— То я вернусь в коридор, — продолжил вместо меня Морозов. — И буду отбиваться от элементалей кинжалом.

— Так и поступим, — кивнул я. — Когда смена?

— Через две минуты, — отозвался Морозов, взглянув на часы. — Сейчас будет Земля.

— Да, я помню, — отмахнулся я.

До точки, обозначенной на карте огненной руной, идти оставалось минут десять-пятнадцать, и что-то мне подсказывало — нужно поспешить. Одно дело — сражаться с огненными элементалями во время Земляного тика, и совершенно другое — во время Воздушного.

До просторной пещеры мы добрались за восемь минут, по пути уничтожив двух элементалей земли и шесть элементалей Огня. Причём, чем ближе мы подходили к пещере, тем сильнее были элементали.

— Всё, Вик, — выдохнул Морозов, с которого ручьём лился пот. — Дальше не могу.

— Тогда отходи в угол, — я кивнул ему на предыдущий поворот, — и там держи оборону. Постараюсь отвлечь всех огненных элементалей на себя.

В ответ капитан лишь молча кивнул и побрёл назад. Вокруг было так жарко, что даже несмотря на мундир, он с трудом стоял на ногах.

Я же, проводив его взглядом, надел на себя Медный шлем и пошёл вперёд.

С одной стороны, мне было жаль отдавать Морозову кинжал, с другой — я понимал, что сейчас не время жадничать. Я в теории справлюсь с элементалем любого ранга и без клинка, а вот Морозов просто-напросто умрёт.

Завернув за очередной поворот, я оказался у входа в просторную пещеру, которая была битком набита огненными элементалями. И здесь были не просто духи, которые в основном попадались нам с Морозовым на пути сюда, но и юркие саламандры, и грозные ифриты, и даже сотканные из огня кони!

И все они, стоило мне перешагнуть порог пещеры, одновременно повернулись ко мне.

Казалось, на меня обратил внимание изначальный огонь-прародитель. Стало так жарко, что с меня ручьём покатился пот, а в следующую секунду, на меня хлынула настоящая огненная лавина.

Я не стал ждать, когда меня вынесет в коридор, и рванул по обжигающе-горячему полу вперёд и вправо. И вот, я бегу вдоль стен, которые чуть не раскалываются от жара, а меня со всех сторон атакуют десятки, если не сотни элементалей.

От тех, что помельче, я отмахивался раскрытыми ладошками — со стороны казалось, что я раздаю элементалям тумаки, но каждый мой хлопок мгновенно разрушал энергоструктуру, и огонь бессильно опадал.

А вот саламандрами, ифритами и огненными конями пришлось заняться всерьёз.

Оплеухи не помогали. И приходилось вонзать руки в обжигающее пламя, чтобы дотянуться до центральных каналов энергоструктуры.

Сказать, что было больно — ничего не сказать.

Это поначалу я чувствовал лишь лёгкое покалывание и жжение, но на те места, которые ифриты умудрялись рассечь своими огненными клинками, пламя набрасывалось с удвоенной силой.

В какой-то момент дошло до того, что в воздухе появился отчётливый запах палёного мяса.

Моего мяса!

Осознание этого факта меня подстегнуло, и я, перестав наматывать круги вокруг пещеры, попёр напролом.

Руки горели огнём, раскалённый воздух обжигал лёгкие, мундир трескался от жара.

Помимо жгучей боли от ожогов, я страдал от рассечений — чёртовы ифриты! — и тупых ударов огненными копытами, которые периодически сбивали меня с ног. Про саламандр, кусающих ступни и лодыжки, я и вовсе молчу — я словно ходил по углям!

Но больше всего мне не нравилось сражаться вслепую. Так и хотелось открыть глаза, но каждый раз я сдерживался невероятным усилием воли — меня не прельщало ослепнуть от встречи с огненным клинком или от плевка лавы.

Нет, изредка я приоткрывал глаза, но ненадолго, и то, только для того, чтобы понять, где находится центр пещеры, где находился огненный колодец, и что-то мне подсказывало — там находится решение огненной проблемы.

Вот только для того, чтобы до него добраться, нужно было для начала перебить всех элементалей!

