Вот только отец не понимал, куда вообще заявился.
Он искренне считал, что пришёл с облавой к талантливому, но берега попутавшему провинциальному ветеринару. К наглому выскочке, который каким-то чудом подвязался обслуживать химер Новиковых.
Герцог понятия не имел, кто на самом деле подпирает стойку регистрации в стоптанных домашних тапках с заячьими ушами.
А вот Лена знала отлично.
Ту самую ночь она не забудет до конца дней. Этот парень вошёл в её запертую спальню, напичканную родовой защитой и охранными артефактами, даже не побеспокоив плетения. Он играючи выкачал из её вен отравляющий яд, из ничего вырастил новые руки и ноги, да ещё и подарил второе сердце. Человеком там и не пахло. Под личиной лекаря пряталось нечто древнее, запредельное, для чего законы биологии были не строже детских каракулей.
И сейчас этот монстр стоял в двух шагах от старого инквизитора.
«Господи… — обожгла шальная паника. — Если они сунутся с обыском… Если эти ищейки полезут вниз…»
Что сделает Виктор?
Да плевать он хотел на ордера и суды. Шеф просто выйдет из себя. Скинет маску сонного ветеринара, достанет из кармана очередную порцию биологической дряни и разберётся со всеми так, как привык.
И тут начнётся мясорубка. Не локальная перестрелка с Канцелярией, нет. Если Виктор разозлится по-настоящему, лягут все: и чиновники, и отец, и сама Лена. А потом этот псих снесёт к чертям весь квартал, если не половину столицы, пока имперская армия сообразит, откуда вообще прилетел конец света.
Тормозить было нельзя ни секунды.
Лена сглотнула застрявший в горле ком, натянула на лицо маску образцовой невозмутимости, поудобнее перехватила планшет и шагнула наперерез, заслоняя проход в коридор.
— Ваша светлость, — выпалила она. — Раз уж руководство официально поручило проверку мне… Прошу ко мне в кабинет. Регламент государственного аудита мы обсудим с глазу на глаз.
Грановский смерил её тяжёлым взглядом, пальцы на трости чуть сжались.
— Позвольте! — тут же вклинился круглолицый чиновник из-за его плеча, потрясая гербовой папкой. — У нас официальная выездная коллегия! Шесть инспекторов, понятые, эксперты! Инструкция строго предписывает совместный досмотр!
— Мне плевать на вашу инструкцию, — отрезала Лена, даже не повернув головы. Она буравила взглядом исключительно отца. — Статья двадцать семь, пункт «Б» Общего свода Имперского надзора для медучреждений закрытого типа. Представитель объекта имеет право предварительно согласовать порядок действий с председателем комиссии за закрытыми дверями. Без посторонних. Вы ведь чтите букву закона, господин председатель?
Грановский прищурился, в усах мелькнуло подобие усмешки. Школу он признал сразу: сам вдалбливал ей эти формуляры ещё в гимназические годы.
— Чту, — сухо бросил герцог и обернулся к свите: — Всем ждать здесь. Руки на виду, без команды ни к чему не прикасаться.
Лена не стала дожидаться, пока инспекторы начнут возмущаться:
— Прошу за мной.
Она резко развернулась и почти строевым шагом двинулась по коридору. Герцог зашагал следом, мерно цокая тростью по кафелю. Виктор у стойки даже позы не сменил: привалился к перегородке с видом сытого кота и с откровенным удовольствием наблюдал за бесплатным цирком.
— А здесь у вас что? — насторожился отец возле приоткрытой двери с кривой табличкой «Вход посторонним запрещён!». Он уже потянулся заглянуть внутрь.
А там, в полумраке, на столе шевелил мохнатыми лапами гигантский синий птицеед Василич, увлечённо довязывая на спицах бронебойный шарф.
— Ничего интересного! — Лена с размаху впечаталась спиной в дверной косяк, перекрывая щель, и захлопнула створку прямо перед носом родителя. — Каптёрка для дезинфекции ветоши! Проходим, не задерживаемся!
Грановский окинул дочь цепким взглядом:
— Лена, ты что-то темнишь. С чего вдруг руки ходуном ходят?
— Ничего не темню! Всё в полном порядке! Быстрее, пожалуйста!
Она дотащила его до крошечной смотровой, где обычно переводила дух между сменами, втолкнула отца внутрь, юркнула следом и провернула защёлку.
