Среди множества энергетических следов выделил несколько особенно плотных областей. Они отличались от всего остального, словно внутри объекта находились участки с необычайной концентрацией тяжёлых элементов. Сознание уже перевело это на человеческий язык. Я чувствовал наличие тяжёлых трансурановых элементов. Десятилетиями сюда свозили редчайшие изотопы, — америций, нептуний, различные изотопы плутония и другие трансурановые элементы, которые в природе почти не встречаются. Часть образцов была получена в других закрытых реакторах страны, остальная часть здесь же, в ходе экспериментов установки "Альфа". Но главным назначением комплекса было не производство этих материалов, а их исследование, накопление и безопасное хранение. Выходит, земная наука использовала этот комплекс одновременно как исследовательскую лабораторию, экспериментальный реактор и одно из самых защищённых изотопных хранилищ СССР.

Однако части этого комплекса не существовали независимо друг от друга. "Кедр" был не просто хранилищем, к которому вели толстые стены и гермодвери, — он был единым технологическим комплексом, где реакторная установка "Альфа", радиохимический блок, горячие камеры и хранилище образцов были связаны общей системой контроля. Полученные в реакторе материалы проходили через цепочку дистанционной обработки и анализа, прежде чем попадали в изолированный блок хранения.

Именно поэтому доступ к хранилищу не был обычным открытием двери. Чтобы получить образцы, требовалось перевести комплекс в специальный технологический режим: стабилизировать реакторный контур, включить системы дистанционного перемещения материалов, и снять несколько уровней защитных блокировок. Без работающей инфраструктуры "Альфы" хранилище оставалось практически бесполезным сейфом.

Вторженцы сумели проникнуть в наш мир лишь небольшой группой, учуяв Землю и проход к ней через трещину. Но трещина была не открытыми воротами, а всего лишь узкой щелью в стене между мирами. Сквозь неё могли протиснуться лишь единичные разведчики. Для флота Поглотителей, для их основных сил, проход оставался слишком тесным.

Их главная цель — использование имеющихся запасов секретного объекта планеты для удаления сдерживающего барьера (щита Гагарина). Я отчетливо понимал, что если им действительно удастся добраться до основного хранилища "Кедра", то они получат материал с аномально высоким энергетическим откликом, и этого будет достаточно, чтобы разорвать щит изнутри. Один четкий направленный выброс, и щит лопнет окончательно, причем, не через годы, а через часы. И их армада с легкостью сможет пройти.

За пару секунд я переместился к бункеру, продолжая внутренним взором отслеживать передвижения захватчика. Я не видел их самих. Но их энергетические следы оставались в структуре объекта, словно раскалённые отпечатки на холодном металле. На моей внутренней карте-схеме они отображались красными точками.

Я видел их путь по коридорам бункера. Они двигались к реакторному блоку "Альфа", где находился аварийный пост управления и располагался доступ к изотопному хранилищу.

Еще, вместе с тремя красными точками на карте едва мерцала серая, которая показывала местоположение того самого второго солдата-зомби. Агенты Темного Порядка не убили его специально, потому что им нужен был ключ для аккуратного прохода по отсекам бункера, — тёмная энергия разрушает материю и могла бы с легкостью разрушить даже толстенные железобетонные армированные стены. Но один такой импульс может разрушить структуру изотопов. Именно поэтому им понадобился не просто тот, кто откроет двери. Им нужен был доступ к управляющей системе комплекса.

Сами образцы были спрятаны глубоко внутри защищённого блока. Вскрыть его силой означало уничтожить собственную цель. Тёмная энергия разрушала материю слишком грубо, поэтому агентам требовалась человеческая инфраструктура, — системы перемещения, радиохимические линии и штатная процедура доступа.

Осознание пришло само. Будто одна из тех разрозненных схем, оставленных Зораном, наконец сложилась в цельную картину. То, что ещё секунду назад было набором отдельных фактов, вдруг обрело смысл.