Эх, ну почему у меня нет чего-то типа энергетического вампиризма? Чтобы каждый мой удар мог восстанавливать энергетический баланс, и, соответственно, устранять физические повреждения?

Моя кожа стала похожа на уголь — чёрная корка, через трещины которой, виднеется красное мясо… Будь на моём месте обычный человек — он сгорел бы ещё на пороге. Что до Титана, то продержался бы пару минут, не больше!

Да что там! Если бы не бонус от Мастерской, я бы и сам не справился. Единственное, что меня сегодня спасло — полученный от мастера Вина дар Огнеупорный. Если бы не он, я бы перебил максимум половину элементалей, а потом превратился в хорошо прожаренный стейк.

Интересно, будь на моём месте Ной или Олег — справились бы они или нет? Как-никак кузнецы…

А Лара? С её Пиковой регенерацией, она бы какое-то время точно побарахталась…

А вот Вася скорей всего сгорел бы… Да и Хосе тоже…

Моё тело работало само по себе, уничтожая элементалей, а ум раз за разом выуживал из памяти интересные факты или вспоминал дары других Титанов, в общем, делал всё что угодно, лишь бы отвлечься от этой чёртовой боли.

Несколько раз я был в шаге от того, чтобы отключиться от боли, но каждый раз мне удавалось взять себя в руки и продолжить бой.

И чем меньше оставалось элементалей, тем чаще я позволял себе держать глаза открытыми, что сразу же сказалось на эффективности моего боя.

Когда пал последний огненный конь, сразу же стало полегче — меня больше никто не пытался сбить с ног, и я смог сконцентрироваться на уничтожении оставшихся ифритов.

С ними пришлось повозиться чуть дольше — три последних ифрита оказались мастерами клинка, и мне в какой-то момент даже стало их жаль. Это были реально крутые бойцы, и им просто не повезло, что в соперники достался такой неудобный противник, как я.

Расправившись с ифритами, я переключился на саламандр. Я топтал их, пинал, словно футбольные мячи, и разрывал голыми руками напополам. Чёрная, как уголь, кожа то и дело трескалась, выплёскивая сукровицу и заставляя меня мычать от боли.

Под конец, я двигался на автомате, стараясь совершать как можно меньше движений, но это не помогало — боль не только жгла снаружи, но и колола меня изнутри.

Когда развеялась последняя саламандра, пришёл черёд обычных элементалей, если, конечно, можно назвать обычными огромные сгустки огня!

Самых больших и опасных я уничтожил ещё в самом начале — когда бездумно вырывал энергоканалы у всех ближайших противников — ну а сейчас пришла очередь самых мелких.

И тут в ход пошли уже привычные оплеухи. Я не чувствовал пальцев, не мог их даже сжать, поэтому просто махал руками, как вентилятор.

Смерть последнего элементаля совпала со сменой тика, и вместе с небесно-голубым светом, на меня повеяло долгожданной прохладой.

Невольно вздрогнув — боюсь представить, что было бы здесь, если бы я не успел уничтожить всех ифритов — я похромал к огненному колодцу.

Я брёл к нему, а в голове сами собой роились мысли:

Повезло, что успел до воздушного тика…

Если бы элементалям помогал воздух, я бы точно сгорел к чертям…

Повезло, что был тик Земли… Уж лучше горячий пол и стены, чем какой-нибудь Огненный вихрь…

Интересно, что было бы, если бы сейчас был тик Огня?

От последней мысли меня так сильно передёрнуло, что угольно-чёрная кожа треснула сразу в трёх местах.

Как там Морозов? Надеюсь, не сдох за этот час?

Мои мысли переключились было на Эда, но в этот момент я добрался до Огненного колодца.

Стоило мне на него облокотиться, как перед глазами появилось привычное системное уведомление:

Внимание! Получен Отблеск Огня!

Внимание! Получена огненная часть Ожерелья стихий!

Внимание! Только достойный вправе сохранить за собой награды Огня! Испытание Огнём начнётся через:

…5…

…4…

В руке появился рубин на золотой цепи, а в голове, словно молния, пронеслась мысль, выстраивая услышанное в чёткий ассоциативный ряд: