Первые слова Ворна я пропустил, пока настраивался. А затем до меня донесся отчетливый обрывок доклада:

— … защитный барьер уничтожен. Похищена большая часть защитных артефактов, а также кристаллы связи…

Сотник внезапно замолчал.

Я поднял голову и встретился с ним взглядом.

Лицо Ворна стало хмурым.

Вокруг него мгновенно развернулась Сфера тишины, заглушая оставшуюся часть разговора.

Значит, были похищены не только кристаллы, но и еще какие-то защитные артефакты. Интересно, что или от чего они должны были защищать…

Ворн вернулся молча. Он протянул мне кристалл связи, дождался, пока я уберу артефакт в защитный футляр, и направился к сержанту. Оба командира отошли к разграбленному фургону.

Сержант держал в руках плотный лист из вскрытого конверта с красной полосой. Он еще раз перечитал инструкции, указал пальцем на один из пунктов и передал документ сотнику. Ворн внимательно изучил нужные строки, после чего коротко кивнул.

О чем именно они говорили, я не слышал. Сотник больше не повторил свою ошибку, и сразу перед разговором активировал «Сферу тишины».

Пока командиры совещались, лагерь постепенно приходил в движение. Солдаты перетаскивали уцелевшие припасы из обгоревшего фургона, проверяли упряжь и меняли поврежденные ремни. Кадеты собирали разбросанные вещи.

Тела погибших уже завернули в плотную ткань и уложили рядом с задней повозкой.

Четыре неподвижных свертка.

У соседнего фургона Лекса в очередной раз осматривала раненых. Дерек лежал внутри на свернутых одеялах. Его бок стянули тугой повязкой. Питер сидел рядом с перевязанной ногой и мрачным выражением лица. Нора после лечения уже могла двигаться, но, чтобы на коже не оставалось шрамов, ее тоже перебинтовали и ограничили в движениях.

— Кадеты, построиться! — раздался голос Ворна.

Мы начали собираться перед уцелевшими повозками. Раненых не поднимали.

Ворн остановился перед нами.

— Я доложил ректору Дальту о нападении, погибших и потере части стратегического груза, — произнес сотник. — Получен прямой приказ продолжать движение к Железному клыку.

Несколько секунд никто не произносил ни слова.

А затем строй взорвался возмущенными голосами.

— Продолжать⁈

— После смерти кадета?

— Практику должны отменить!

Громче всех возмущались аристократы. Валериан шагнул вперед, забыв дождаться разрешения.

— Сотник, это безумие! — выпалил он. — Мы не солдаты. После такого нападения нас обязаны вернуть в Академию. Мой отец не позволит…

— Твой отец находится в столице, — жестко оборвал его Ворн. — А ты находишься в составе военного конвоя.

Валериан побледнел, но отступать не собирался.

— Но люди погибли!

— При утрате части груза конвой обязан сохранить оставшееся и следовать к ближайшему укрепленному объекту. До Железного клыка осталось три дня пути. Возвращение в столицу займет больше недели.

Этот аргумент заставил часть кадетов замолчать. Нападавшие снова могли нас атаковать. Тащить раненых и остатки стратегического груза обратно действительно было гораздо дольше, чем добираться до бастиона.

Но Валериан продолжал упрямо стоять перед строем.

— Тогда отправьте назад хотя бы тех, кто не желает продолжать практику. Мы можем добраться до ближайшего поселения и дождаться охраны.

Выражение лица Ворна стало ледяным.

— С этого момента все кадеты Академии подчиняются законам военного времени. Самовольное оставление отряда или попытка вернуться будут рассматриваться как дезертирство.

По рядам прокатился потрясенный шепот.

— За дезертирство полагается трибунал, — добавил сотник.

Валериан открыл рот, но так ничего и не произнес. Он встретился взглядом с Ворном и медленно вернулся на свое место.

Ворн выждал несколько секунд и продолжил.