У меня было каких-то минут десять реального времени до того, как они достигнут цели. Лишь десять минут, чтобы остановить врага не просто из другой Галактики, но и из другого слоя реальности.

Картошка в моих руках, которую чистил для обеда, запеклась, и покатилась в сторону, нож оплавился (сейчас было совсем не до контроля силы). Я вскочил на ноги так резко, что ведро с уже очищенной картошкой опрокинулось и покатилось по ступенькам крыльца.

Ребята выскочили из штаба на шум.

— Лёха? Ты чего? Картошка же! — возмутился Витька.

— Что случилось? — вскрикнула Марина.

Я стоял на крыльце спиной к ребятам. Разворачиваться не хотелось, потому что чувствовал, как мои глаза светятся тем самым голубоватым сиянием трансформации Зорана.

— У нас проблемы! — выдохнул я. — Серьезные проблемы!

— Ну конечно, проблемы… Мы же остались без обеда! — сердито проговорил Витька.

Сейчас было не до разговоров.

— Мне нужно срочно отлучиться. Это связано с тем делом для НИИ. Экстренная ситуация. Ждите меня здесь, никуда не уходите! — прозвучало как-то по-дурацки, но ничего более лучшего не придумал.

А дальше, я не дал ребятам времени на вопросы. Просто резко сорвался с места, и побежал за штаб, в лес. И только там, оказавшись под защитой густого ельника, вдруг понял, что побежал слишком быстро для человека. Спалился перед ребятами знатно.

Ладно. Поговорю с ними после дела. Я остановился и закрыл глаза. Для начала оценил свой внутренний индикатор. Он показывал восемьдесят процентов. На бой точно хватит, если сильно не дурить. Вот только это будет первый контакт с представителями Темного Порядка, и невозможно наперед предугадать, как всё пойдёт.

А еще мне надо телепортнуться, а это тоже жрет немерено резерва.

Я сосредоточился на гравитационном поле Земли под ногами, и начал его искажать, что было похоже на то, как если взять резиновую мембрану реальности и начать продавливать ее вниз под собой огромной невидимой рукой. Пространство начало сжиматься вокруг меня концентрическими кругами света (голубого света моей трансформации). Воздух загустел до состояния желе, звук исчез полностью, — на секунду наступила абсолютная тишина.

А потом произошло движение, которое не было похоже на полёт самолёта или ракеты, а скорее, напоминало мгновенную доставку моего тела из точки А в точку Б по кратчайшему пути через открывшийся пространственный карман. Стоило мне войти в искривленное пространство, как лес за моей спиной превратился в сплошное зеленое размазанное пятно, небо стало синей полосой, а земля ушла из-под ног, и через мгновение все прекратилось так же резко, как началось. И вот, через какой-то миг, я уже стоял в лесу в нескольких километрах от закрытого города Свердловска-45, возле внешнего периметра объекта «Кедр».

После прыжка меня заметно качнуло. Координаты я выбрал правильно, но тело ещё не привыкло пересекать сотни километров за один импульс. Космические прыжки проходили через иной режим пространства и почти не нагружали организм. Земная телепортация, наоборот, требовала буквально продавить пространство вдоль поверхности планеты. Переведя дух после пространственного скачка, я осмотрелся.

Воздух здесь был другим, — холоднее, суше, пах хвоей и мокрым камнем от протекавшей неподалеку реки.

В прошлой жизни, чтобы попасть из Москвы на Урал, нужен был билет на поезд и пара суток в плацкарте. А здесь с моей способностью к телепортации, мне понадобились лишь секунды… Бах, и я появился в другой точке огромной страны.

"Прогресс, блин", — тяжело вздохнул я.

До объекта теперь оставалось около километра по прямой через лесную чащу, а до цели агентов Тёмного Порядка, — около пяти минут.

Где-то там, в уральской скале, только что запустили невидимый таймер. На кону была жизнь человечества…