Олег держал меня так крепко, словно я была сделана из снега и могла растаять. Его пальцы зарылись в мои волосы, фиксируя затылок, прижимая мою голову к его шее.

– Олег... – прошептала я, утыкаясь носом в его ключицу. – Ты зачем приехал? У тебя же совет директоров... Вечером бы...

– К черту их всех, Фиалка, – его голос был непривычно взволнованным.

Олег наконец чуть отстранился, взял мое лицо в свои ладони и заставил посмотреть на него. Его серые глаза горели радостью.

– Это правда, Юль? Не розыгрыш?

Я замотала головой. Он видимо про тесты-розыгрыши, которые сейчас стали популярны: я не представляю, какого ума человек может так жестоко пошутить над любящим его человеком.

– Нет конечно, – поспешила успокоить его я и нежно повернула его голову в сторону. – Вон лежит и тест и коробка от него, смотри.

Он увидел тест, лежавший на краю раковины, взял его и осмотрел его со всех сторон, и ухмыльнулся.

– Две, Степановна. Жирные такие, – выдавил он, и я увидела, как у него чуть не трескается лицо от улыбки, и сама чуть не расхохоталась. – Я же говорил тебе, что мои гены не промахиваются? Говорил? А ты спорила со мной, высчитывала что-то.

– Да я и сейчас поверить не могу, – я шмыгнула носом, чувствуя, как по щекам катятся слезы счастья. – Меня же даже не тошнит. Вообще ничего не чувствую, кроме тепла какого-то...

– Так, отставить слезы, – Олег резко перехватил меня под ягодицы, заставляя обхватить его ногами за талию, и в два шага вынес из ванной, аккуратно опуская на кровать. – Полежи, а позже одевайся. Мы поедем в клинику.

– Прямо сегодня? – я растерянно моргнула, поправляя футболку. – Романов, ну нужно же записаться, там очереди, да и срок совсем крошечный, наверное...

– Фиалка, ты из ума выжила? Какие очереди? – Олег уже доставал из кармана брюк смартфон, быстро листая контакты. – Забудь это слово. Моя женщина и мой ребенок будут наблюдаться у лучших. Сейчас все сделаем.

Он отошел к панорамному окну, прижал трубку к уху и заговорил с кем-то:

– Алло, Артур? Привет. Мне нужен лучший акушер-гинеколог в вашей клинике. Прямо сегодня. Да... Нет, все живы, наоборот. Спасибо, брат, давай без лишних слов. Да, через полтора часа будем. Запиши на мою фамилию.

Пообедав и собравшись, до элитного медицинского центра на Новой Риге мы долетели за рекордно короткое время. Олег вел Ламборгини одной рукой, а второй намертво сжимал мои пальцы, то и дело поднося мою ладонь к своим губам.

В клинике нас встретили так, словно мы были членами королевской семьи. Никаких очередей, никаких угрюмых лиц: нас сразу провели в просторный, залитый мягким светом кабинет, больше похожий на вип-лаунж пятизвездочного отеля.

Седовласый, интеллигентный профессор-гинеколог тепло улыбнулся, глядя на Олега, который, несмотря на весь свой статус, заметно нервничал и буравил доктора своим сканирующим взглядом.

– Ну-с, молодые люди, давайте посмотрим, кто у нас тут спрятался, – мягко сказал врач, приглашая меня за ширму.

Олег без лишних слов пошел за мной, уселся на стул прямо рядом с кушеткой и аппаратом УЗИ и снова крепко вцепился в мою руку.

Я затаила дыхание, когда на мониторе появилась серо-черная зернистая картинка. Профессор долго водил датчиком, всматриваясь в экран, регулируя контрастность, а потом вдруг остановился, удивленно вскинул брови и тихо хмыкнул.

– Так-так-так... Ну что, Олег Игоревич, – доктор добродушно усмехнулся, переводя взгляд на притихшего, напрягшегося как струна Романова. – Ваша работа выполнена в двойном объеме.

Я внутренне замерла от шока, уже поняв, о чём речь, но до Олега доходило не так быстро.

– В каком смысле в двойном? – глухо спросил Олег, и его пальцы ещё сильнее сжались на моей ладони. Его взгляд намертво прикипел к монитору. – Там что-то не так?

– Все так, папаша, даже более чем, – профессор повернул экран чуть ближе к нам и аккуратно выделил на экране два отчетливых, тёмных круглых пятнышка, расположенных рядышком. – Беременность маточная, все закрепилось идеально. Срок совсем крошечный, начало пятой акушерской недели. И у вас тут, молодые люди, два плодных яйца. Поздравляю, у вас будет двойня.

