— Что вы несëте? — психанула я. — Кем себя возомнили?

В следующий момент Блокус соскочил с коня и исчез. Мы стали осматриваться по сторонам, а Эф Один ехидно улыбнулся и кивнул мне головой, предвкушая какое-то зрелище. Через секунду я услышала крики моих друзей. Они один за одним зажимали смертельные раны на теле и падали на землю.

— Не-е-ет! Что ты творишь! Нет! Хватит! — кричала я, но не видела того, кто это делает.

Несмотря на мою истерику, вокруг меня продолжался этот ужас. Кровь брызгала в разные стороны, а мои ребята один за другим полегли на землю. Над их телами стали парить души, ожидая воскрешения. Когда я поняла, что осталась одна вокруг убитых друзей, то в страхе замерла, ожидая своей очереди.Передо мной неожиданно появился светлый эльф с каплями крови на каменном лице, не выражающего никаких эмоций. Я испуганно вздрогнула и посмотрела в холодные серые глаза Блокуса. Он стоял не двигаясь несколько секунд, не отрывая взгляда от моего лица, но убивать не спешил.

— Я продемонстрировал тебе серьезность моих слов.

Эльф подошел ближе, а я, ожидая смертельного удара и сильной боли, зажмурила глаза и часто задышала, приоткрыв губы от нехватки воздуха.

— А если ослушаешься меня…

Он взял мою ладонь и вытер об нее клинок своего ножа. Я в ужасе распахнула глаза, замечая прожигающий взгляд Блокуса.

— Кровь всех, кто рядом с тобой — будет на твоих руках.

Эльф ловко запрыгнул на коня. Банда местных разбойников ускакала прочь.

Я, какое-то время, все еще стояла неподвижно, отходя от шока. А потом опустила голову и посмотрела на руки. Моя дрожащая ладонь была испачкана в крови моих друзей.

— Рессу́ридэн нáстаси! — судорожно вытерла ладонь о свою одежду и дрожащим голосом произнесла заклинание воскрешения.

Стараясь справиться со стрессом, я вернула к жизни всех моих людей. Ребята не показали мне даже тени досады, а наоборот, успокоили и поддержали.Продолжать добычу клубней табабурни я отказалась. А когда немного пришла в себя и страх исчез, меня вместо ужаса уже одолевала злость.

Мы направились в сторону дома. По пути я предложила ребятам первое время, чтобы не рисковать, действительно поработать в городе, хоть и понимала, что там мы заработаем намного меньше. Все же ставить своих людей под удар мне не хотелось. Но в душе я хотела все сделать наоборот, чтобы показать Блокусу, что не все танцуют под его дудку. А мои ребята тут же отказались от моего предложения.

«Вот еще! Что теперь будем из-за них прятаться и не выходить за стены столицы? Много чести!»

Я хищно улыбнулась ответу моих друзей. Что ж, теперь я назло этому Блокусу специально стану охотиться, как бешеная хищница, заранее покупая своим ребятам защитное зелье от безумства при частых воскрешениях. И с завтрашнего дня буду наведываться только в самые прибыльные места нейтральных земель!

Обратная дорога до замка занимала много времени, поэтому мы решили срезать и пройти коротким путем через скалистую местность. А чтобы времени зря не терять, убрали лопатки, достали каждый свое оружие и охотились на мелких, мимо пробегающих животных и низко пролетающих птиц.

— Не горюй, Каталея! Прорвемся! — успокоил меня Донат, видя на моем лице грустную задумчивость.

Я кивнула ему и обернулась назад к остальным ребятам.

— Ой, а кто это там? — заглянула за спины друзей.

Позади нас по каменной тропке шло нечто, похожее на гнома, только размером еще меньше и худее.

— А, это гоблитрóль! — пояснил Ярополк и хмыкнул.

Мы не останавливались, а преследователь не отставал от нас. Гоблитроли не обладали сильной магией или физической силой. Их не любили брать в группы, называя нахлебниками, поэтому чаще всего эти малыши жили и охотились в одиночку.

— Что ему нужно? — спросила ребят, периодически оборачиваясь.

— Привязаться, наверное, к нам хочет.

— Я что-то последнее время не люблю чужаков.

— Ну, когда-то и мы для тебя были чужаками. Но ты права, Каталея, это лишний и бесполезный рот в нашей, без пяти минут, бездомной группе.

