Моё сердце сделало предательский кувырок.

– А во-вторых, нас ждет Кира, – продолжил он. – Она два часа назад прилетела из Шанхая. И первое, что она заявила, как только у неё появилась связь: «Братик, мы едем есть нормальную утку по-пекински. И показывай мне свою Юлю, иначе я расскажу маме, что твоя помолвка – фейк».

Я похолодела. В памяти тут же вспыхнул звонок по видеосвязи на юбилее и эти проницательные серые глаза Киры.

– Она знает?! – прошептала я.

– Она догадывается, – поправил Олег, затормозив на светофоре. – Не бойся, Фиалка. Кира – это не мама. Она вредная, шумная, но она на моей стороне. Просто подыграй как обычно, прошу.

В ресторан мы приехали не сразу. Сначала пришлось сделать короткий крюк до общежития. Олег категорично заявил, что на встречу с его старшей сестрой без «главного вещественного доказательства» являться опасно, так что мне пришлось быстро сбегать в комнату. Благо Светка уже убежала на пары, и я без лишних допросов забрала из тумбочки бархатную коробочку с кольцом.

Теперь тяжелое, ослепительно сверкающее кольцо снова украшало мой безымянный палец, приятно холодя кожу, и напоминало о том, во что я ввязалась.

Ресторан, который выбрала Кира, находился в тихом переулке в центре. Никакого дешевого пластика и красных фонариков – это было дорогое, аутентичное заведение с тяжелой темной мебелью, приглушенным светом и легким ароматом жасминового чая.

Киру мы увидели сразу. Выглядела она безупречно: стильный брючный костюм, безукоризненная укладка, несмотря на многочасовой перелет, и фамильный романовский взгляд, который тут же сфокусировался на нас.

– А вот и вы! – звонко воскликнула она, поднимаясь нам навстречу.

Прежде чем я успела сообразить, Кира шагнула ко мне и крепко, абсолютно по-родственному обняла, обдав ароматом дорогих духов.

– Юля, привет! Садитесь скорее, я умираю с голоду.

– Привет. Вижу, китайский файервол тебя не добил, – Олег обнял сестру, вальяжно опустился на диванчик и усадил меня рядом.

Он сразу же, абсолютно естественно, потянулся ко мне, помогая устроиться удобнее. Его пальцы мимолетно коснулись моей поясницы, посылая по телу уже знакомую волну жара, а затем он сам аккуратно расправил на моих коленях тканевую салфетку и пододвинул ближе ко мне пиалу с теплой водой и лимоном.

Я перевела взгляд на Киру и поняла, что её серые глаза буквально намертво прикованы к движениям Олега. Старшая сестра Романова явно не ожидала увидеть своего брата в роли такого заботливого кавалера. На её лице промелькнуло искреннее удивление, которое она тут же замаскировала улыбкой.

– Так, ну рассказывайте, – Кира подперла подбородок идеальными ногтями, многозначительно косясь на кольцо на моем пальце. – Дядя Аркадий загадочно молчит, бабуля выбирает тебе свадебный костюм, а мама исходит на яд. Юль, скажи мне честно... как этот несносный тип заставил тебя согласиться сыграть роль?

От её вопроса у меня на секунду перехватило дыхание, но Олег даже бровью не повёл. Он откинулся на спинку дивана и собственническим жестом перекинул руку через мою спинку кресла.

– Кира, смени тон допроса, ты не на таможне в Шанхае, – хмыкнул он. – Какую роль? Юля согласилась стать моей женой, потому что я чертовски хорош, а не потому, что я её заставил.

– Ну конечно, свежо предание, – фыркнула Кира, хитро прищурившись и глядя прямо на меня. – Юлечка, ты же умная девочка. Объясни мне, как этот невыносимый балбес смог растопить твоё суровое академическое сердце? Тут ведь явно пахнет сделкой, у меня нюх на такие вещ.

Внутри меня всё сжалось, но я вспомнила ночной офис и то, как Олег защищал меня от сплетниц сегодня. Это помогло мне взять себя в руки.

– Знаешь, Кира, – мягко улыбнулась я. – Твой брат умеет быть очень убедительным, когда ему действительно что-то нужно. Против Олега было сложно устоять.

Уф, говорила и было ощущение, что говорила сама про себя! Неловко-то как, до ужаса.

– Шах и мат, сестрёнка, – тихо рассмеялся Романов, победно глядя на Киру. – Учись, пока я жив.