Затем развернулась, упёрла руки в бока и зашипела, начисто забыв о манерах благородной девицы:
— Папа! Ты совсем с ума сошёл⁈ Какого чёрта ты притащил сюда целую делегацию посреди ночи⁈
Грановский спокойно придвинул металлический стул, сел и опёрся обеими ладонями на набалдашник трости:
— Я выполняю свой долг перед Империей, Лена. Это заведение вызывает слишком много вопросов. Подозрительная активность, мутные контакты с Новиковой… Государь лично выразил обеспокоенность. Моя задача — убедиться, что отсюда не исходит угроза.
Лена стиснула зубы. Старый служака упёрся намертво. Она знала этот каменный взгляд: сейчас он пойдёт на принцип и своими руками угробит и себя, и её, и всех вокруг.
Если служебные параграфы на него не действуют, остаётся единственный козырь — тот самый, перед которым пасовал даже грозный замглавы Канцелярии — статус единственной и безбожно любимой дочери.
— Долг, значит? — Лена шумно выдохнула. — Отлично! Хотел проверку⁈ Будет тебе проверка!
Она заметалась по смотровой, тыча пальцем по сторонам:
— Смотри! Вот стол! Видишь? Стол на месте! Вот бланки! Вот градусник! Вот банка со спиртом! Всё строго по инструкциям твоего ведомства! Никакой заразы, никакой крамолы! Полная безопасность! Убедился⁈
Грановский опешил от такой яростной атаки:
— Лена, подожди, существует регламент…
— Замечательно! Досмотр кабинета завершён! — рявкнула она.
Она налетела на него коршуном, вцепилась в плечи и рывком вздёрнула отца со стула. Плевать, что перед ней стоял Одарённый гравитации высшего ранга, способный сплющить всё содержимое этого кабинета в лепёшку. Лена крутанула герцога к выходу, распахнула дверь и, упёршись обеими руками в его пальто, принялась выпихивать родителя обратно в коридор.
— Эй! С ума сошла⁈ — Грановский от шока неуклюже перебирал ногами, стараясь не выронить трость. — Лена, прекрати сею же секунду!
— Не прекращу! Продолжаем инспекцию по ускоренной программе! — тараторила она, пихая его вперёд. — Гляди направо! Видишь стены? Побелены! Лампы светят, линолеум по ГОСТу, эвакуационный проход свободен! Пожарная безопасность на высшем уровне! Претензии есть? Претензий нет!
— Да погоди, там за стеной что-то скребётся…
— Трубы отопления это! Физику в гимназии учить надо было!
Лена навалилась всем весом и вытолкала ошалевшего герцога прямо в холл.
Чиновники застыли соляными столбами. Офицеры сопровождения схватились за кобуры, начисто потеряв дар речи: их всесильного шефа, грозу столичного криминалитета и живую легенду Высшей Канцелярии, какая-то девчонка в халате нагло толкала в спину, как нашкодившего школьника!
— А вот и зона ожидания! — звенела Лена на весь холл, двигая отца к дверям. — Видишь стойку? Ровная! Корзина с чистыми бахилами на месте! Санитарные нормы соблюдены с запасом! Комиссия всё осмотрела, нарушений ноль!
Виктор у стены зажал рот кулаком, беззвучно давясь от хохота.
Лена толкнула входную створку, упёрлась изо всех сил и буквально выставила герцога на ступени крыльца. Сама встала в проёме, растопырив руки и перекрывая вход. Волосы растрепались, щёки пылали, дыхание сбилось к чертям, но отступать она не собиралась.
— Папа! Просто… уезжай! Пожалуйста! Всё проверили, претензий нет, акт составишь дома!
Грановский стоял на крыльце, опираясь на трость, и хлопал глазами. За сорок лет службы в органах безопасности его не то что из дверей не выставляли — перед ним генералы навытяжку вставали и боялись громко вздохнуть.
— Послушай, Лена… — старик растерянно одёрнул пальто и покосился на свою делегацию. — У меня же предписание… Официальный надзор…
— Да-да, проверка! — закивала она как заведённая. — Всё осмотрели, ставь жирную галочку! Возможно, вернётесь попозже. Но только не сегодня, не завтра и лучше вообще не в этом веке!
Грановский долго буравил дочь тяжёлым взглядом. Растерянность с лица сползла, сменившись въедливым любопытством старого сыскаря.