Мы долго шли с хвостиком позади, а потом, когда ступили на грунтовую дорогу между полей, я все же решила остановить свою группу и узнать, что ему нужно. Коротышка, похожий на семилетнего ребенка, подошел ближе к нам.

— Ой… — выдохнула я тихо, рассматривая это чудо природы.

У гоблитроля было страшненькое сморщенное лицо, большие овальные уши и лохматые волосы. Кожа у него была отталкивающего серого цвета, которая местами переходила в розовый. Он мне напомнил голлума или Добби из фильмов нашего мира, только это существо было пухленькое в щеках и с растрепанными серыми волосами. Одежка на нем была странная, будто сшитая из разных частей ткани. Рубашонка без рукавов и потрепанные штанишки чуть ниже колена.

— Они все такие, — пояснил Зиго и брезгливо посмотрел на него сверху вниз.

— Да я эту расу раньше не видела, поэтому глазею, — шепнула своим. — По крайней мере вот так вот, слишком близко.

— Они отшельники в основном.

Гоблитроль прошлепал босыми ногами по земле в нашу сторону и перекинул один конец коричневой тряпицы, заменяющей шарф, через плечо. Он сморщился от солнца еще сильнее, приподняв к нам свое серенькое лицо с большими круглыми глазами, ярко-коричневого цвета.

— Чего тебе надо? Ходишь за нами по пятам! — выпалил Донат.

— С ва-а-ами, — тянуче проговорил гоблитроль, перетаптываясь на месте.

— Нам никто не нужен, извини, — ответила я мягко, рассматривая его большой рот с массивными толстыми зубами.

Мы развернулись и пошли дальше, а он засеменил следом.

— Игнорируйте его и он сам укатится рано или поздно, — посоветовал орк.

— Не хочу оди-и-ин, вместе и-и-иду.

— Мы никого не добавляем в группу.

— Нет, не у-у-уйду.

Гоблитроль хлюпал ногами по лужам и вприпрыжку шел за нами. Видимо в этой местности недавно прошел дождь.

— Вот упертый-то, а! — пробубнила и нахмурилась.

— Весь в тебя, — пошутил Донат.

Я с прищуром кинула на эльфа наигранно-недовольный взгляд.

Сегодня я была в темно-зеленой одежде. Специально надела то, что не жалко было испачкать в траве и земле, ковыряясь в поисках клубней табабурни. Шагая в черных сапожках, которые доходили до половины икры, я перепрыгивала лужи на грунтовой дороге.

— Шиша с Катале-е-ей!

— Что? Откуда он знает мое имя?

— Услышал наверное, когда тащился за нами.

— Что такое шиша? — обернулась я к гоблитролю, не останавливаясь.

— Меня зову-у-ут Ши-ша! — пояснил «банный лист», не отлипаясь от нас.

— Вот это имя! Хорошо не Гога! — улыбнулась и почему-то вспомнила фильм «Москва слезам не верит».

— Мы вме-е-есте? — не унимался гоблитроль, теребя свой шарфик.

— Нет! Иди по своим делам, Шиша! — сказала ему, а когда обернулась обратно на дорогу, то поздно увидела перед собой большую лужу, которую было не обойти и не перепрыгнуть. Мои друзья разошлись по сторонам на обочину, обходя плохую часть грунтовой дороги, а я резко остановилась, но не удержала равновесие и упала прямо в грязь.

Вот тебе и не хотела пачкаться!

Ребята расхохотались. Им лишь бы погоготать над кем-то!

Гоблитроль стоял ко мне ближе всех, он шел за мной по пятам. Шиша подошел и протянул мне маленькую серенькую ручку, чтобы помочь подняться. А я сделала вид, что не замечаю этого и стала выбираться сама. Правда, сначала еще раз поскользнулась и шлепнулась мягким местом обратно и чтобы это вновь не повторилось, решила просто выползти из грязи на четвереньках. Друзья, наблюдая, как я выползаю из лужи на карачках, вовсю ухахатывались.

— Я тебе проти-и-ивен, лягу-у-ушечка? — наклонившись ко мне, спросил Шиша.

Друзья от его вопроса уже хватались за животы и вытирали слезы от смеха.

— Что? — наконец-то выбралась из лужи и убрала волосы со лба. — Я не пойму, этот гоблитроль, что, меня сейчас тролит?

Ребята продолжали гоготать, предлагая мне платки, чтобы я вытерла грязные руки. А я сначала сердито приподняла бровь, а потом сама не удержалась, улыбнулась и весело рассмеялась, стряхивая с себя липкую глину.