Кира озадаченно переводила взгляд с меня на брата, явно пытаясь нащупать фальшь, но мы держали оборону безупречно.

Официант как раз начал ставить на стол тарелки: утка по-пекински с тонкими блинчиками, острые баклажаны, димсамы.

Олег ловко подхватил палочки, завернул для меня кусочек утки в блинчик с соусом и молча переложил в мою тарелку. Между нами снова, как ночью в его офисе, проскочило какое-то притяжение, и я поймала его теплый взгляд, предназначенный только мне, и мне сраз стало как будто бы слишком жарко.

Кира, заметив то, как Олег на меня смотрит, притихла и внимательно перевела взгляд с брата на меня.

– Ладно, шутки в сторону, – Кира внезапно отложила палочки и понизила голос, став похожей на серьезную бизнес-вумен. – Раз уж мы заговорили о маме. Олег, Юля... Сегодня вечером вам придется держать удар вдвоем.

Я замерла с поднятой пиалой воды.

– В смысле?

– В прямом, – вздохнула Кира. – Мама собирает сегодня вечером ужин. Официальный повод – мое возвращение из Шанхая. Будет только узкий семейный круг: мама, папа, бабушка, я... и вы двое. Олег, мама позвонила мне прямо перед вашим приходом и велела передать, что присутствие Юли обязательно. Сами понимаете, мое возвращение – это просто ширма. Основное внимание будет приковано к тебе, Юля. Мама настроена очень серьезно. Она считает эту помолвку твоим, Олег, протестом против ее контроля, и наверняка собирается устроить Юле настоящий допрос с пристрастием.

Внутри меня все просто рухнуло. С матерью Олега у нас уже на юбилее не заладился диалог, зачем снова пытаться меня унизить?

Паника ледяной волной тут же прошлась по спине. Пальцы, сжимающие пиалу с водой, заметно задрожали.

Господи, я не смогу…

Олег среагировал мгновенно, чтоя даже мысль додумать не успмела. Он аккуратно забрал из моих подрагивающих пальцев пиалу, поставил ее на стол и повернулся ко мне всем корпусом. Его горячая ладонь уверенно легла на мои руки, накрывая их.

– Эй, Юль. Посмотри на меня, – негромко, но поразительно мягко попросил он.

Я подняла на него полные паники глаза. Олег придвинулся ближе, почти невесомо приобнял меня за плечи одной рукой, а пальцами второй руки переплел свои пальцы с моими.

И как ни странно этот ставший уже привычным жест подействовал на меня как успокоительное: мой бешеный пульс начал понемногу выравниваться.

– Дыши, Фиалка. Никто тебя там не съест, ты же будешь со мной. Я от тебя ни на шаг не отойду, поняла? – Олег чуть наклонил голову, ловя мой взгляд, и его голос опустился до вкрадчивого шёпота: – И вообще, вспомни, как ты студентов в учебной части строишь. Ты же одним взглядом можешь заставить толпу прогульщиков сдать долги. Моя мама, конечно, сильный соперник, но у неё нет шансов. Считай, что это просто внеплановая аттестация, а ты у нас – отличница.

От его нелепого сравнения и этой тёплой усмешки у меня в груди наконец-то стало легче. Я шумно выдохнула, чувствуя, как его тепло буквально впитывается в мою кожу, возвращая способность думать. Сила, которая исходила от Олега в этот момент, завораживала.

– Аттестация, говоришь? – тихо отозвалась я, и на моих губах появилась слабая улыбка. Я крепче переплела свои пальцы с его, ища опору и придумывая нелепый ответ. – Ладно, Романов, но если твоя мама решит поставить мне неуд или отчислить из твоей жизни, отдуваться будешь ты. И учти, шпаргалок к ней у меня нет.

– Я твоя главная шпаргалка, Фиалка, буду все тебе подсказывать. Справимся?

– Справимся, – уже увереннее кивнула я.

Кира, которая все это время молча наблюдала за этой сценой, хмыкнула, и я заметила в ее глазах что-то похожее на уважение.

– Ну надо же... – протянула старшая сестра, качнув головой. – Олег, я тебя не узнаю. Кажется, эта Фиалка действительно сотворила с тобой чудо. Ладно, голубки. Тест на вшивость пройден, я официально на вашей стороне в этой маленькой домашней войне. А теперь передайте мне вон тот сычуаньский соус, пока я не расплакалась от вашей идиллии.