Его свободная ладонь скользнула вниз, ласково поглаживая внутреннюю сторону моих бёдер, заставляя их расслабиться и раздвинуться чуть шире. Олег действовал с невероятной нежностью и чуткостью. Он медленно, дразняще провел обжигающей головкой по моей коже, вызвав у меня рваный выдох, а затем его пальцы накрыли самую чувствительную точку моего тела.

Я громко выдохнула от остроты ощущений: это было несравнимо с его вчерашними касаниями через ткань. Олег стал ласкать мой клитор, медленно водя подушечками пальцев по кругу, с каждым движением добавляя чуть больше нажима и темпа.

Внизу живота мгновенно разлился пожар и с каждым его новым движением этот пожао разгорался всё сильнее, заставляя меня выгибаться в талии, стонать ему прямо в губы и царапать простынь пальцами.

– Олег... пожалуйста... – бессвязно выдохнула я, теряя связь с реальностью.

– Растворяйся в ощущениях, Фиалка, – не прекращая поцелуев, прошептал он мне в шею, не сбавляя ритма.

Волшебная, ослепительная волна оргазма затопила всё тело от кончиков пальцев до макушки. Я судорожно всхлипнула, задыхаясь от небывалого, сладостного чувства разрядки, дрожа в его уверенных руках.

Олег дал мне пару секунд, чтобы перевести дыхание. Мое тело стало абсолютно податливым, полностью расслабленным, наполненным нежностью к Романову.

Поняв, что я совершенно готова принять его, Олег уткнулся в мою влагу головкой члена и, нежно целуя меня в губы, очень медленно принялся входить в меня, заполняя собой до предела.

Я простонала ему в губы от острой боли и непривычно растянувшей меня полноты, но он тут же замер, давая мне время привыкнуть к нему.

– Все хорошо? Сильно больно? – прошептал Олег, целуя мои мокрые от слез щеки. – Я не двигаюсь, Юля. Скажи, как будешь готова.

Он снова поцеловал меня так, что у меня снова прошла по телу аосхитительная дрожь, после чего я сказала ему, что готова, и началось чистое безумие.

Олег двигался сначала очень осторожно, а затем все быстрее, с мягкой подчиняющей меня силой, от которой у меня плавилось всё тело и вышибало из головы абсолютно все мысли.

Я только крепче сжимала его плечи, царапая их ногтями, и двигалась вместе с Олегом, полностью ведомая его ритмом. Боль быстро растворилась, уступая место новым непривычным ощущениям.

Каждое его движение отзывалось во мне мощными волнами удовольствия, а его стоны мне в шею доказывали, что этот мужчина сейчас точно так же теряет контроль над собой, как и я.

Вскоре я задохнулась и выгнулась в его руках, чувствуя, как внутри все стягивается в огненный узел, и сорвалась на крик, когда меня затопило ослепительной разрядкой, во время чего Олег сделал пару очень глубоких толчков, и его тоже накрыло: он содрогнулся всем телом, со стоном выдыхая мое имя мне в шею.

Мы лежали, тяжело дыша и не размыкая объятий. Казалось, на этом все должно было затихнуть, но огонь внутри Олега даже не думал угасать.

Спустя несколько минут, когда наша кожа все еще была влажной от пота, его ладонь, поглаживавшая мое бедро, скользнула выше.

Я тихо ахнула, когда Олег перекатился и снова навис надо мной.

– Олег, я ещё не отдышалась, – прошептала я, чувствуя, как его горячие губы медленно дорожкой поцелуев спускаются от моей шеи к груди, и перешла на стон.

– Просто чувствуй и получай удовольствие, Юль, – отозвался он, приподнимая мои бедра и укладывая их себе на талию. – Я всё сделаю сам.

Второй заход получился совсем другим: неторопливым, тягучим и безуменно откровенным. Боль внизу живота совсем ушла, оставив лишь обостренную чувствительность.

Олег входил в меня медленно, до самого упора, и затем выходил полностью, доводя меня до безумия каждым плавным движением. Я выгибалась в его руках, громко, не стесняясь, стонала на всю спальню и сходила с ума от того, как он стонал в унисон со мной и как его мощное тело дрожало от нарастающего экстаза.