— Погибших доставим в Железный клык. Местные целители проведут освидетельствование, после чего тела отправят родным. Раненые поедут в фургонах под наблюдением Лексы. Все, кто способен двигаться, помогают собирать лагерь. Выступаем через два часа.

Он обвел строй взглядом.

— Вчера мы заплатили высокую цену. И я не стану обещать, что больше никто не погибнет. Враг может ударить снова. Поэтому жалость к себе оставим до прибытия в бастион. Сейчас от каждого из вас зависит, доберемся мы до Железного клыка в текущем составе или нет.

Затем голос Кастина Ворна зазвучал еще суровее.

— Мертвым уже не помочь, а живым нужно держаться вместе. Соберитесь. Мне нужны внимательные бойцы, а не скулящие щенки.

Убедившись, что его слова достигли цели, Ворн отдал последнюю команду.

— Разойдись! — скомандовал Ворн.

Кадеты побрели к своим местам, возвращаясь к прерванным делам.

Мы выдвинулись ближе к полудню.

Внешний вид и состав колонны заметно изменился. Один фургон сгорел почти полностью, и его пришлось бросить, второй лишился тента, а дверца защищенной повозки теперь была приколочена простыми досками, да и магической защиты на ней больше не было.

Кадетов в повозки не пустили. Все свободное место отдали раненым, припасам и телам погибших. Мы шли вдоль колонны пешком, поскальзываясь на подмерзшей грязи.

Впереди и позади двигались усиленные дозоры. Мара Вейл с двумя солдатами регулярно исчезала среди деревьев, проверяя дорогу и ближайшие склоны. Каждый раз они возвращались с одинаковыми новостями, что новых засад на пути следования конвоя не обнаружено.

Я тоже пытался почувствовать украденные кристаллы.

Безрезультатно.

Нападавшие, если кристаллы связи были еще с ними, находились слишком далеко.

Первый день после нападения прошел в напряженном молчании. Любой треск ветки заставлял руки тянуться к оружию. Стоило на дороге появиться одинокому всаднику, как солдаты мгновенно брали его на прицел из арбалетов и заставляли объезжать колонну по широкой дуге.

На ночлег мы остановились задолго до темноты. Сержант выбрал голый каменистый склон, к которому невозможно было подобраться незаметно. Костры разрешили развести только внутри круга из повозок. Дежурство усилили, теперь вместе с каждой парой кадетов стоял солдат.

Никто больше не жаловался на холод, мерзкую похлебку или тяжелые мешки.

На второй день Дерек впервые выбрался из фургона. Он двигался медленно, придерживая ладонью перевязанный бок, но упрямо отказывался лежать дальше.

К вечеру погода резко ухудшилась. С севера потянуло ледяным ветром. Дорога пошла вверх, зажатая между каменистыми склонами, и фургоны замедлились. Солдатам приходилось толкать колеса на особенно крутых участках.

На третий день впереди показались горы.

Темные хребты поднимались над лесом, словно огромная каменная стена.

Где-то среди этих скал находился Железный клык.

Интерлюдия. Кассиан Весс и Тайный Господин

Кассиан Весс неспешно провел ладонью над крупным артефактом связи. Гладкая поверхность кристалла помутнела, наливаясь тусклым багровым светом. В просторном кабинете образовался плотный полумрак. Над столом возник размытый силуэт. Лица собеседника Кассиан не видел — лишь темный, скрытый магической пеленой контур.

— Комбинация с устранением Вальтера вар Дорна не сработала, — произнес искаженный голос, в котором не было ни капли сожаления. — Командующему столичным гарнизоном крупно повезло. Мой агент совершил ошибку, и подходящий момент был упущен. Замена Дорна позволила бы забрать нужный груз еще в столице.

Больше всего в совместных операциях Кассиана раздражала необходимость полагаться на чужих людей, чьи ошибки могли пустить под откос месяцы его собственной подготовки. Но пока этот союз был ему нужен. Усилием воли он подавил вспыхнувшее недовольство и заговорил абсолютно невозмутимым тоном.

— Досадно. Но полагаю, у вас есть запасной план, как перехватить нужные артефакты?