко затормозил. Затем развернулся, и на его руке вспыхнул, ни много ни мало, шар огня. Похоже, связь с Мяусием становится всё крепче.
— Назад, твари! — прошипел он, определённо готовый метнуть файербол.
Бандиты замерли, как вкопанные. Не знаю, как насчёт Риаса, а я, осознав, что мы, два мага, убегали от каких-то оборванцев с ржавыми железками, почувствовала себе запредельной дурой.
— Валим! — скомандовал всё тот же обладатель редкого зубного ряда.
От досады на саму себя и ситуацию в целом отправила целую кучу гниющих отходов в портал, который распахнулся чётко над головами преследователей. Слаженный вопль стал лёгким бальзамом на душу.
Осмотревшись, приметила относительно чистое место под деревом и, доковыляв туда, буквально рухнула на землю. Дыхания не хватало, в боку кололо.
Усевшийся рядом Риас вдруг расхохотался. Его смех оказался крайне заразителен. Какое-то время мы смеялись, словно два сумасшедших.
— Ты просто невозможная, — произнёс он, отсмеявшись.
Затем вдруг посмотрел в глаза. Его собственные сейчас были бирюзой с фиолетовыми лучиками. Взгляд завораживал. Казалось, он смотрит в самую душу.
— Майя, ты самая потрясающая и удивительная девушка из всех, кого я встречал в своей жизни, — прошептал он. — Можно я тебя поцелую?
— Да… — согласие само сорвалось с моих губ.
В голове не было мыслей, не было «правильно» и «нельзя», не было важной истины — мы лишь друзья. Мне хотелось почувствовать его губы на своих. Насладиться этим поцелуем, его нежностью, в которой можно было так легко раствориться, и даже страстью, что почему-то больше не пугала.
Губы Риаса сначала коснулись моих почти невесомо, словно спрашивая разрешения. И я подалась навстречу, давая его. Тогда он уже поцеловал по-настоящему. Глубоко, напористо, властно. И вместе с тем так потрясающе нежно.
Мы целовали друг друга, словно обезумев. Никак не могли насытиться этим поцелуем. Пили дыхание друг друга, и нам было всё мало. Краем сознания отмечала, что Риас явно возбуждён, но даже это не напугало. Я простознала: он никогда не сделает что-то против моей воли, не переступит границы без моего разрешения.
Отрезвило меня понимание, что, вполне возможно, я скоро буду согласна на всё. Настолько я растворилась в этих потрясающих ощущениях. Но… нельзя! Никак нельзя! Я не могу, не готова! И вообще, это всё ошибка!
— Остановись, Риас, — попросила я, разрывая поцелуй.
И он это сделал! Подтверждая мою веру в него, тут же отстранился и просто прислонился лбом к моему лбу, тяжело и прерывисто дыша. В какой-то миг мне стало ужасно страшно, что Риас всё испортит неуместными извинениями.
— Надо возвращаться, — произнесла я тихо.
— Да, — только и ответил он.
Портал дался легко, только вот выбросило нас не в дворцовом парке, а в паре улиц от дворца. Ах, да, его величество предупреждал, что порталом без разрешения во дворец не попасть. Более того, нас наверняка уже ждут и ищут по сигналу тревоги из-за попытки проникновения. Не страшно.
Куда больше я думала о случившемся под деревом. Искала в себе искры сожалений и не находила их. Рассудок находил множество причин, почему этого делать было нельзя, начиная от того, что буквально за полчаса до этого Риас гулял с бабами, забив на обещание прийти ко мне, заканчивая тем, что мы друзья и данный поступок может здорово осложнить наши отношения. Но мне было слишком хорошо в те минуты, чтобы сожалеть об этом поцелуе.
Риас не раз говорил, что любит меня, и я не могла ответить взаимностью. Не имела такого права, если уж на то пошло. Но он мне не был чужим, как не был и безразличен. И мне было страшно признать, что он стал кем-то большим, чем друг. Кто он мне? Не знаю. Чувствую лишь, что истина где-то рядом. И совсем не уверена, что хочу её знать, потому что чувствую душой — она может перевернуть весь мой и без того хрупкий мир.
Элуриас
Все эти задания отца по соглашениям с другими королевствами совсем не радовали. Не тот я руалс, что умеет уболтать любого. Нет у меня таланта дипломата. Но пришлось отыскать крохи его в своей душе, потому что в одном отец прав — я принц, и должен делать что-то для родного королевства, а не только его благами пользоваться.
Для меня вообще было шоком, что непримиримо упрямый отец отказался от вынесенного мне приговора и заменил его на эту трудовую повинность. С одной стороны — все эти договоры и переговоры вызывали искреннюю тоску. С другой — я так начал делать действительно что-то полезное для Ореаниды. Ну, и с третьей — это хорошая возможность завести больше полезных знакомств и лучше изучить мир за пределами океана.
Только вот в Фиррию я ехать изначально не желал. Поручив мне эти поездки-задания, отец стал давать краткую информацию по королевству и тому, с кем мне предстоит общаться. И из этой сводки я уже знал о целой толпе дочерей местного правителя, которых он отчаялся пристроить замуж. Так уж вышло, что в Фиррии разрешено многожёнство. И пять жён короля родили ему семнадцать дочерей и только двух сыновей. Девятерым дочерям он кое-как мужей нашёл. Оставалось ещё восемь. Восемь девиц, готовых на всё, чтобы выгодно выскочить замуж. Для них мы с Анорасом были буквально кусками мяса для голодающих. С первой минуты на нас началась активная охота. Будь на то воля короля и его дочерей, Майю вообще бы убрали куда подальше, но я сразу предупредил: она — моя пришлая, и случись что с ней, вместо партнёра в лице нашего королевства они получат врага.
Стоит ли говорить, что как только закончились переговоры, девчонки ждали нас? Даже мой статус помолвленного не помог. Пусть мне удалось официально избавиться от навязанной невесты, и я свободен, как воды океана, но кто об этом знает, кроме Майи? Для обитателей местного дворца мне лучше оставаться помолвленным. Жаль, что даже этого оказалось мало, и Мадия с Идисой буквально прилипли ко мне, не оставляя шансов для отступления, не вызвав дипломатический скандал.
Смотрел на Анораса, который вполне охотно флиртовал с дамочками, коих вокруг него аж четверо вилось, и не понимал, он совсем дурак? Возможно, он хочет развлечься, но не понимает, что ли, что это не просто какие-то девки, а дочки короля. Одно неосторожное движение — и он окажется в брачном капкане. Правда, невесте придётся довольно долго ждать, когда жених будет доступен и хоть на что-то годен, но не думаю, что местных хищниц это способно отпугнуть.
Я же, гуляя с принцессами, слушал их щебет, улыбался им и напряжённо думал, как от них избавиться. Меня Майя в номере ждёт, её общество мне нужно. Почти целый день порознь, а меня уже чуть ли не физически ломает от тоски по ней.