Я понимающе кивнула, думая, где сейчас и в каком состоянии принцесса Амелия, ее отец Диметрий и другие короли.

Салемах встал и подошел ко мне.

— А сейчас ты покажешь мне свою преданность, красавица. Следуй за мной, — король на ходу расстегнул пояс с ножом, бросил на кресло и ушел в покои.

Да что-ж такое… Мне при выборе персонажа нужно было не девушку выбирать с симпатичной мордашкой, а какого-нибудь прыщавого гоблитроля, да пострашнее…

Я вздохнула и пошла следом за ним, цепляясь взглядом за оставленное на балконе оружие. В покоях король Салемах начал приставать ко мне, шепча на ухо разные непристойности. Я наверняка ему понравилась и было понятно, что он планировал меня использовать не только в качестве Целителя.

А фиг ты угадал, свинячья морда!

Я выжидала условный сигнал от своих ребят, поэтому, как могла, заговаривала ему зубы, болтала и улыбалась, пытаясь менять темы разговора. Салемах остался без рубашки, в одних нижних штанах. Он обхватил меня своими изнеженными пальцами, которые явно не знали, что такое «труд» и стал нагло меня облапывать.

— Мой король! — остановила я его. — Вы наверняка устали сегодня, ложитесь на постель, я все сделаю сама.

Боже, ну что я несу?

Я несу людям счастье!

Целитель я или нет?

— Ох… — довольно выдохнул мужчина и разлегся на середине кровати у стены, раскинув ноги и руки в стороны.

Я медленно разулась. Сняла с платья тоненький кожаный ремешок и театрально бросила его на пол.

Обольстительница, блин! Мне пора в кино сниматься. Любую роль уже, наверное, научилась исполнять. Лишь бы только не в немецком кино.

— Как ты говоришь тебя зовут?

— Каталея.

— Каталея, ты принята ко мне на службу.

— О-о-о, благодарю, мой король!

В это время на улице, после очередной громкой песни, раздалась одинокая барабанная дробь, которую через несколько секунд сменило следующее шумное выступление артистов.

Ну наконец-то! Понеслась!

Пьяные захватчики гуляли и веселились, не зная о том, что именно сейчас из задней части памятника выходили мои вооруженные ребята и распределялись по всей площади города, смешиваясь с охмелевшими воинами врага. А через несколько минут со всех частей города стали раздаваться крики и взрывы. Мои люди, эльфы, орки и гномы дрались с теми, кто не пил или на кого сонное зелье еще не подействовало.

— Что это? — Салемах вскочил с кровати и выбежал на балкон.

Мужчина осмотрел площадь, нахмурился и развернулся ко мне. А я в это время довольно улыбалась, нервно накручивая локон на указательный палец. Над столицей парил огромный дракон, который пугал всех своим ревом и извергал пламя из зубастой пасти на скопление вооруженных сил врага. Саша все-таки прилетел, чтобы помочь нам. Гномецераптор не захотел отдавать другим свою славу.

— Что происходит? Стража!

— Ты никогда не был королем и не станешь им, Салемах.

— Что ты несешь, девка?!

— А еще, ты не глава клана Диких псов. Ты — предводитель шакалов! И твое время правления кончилось, так и не начавшись. Ты дал маху, Салемах.

— Что? Стража! — мужчина дернулся в сторону двери.

— Не переживай, твои шакалята сейчас сладко спят под дверью, — остановила его смехом.

— Ах ты дрянь! — разъяренный мужчина развернулся и грозно пошел на меня. — Ты пожалеешь, Целитель, что сама пришла ко мне!

В мою сторону полетел сгусток огня. Я отскочила и посмотрела назад. Недалеко от меня загорелся стол. Это плохо. Откат умения на полную защиту от всех ранений у меня долгий.

— Салемах, ты же так самолично спалишь свой дворец! А где потом будет восседать твоя королевская задница?

Сцепив зубы, мужчина вновь вызвал пламенную сферу и запустил в меня. Я замешкалась, зажатая между постелью и диваном, но в последние секунды сгруппировалась, скрестила руки перед собой и прошептала заклинание абсолютной неуязвимости, которое длится десять секунд.

— Мирабэлэс!

