— Не понял?

— Это её дар. Дар Резонанса. Совершенство.

— Что за странный дар такой? Никогда не слышал.

— Об этом даре никто никогда раньше не слышал. Она одна такая уникальная.

— И в чём же проявляется этот дар?

— Попробуй догадаться из названия, — Оля хмыкнула.

— Ты хочешь, чтобы я гадал? — я с раздражением закатил глаза.

— Я же говорю — совершенство. Она совершенная. Любой навык, который она захочет освоить, в короткие сроки будет ею освоен. Её дар Резонанса — как если бы у тебя был талант во всём. Вот вообще во всём.

— Не может же быть, что это настолько преувеличено как ты говоришь? — я немного нерешительно еще раз украдкой посмотрел на Леону.

— Не может быть? В восемь лет она со скуки выучила тридцать языков. Хотя в наше время большинство из них уже мертвые. В десять в совершенстве освоила все классические музыкальные инструменты. К тринадцати получила статус мастера в десятке видов боевых искусств. И поёт она лучше меня. — С каждым словом Оля хмурилась всё сильнее.

— … Когда же она своё ядро тогда пробудила?

— В пять лет. — Блондинка равнодушно посмотрела на меня. — Что, восхищён?

— Было бы глупо сказать, что это не производит впечатления. — Но я не стал отрицать. — Но почему же она тогда до сих пор осталась на ранге F?

— А вот это… — Оля мстительно ухмыльнулась. — Недостаток того, что ты такой один-единственный в мире. Никто не знает, как ей прорваться на новый уровень.

— Подожди, — я мотнул головой. — Разве повышение уровня до ранга C — это не процесс накопления? У всех ведь так?

— У всех, да не у всех. Есть и вот такие уникумы, — Оля без особого интереса взяла со стола с закусками небольшую тарталетку с какой-то необычной начинкой и отправила её в рот. — Так что в итоге мисс Совершенство может сколько угодно оттачивать навыки простых людей, но без повышения силы место главы семьи ей не видать как своих ушей. Даже её младший брат уже прорвался на ранг D, а она по-прежнему остаётся на начальном.

— А ты тогда почему до сих пор не прорвалась? — я не мог не спросить.

— А что в этом такого⁈ — девушка тут же вспылила. — Я развиваюсь в нормальном человеческом темпе! Я же не мисс Совершенство!

— Да я просто спросил… Не нужно так остро реагировать.

Оля недовольно фыркнула:

— На моем месте любой бы так реагировал. Пока мама ещё не окончательно разругалась с десяткой, мы общались намного теснее, и меня часто сравнивали с Леоной. Естественно, в негативном ключе. Ведь она умела всё, а я не умела ничего. «Посмотрите, как Леона прекрасно разбирается в бизнесе. Посмотрите, как она великолепно играет на скрипке. А вы слышали, какая у неё прекрасная латынь?» Да кому вообще какое дело до тупого давно забытого мертвого языка⁈

Оля разошлась не на шутку, хотя всё же сдерживала голос, чтобы нас не было слышно.

— Да уж, такая способность звучит немного безумно. Боюсь представить, что она сможет, если прорвётся на следующий уровень, — я покачал головой.

— На самом деле у совершенства есть и свои недостатки, — внезапно голос Оли стал тише. — Например, она легко различает ложь, читает людей по лицам и движениям тела, по интонации, по голосу. Как бы ты ни пытался скрыть от неё правду, она поймёт, что ты врёшь.

— Разве это плохо?

— А ты сам подумай, хорошо это или нет, когда абсолютно все кто тебя окружает хочет тебя обмануть или использовать. И даже родители.

— Гм…

Я если честно не знал, как лучше это прокомментировать. Оля выглядела странно в данный момент. Было непонятно, то ли она искренне ненавидит рыжеволосую, то переживает о бывшей подруге.

— А ещё у неё совершенный вкус.

— Что это значит?

— То и значит… Ты думаешь, почему она свою амброзию постоянно хлещет? Раз она уже даже наверх её с собой притащила, значит, дела совсем плохи.

— Да ты можешь объяснить поконкретнее?