Когда нас накрыла вторая, ещё более сильная волна оргазма, я просто плакала от счастья, уткнувшись ему в плечо, а Олег крепко сжимал меня в руках и шептал на ушко всякие нежности. А затем пошёл на третий заход, даря мне всю нерастраченную страсть и нежность, и показывая, как он умеет любить.

Вскоре я окончательно вымоталась, поэтому Олег лег на спину, а я устроилась у него на груди, слушая, как бьётся его сердце. Ладонь Романова нежно и успокаивающе поглаживала мою обнаженную спину, даря тепло.

– Ну что, Юля, – произнес он. – Теперь ты никуда от меня не денешься, влюбишься и женишься, да?

Я тихонько рассмеялась, сильнее прижимаясь к его горячему боку и чувствуя, как веки слипаются от усталости.

– Романов, девушки не женятся, а замуж выходят.

– Знаю, Фиалка, это же была отсылка на песню, – сказал Олег, уткнувшись носом в мои растрепанные волосы и крепче прижимая меня к себе. – Отдыхай давай, завтра поговорим. У нас впереди еще вся жизнь.

Я послушно закрыла глаза, засыпая в его руках абсолютно счастливой и умиротворенной.

Утро вторника началось не с будильника, а с невесомого прикосновения к моему лицу.

Олег лежал рядом, подперев голову рукой, и сонной, нежной улыбкой наблюдал за тем, как я открываю глаза. Его пальцы медленно очерчивали линию моей скулы, спускались к шее и зарывались в растрепанные волосы.

– Доброе утро, Фиалка, – увидев, что я проснулась, прошептал он мне прямо в губы, касаясь их своим неторопливым поцелуем, от которого внутри всё сладко сжалось.

– Доброе, – выдохнула я, счастливо улыбаясь такому пробуждению.

Всё тело приятно ломило после вчерашней ночи, но это была приятная усталость, от которой на душе становится легко и светло.

– Пошли в душ, – он подхватил меня на руки, игнорируя мои слабые протесты, и понес в ванную.

Просторная душевая кабина мгновенно заполнилась теплым паром, едва он включил воду. Олег выдавил на ладонь немного геля с ароматом ванили и бергамота, и этот сладковатый, пряный запах тут же смешался с паром.

Его большие, мокрые ладони, покрытые пышной пеной, скользнули по моим плечам. Он нежно намыливал меня,осторожно смывая остатки вчерашнего дня и ночи.

Его пальцы неторопливо описывали круги на моей груди, заставляя соски мгновенно затвердеть под струями воды, затем опускались ниже к талии, сжимали бёдра и плавно возвращались к шее. Каждое прикосновение его скользящих ладоней отзывалось во мне сладостной, тяжелой тревогой внизу живота.

– Ты безумно красивая, Юль... – выдохнул Олег прямо мне в губы, смывая пену с моих плеч, и снова поцеловал, заставив сладко застонать и зарыться пальцами в его мокрые волосы .

Его поцелуи под шумящей водой были очень глубокими, его язык изучал мой рот словно в первый раз. Олег пил капли воды с моих губ, целовал подбородок, шею, ключицы, пока я млела и растворялась в его поцелуях.

Его потемневшие от страсти глаза в какой-то момент стали почти черными. Он осторожно прижал меня спиной к запотевшей кафельной стене и слегка приподнял, заставляя меня обвить его талию ногами. Его ладони намертво зафиксировали мои ягодицы, не давая соскользнуть.

– Я люблю тебя, Юль, – внезапно произнёс он, уткнувшись своим лбом в мой.

Я затаила дыхание от его признания, часто заморгав и попытавшись сообразить, какие слова сказать в ответ,, но Олег и не ждал от меня ответа: он просто плавно насадил меня на свой член, заставив меня судорожно ахнуть и сжать его широкие плечи пальцами. Вся моя чувствительность после ночи была обострена до предела и каждое его движение ощущалось запредельно остро.

Наш секс получился невероятно искренним и откровенным. Романов двигался медленно, не сводя с меня затуманенного взгляда. Периодически Олег глубоко целовал меня и доводил до безумия каждым глубоким толчком, а его пальцы до боли впивались в мои ягодицы.

Я громко, не стесняясь, стонала ему в шею, чувствуя, как с каждым новым движением внутри разгорается сладкий пожар. Олег рвано дышал, его мышцы под моими ладонями были каменнымм, а стоны вырывались из его груди при каждом глубоком толчке.