Пучок огня врезался в невидимый всесторонний щит, внутри которого я оказалась. Огонь окутал мое тело со всех сторон, но я ощущала лишь легкое тепло, покалывание и видела белые всполохи, которые змейками расходились по прозрачному кокону вокруг меня.

— Ты права, женщина! Я расправлюсь с тобой и без магии!

Хм. От него даже слово «женщина» звучит, как оскорбление.

Мы сцепились с ним и стали драться. Мужчина тянул мои волосы, бил в живот и по лицу, а я разбила его фальшиво-королевский нос, ударила между ног и воспользовавшись тем, что он отпустил меня и согнулся пополам, выбежала на балкон. На улице было побоище не хуже нашего. Часть захватчиков храпели, остальные пытались отбить натиск моих ребят. Некоторых пленных уже освободили и они тут же бросились на защиту своего города, активно пополняя наши ряды.В небе рычал огромный дракон, извергая огонь на атакующую его стрелами группу врага. Сам Гномецераптор выглядел сейчас похожим на своего питомца — чешуйчатая броня, боевой темно-зеленый раскрас на лице, горящие глаза и грозный хищный оскал.

Я отдышалась, но не успела полностью вылечить свои раны, как на балкон выбежал Салемах. Одной рукой он придерживал свое мужское хозяйство и кривился от еще не совсем отпустившей боли. Мужчина схватил свой пояс, оставленный на кресле, вынул нож и уже хотел наброситься на меня, но нам пришлось обоим резко пригнуться. Рядом пролетел дракон, сбив крылом одну опорную колону недалеко от нас. Сашка не выпускал меня из виду, заходя на второй круг.

Я кинула в Салемаха вазу с цветами и вновь забежала в комнату.

«Ауди! » — мысленно призвала своего питомца на помощь, но отклика не почувствовала.

Его жизненная полоса была наполовину полная и мигала. Мой волк сейчас, судя по всему, был в бою. А кто же сейчас прикроет мою задни… заблудшую душу. На ножах я была не сильна и сейчас ослаблена от ранений.

Салемах стал подходить в тот момент, когда я приподняла платье и из-под набедренной подвязки достала нож, поудобнее перехватывая его в правой руке. В моей голове тут же пролетели все уроки и советы Блокуса.

Что ж, даже если я умру, то постараюсь и его с собой забрать!

Я уворачивалась и наносила режущие ранения, но противник был сильнее меня.

«Ауди! » — позвала вновь, но волка не было слышно.

— А-а-а! — закричала я после того, как лезвие ножа Салемаха вошло в мое левое плечо.

Главарь захватчиков оттолкнул меня. Я отлетела на пол, сжимая дрожащей рукой кровоточащую рану. Салемах шагнул вперед, чтобы добить жертву, но я собрала свои последние силы и использовала магию.

— Корнэлиус бешин кусанта!

Шипастые корни дикого фикуса тут же впились в ноги врага, лишая его возможности подойти ко мне.

— Стэпени кровэнс! — плохо соображая, я остановила кровотечение в плече.

— Свои Целительские детские умения оставь для своих мальчиков, с которыми ты скоро будешь гнить в подземелье! Естественно только после того, как я лишу тебя жизни! Жаль, конечно, портить такую красоту, но ты этого заслуживаешь!

Салемах направил на меня ладони, в которых зарождался огненный сгусток и начал читать заклинание. На мужчине висели корни, поэтому он решил добить меня дистанционно и поджарить, как рождественского гуся.

Глава 24

Не успел Салемах вновь запустить в меня пламя, как на балконе послышался звук хлопающих крыльев. Грохот разваливающегося балкона заставил нас обоих закрыть уши. Опираясь на стену и балкон, к нам приземлился дракон. С него кувырком в комнату залетел Гномецераптор. Этот разъяренный коротышка с помощью древкового оружия повалил Салемаха на пол, прижал его сверху и уселся ему на спину.

— Я не опоздал? — спросил Сашка с азартом, приподняв врага и придерживая оружие возле горла испуганного Салемаха.

— Ты как раз вовремя, — облегченно выдохнула, вытирая лицо ладонью.

Встала с пола и достала из кармана ленту пленения. Подошла к главарю захватчиков и хлопнула ей по его сложенным вместе запястьям. Лента с магическим эффектом тут же сцепила руки пленника прочным кольцом.