— Когда она говорит, что что-то на вкус как помои, это не выражение, это правда. — блондинка ответила не сразу. — Она совершенна и видит недостатки в других. В людях и в вещах. То есть еда для неё — это не процесс наслаждения, а постоянное мучение, ведь она чувствует не вкус, а недостатки. Например, если соли в блюде на несколько миллиграммов меньше, чем должно быть, или если овощи в процессе роста недополучили питательных веществ. Любой недостаток, даже самый крошечный, и вкус для неё безнадёжно испорчен. Амброзия, её личный бренд, очень сложный в производстве, но, как она говорит, лишённый недостатков. Хотя я пробовала и не совсем поняла, что к чему. Вкуса не почувствовала.

— Оказывается, ты так много о ней знаешь… — я осторожно заметил, — вы были настолько близки?

— Да, были. Ладно, не хочу больше о ней говорить и портить себе настроение.

Я вздохнул. Для человека, который сказал, что не в настроении делиться подробностями она и так открыла слишком много. Между нами на некоторое время повисла неловкая тишина. И я продолжил наблюдать за залом.

Если честно, мне было совсем не понятно, что происходит на этом вечере. Компании молодых людей постоянно курсировали по залу, о чём-то общались, шутили, смеялись, а потом расходились и перемешивались в другие группы.

Когда я спросил Олю о происходящем, блондинка с пренебрежением махнула рукой:

— А как, по-твоему, заключаются альянсы? Таким вот способом и заключаются. Им же скоро сражаться бок о бок.

— А ничего, что совсем недавно их сильно подставили?

Я с удивлением заметил, как несколько бледных парней, знакомых мне по гонке, подошли к пышущему здоровьем парню, так же принимавшему участие в злополучном заезде. Видимо, он тоже один из победителей, помимо Леоны.

— А какой у них выбор? Так всегда было и будет — маленькие компании на подсосе у крупных, даже если им это и не нравится. Что-то не устраивает? Так никто не держит, на их место десяток других придёт.

— Сурово, — я покачал головой. — И даже как-то жалко, что ли. Так унижаться перед тем, кто тебя ни в грош не ставит.

К Оле тоже время от времени подходили, но заметно реже. В отличие от других центров внимания в зале, большинство присутствующих, старалось обходить Олю стороной.

— Сидни, я так рад, что ты в порядке!

Однако были и исключения.

— Марк, что ты здесь забыл? — блондинка закатила глаза. — Судя по твоему внешнему виду, тебе нужно лежать дома и лечиться.

— Ты шутишь? Как я мог пропустить такое важное мероприятие? — парень неловко рассмеялся.

И, в отличие от той же Леоны, Марк выглядел неважно. Судя по его бледности, в число призёров на арене он явно не вошёл.

— Серьёзно, просто уходи. У меня нет никакого настроения выслушивать твой бред.

— Ха-ха, а ты все шутишь! — но Марк даже бровью не повел. — А слушай… Если настроения нет, может его поднимем? Хочешь бросим всё и свалим куда подальше? Я знаю тут одно прекрасное местечко…

Марк сделал шаг вперёд, но я тут же встал перед Олей, закрывая ему обзор.

— Опять ты. — глаза бледного парня сузились.

— Есть какие-то претензии? — я спокойно смотрел на помпезного шатена.

Лицо Марка покрылось красными пятнами, но он с трудом взял себя в руки:

— Благодари высшие силы, что на общем собрании запрещено устраивать скандалы, иначе бы моя охрана уже переломала тебе руки и ноги.

— Марк, ты совсем берега попутал⁈ Ты в прошлый раз меня не расслышал⁈ Угрожаешь моему спутнику? Ты Гелиос вообще ни во что не ставишь? Твоя семья что, себя восьмым столпом возомнила⁈

— Оля, всё совсем не так… Я просто хотел…

— Какая я тебе Оля⁈ — девушка прошипела. — Проваливай. Или после сегодняшнего вечера я первым делом побегу к маме, и попрошу её, чтобы она твою жалкую семейку до основания разорила.

Марк несколько секунд молча стоял, старательно мимикрируя под радугу: он то краснел, то бледнел, то практически зеленел от ярости.

— Ещё поговорим.

Но, так и не придумав, чем ответить, развернулся и молча удалился.

…Мда, вот и что это было?