Я осторожно перевела взгляд с монитора на ошарашенного Олега, который сидел с приоткрытым ртом.Его серые глаза округлились до предела, в упор рассматривая эти две крошечные точки..

– Двое... – едва слышно выдавил Романов, и его кадык судорожно дернулся. Он медленно повернул голову ко мне, и в его глазах плескался такой невероятный коктейль из паники, гордости и сумасшедшей, граничащей с безумием нежности, что я тихонечко выдохнула и расслабилась. Олег резко наклонился ко мне и с каким-то благоговением прижался своими губами к моему лбу. – Двое, Фиалка... С первого раза. Охренеть.

Профессор деликатно кашлянул и начал распечатывать документы, давая нам прийти в себя.

– Мамочка чувствует себя хорошо? Токсикоза нет? – поинтересовался он спусия пару минут.

– Вообще нет, доктор, – ответила я.

– Ну и прекрасно. Организм сильный, но с двойней глаз да глаз нужен. Держите вашу официальную справку с подтверждением факта многоплодной беременности. С ней можете идти по месту работы, вас обязаны сразу освободить от ночных смен, если они есть, и перевести на легкий труд по вашему желанию. Ну а в декрет мы вас отправим чуть раньше обычного – ровно в двадцать восемь недель. Жду вас на анализы и консультацию в ближайшие дни, а через три недели будем слушать ваши два сердечка.

Когда мы вышли из клиники на залитую солнцем парковку, Олег вел себя странно. Он бережно усадил меня в Ламборгини, сдувая пылинки, пристегнул ремнем безопасности и поцеловал меня в лоб.

Он сел за руль, но не стал сразу заводить мотор. Олег просто положил свою слегка подрагивающкю ладонь на мой абсолютно плоский живот, прикоснулся лбом к моему плечу и тихо рассмеялся:

– Двойня... Предки точно с ума сойдут. Ну все, Фиалка, сначала погнали в университет, освобождать тебя от работы.

К нашему корпусу университета Ламборгини Олега подкатила с таким ревом, что сидевшие на лавочках поступающие студенты синхронно повернули головы. Романов припарковался прямо у входа, наплевав на все знаки и разметку.

Я потянулась к ручке двери, но Олег перехватил мою ладонь.

– Сиди, Юля, – отрывисто скомандовал он.

Он вышел из машины, обошел ее, рьяно распахнул мою пассажирскую дверь и, прежде чем я успела хоть слово пискнуть, просто просунул руки мне под спину и колени. Секунда, и я оказалась у него на руках.

– Олег! – ахнула я, привычно обнимая его за шею. – Опусти меня, я и сама могу идти!

– Спокойно, Фиалка. Тебе вредно ходить по лестницам, – уверенно отрезал Романов, с легкостью неся меня вверх по гранитным ступеням. – Привыкай. Ближайшие восемь месяцев ты у меня вообще с рук слезать не будешь.

Мимо нас с круглыми глазами пролетели несколько парней, которые судя по их растерянному виду шли в приемную комиссию. Они буквально вросли в стену коридора, когда мимо них прошагал широкоплечий мужчина в дорогом костюме, бережно несущий на руках меня.

Дверь нашей учебной части была приоткрыта. Олег толкнул ее ногой и по-хозяйски вошел внутрь.

За столами сидели наши девочки. Добрая Тамара Ивановна как раз пила чай с сушками, а Марина с мрачным видом лениво клацала по клавиатуре.

Стоило Олегу войти с моей скромной персоной на руках, как Тамара Ивановна чуть не поперхнулась сушкой, а у Марины ручка со стуком вывалилась из пальцев.

– Господи, Юлечка! – всплеснула руками Тамара Ивановна, вскакивая со стула. – Олег! Что случилось? Родненькая, тебе плохо?!

Олег аккуратно опустил меня на мой рабочий стул, но отходить не стал – остался стоять сзади, положив свои теплые ладони мне на плечи.

– Все в порядке, Тамара Ивановна, – улыбнулась я, чувствуя, как краснеют щеки, и доставая из сумочки заветный лист с печатью элитной клиники. – Наоборот, все очень хорошо. Я привезла справку.

Марина тут же вытянула шею, ее глаза завистливо сузились, сканируя мое кольцо, а потом и официальный бланк.