Артур выпрямился в полный рост у кромки возведенного мола. Его сюртук поглощал сырой балтийский холод, а Сноровка «Слово мастера» (Разряд 3) удерживала его собственный разум в ледяной, стальной неприкосновенности. Он четко видел, как багровые силовые линии защитного контура форта, которые он выстраивал всю неделю, судорожно скручиваются и рвутся под воздействием чужой ментальной магии. Ливонский маг пытался разрушить не камень — он уничтожал саму духовную волю, удерживавшую монолит кладки.

— Встать на ноги, шваль лиговская! — голос Фёдора громом разнесся над притихшим Лисьим Носом, заставив Степана вздрогнуть и поднять голову.

Перед глазами Артура в фиолетовом мареве ультимативно развернулся золотой интерфейс «Таланта»:

«ТАЛАНТ»

Зафиксирована ментальная атака Высшего круга Ливонского цеха. Дистанционное разрушение духовного каркаса печати.

Текущее состояние артели: Паника, галлюцинации 4-й степени (Боеспособность: 0%).

Внимание! Сноровка «Монолит» (Разряд 3) удерживает физическую форму камня, но без стабилизации энергетического контура конструкция рухнет через двадцать минут.

Артур жестко сжал кулаки, чувствуя, как стальная сила четвёртой Ступени Мастерства концентрируется в его запястьях. Барон фон Штейнберг думал, что крестьянский подмастерье Фёдор Корчагин пасует перед магией орденов, но против него играл холодный, расчетливый аналитик, знающий, как перехватывать чужие векторы давления и направлять силу врага против него самого.

— Закрой рот, Чиж, и держись за скобу, — Артур наотмашь опустил ладонь на плечо Прошки, силой вбивая его обратно в реальность подвального каземата.

Кончики пальцев Стального архитектора уловили частую, ледяную вибрацию, которая пробивала гранитный цоколь. Ментальное давление Ливонского цеха нарастало. Фиолетовый туман удушливой волной закручивался вокруг недостроенного защитного мола Лисьего Носа.

Фёдор закрыл глаза, полностью отключаясь от истошных криков испуганных рабочих и рева балтийского шторма. Его Сноровка «Чувство структуры» резко развернулась в сознании, преодолевая базовые лимиты.

В срочном порядке прямо перед ним в темноте каземата развернулся золотой интерфейс «Таланта»:

«ТАЛАНТ»

Внимание! Сносимый ментальный удар классифицирован как деструкция духовного каркаса.

Сноровка улучшена: «Чувство структуры» (Разряд 2 -> Разряд 3).

Эффект: Радиус сканирования увеличен до двухсот саженей (около 426 метров). Доступно точечное обнаружение источников стороннего мистического и ментального воздействия. Вы способны перехватывать и перенаправлять чужие энергетические токи через замкнутые каменные цепи.

+10% к Ступени Мастерства.

Прогресс Ступени Мастерства: Стальной архитектор (75%).

В глазах Артура вся оборонительная линия Лисьего Носа проступила в виде гигантской, светящейся стальной схемы. Он четко увидел толстый, ядовито-фиолетовый жгут энергии, который вонзался в центральный пилон мола со стороны Кронштадтского рейда. Это был ментальный вектор барона фон Штейнберга. Маг удерживал дистанционную петлю, выжигая волю рабочих.

Артур жестко шагнул вперед, наступая сапогами на раскисшую зыбучую грязь, и с силой прижал обе ладони к центральному темно-красному блоку Императорского гранита. Мышцы его тела, скрытые под синим сюртуком натянулись струной.

— Назад свою грязь забирай, барон, — процедил Артур сквозь зубы.

Используя «Чувство структуры» (Разряд 3) и изменив вектор гравитационного натяжения через «Тяжелый отвес», Фёдор буквально перерубил фиолетовый жгут ментальной атаки. Он замкнул этот поток на тектоническую жилу земли, проходящую прямо под фундаментом форта. Колоссальный мистический ток Лисьего Носа, накопившийся за столетия, мгновенно развернулся в обратную сторону и с бешеной скоростью понесся по кабелю ливонской связи прямо в голову рижского мага.

Где-то далеко на Кронштадтском рейде, в черной карете без номеров, барон фон Штейнберг с глухим стоном схватился за голову. Золотые круглые очки лопнули на его лице от мощного обратного резонансного удара, а изо рта брызнула темная алхимическая сукровица. Его ментальная петля была сокрушена и уничтожена силой Стального архитектора.

Фиолетовый туман над Лисьим Носом мгновенно осел серой, безвредной золой. Степан судорожно вздохнул, дико оглядываясь по сторонам, а Прошка Чижов обмяк на руках у Фёдора, медленно приходя в себя от кошмарных галлюцинаций.

— К оружию, мужики! К молу лодки ливонские чалят! — Прошка Чижов, шатаясь от усталости, первым выскочил на обледенелую насыпь Лисьего Носа, вскидывая тяжелую кузнечную киянку.

Шторм над Финским заливом окончательно стих, уступив место глухой, ледяной мгле. Из этого серого месива, пробивая прибрежные камни, к недостроенному защитному молу форта бесшумно пришвартовались две большие военные шлюпки Департамента путей сообщения. Барон фон Штейнберг, потеряв контроль после обратного ментального удара Фёдора, решил пойти ва-банк. Он лично возглавил финальный штурм материкового форта.

На его бледном лице, испачканном засохшей бурой сукровицей, вместо разбитых золотых очков теперь красовалась плотная шелковая повязка, а из-под глубокого воротника пальто с песцовой опушкой вовсю валил ядовито-зеленый алхимический пар. За его спиной на мокрые камни берега прыгали полтора десятка наемников Ливонского цеха, вооруженных короткими гранеными штыками и плетеными бутылями с мистической щелочью.

Артур спокойно вышел на центральный пилон мола, застегивая верхнюю пуговицу своего синего купеческого сюртука. Скрытые гранитные пластины на его груди были готовы поглотить любой удар.

— Дальше вы не пройдете, барон, — Артур опустил ладони в карманы сюртука, удерживая идеальную, жесткую осанку. — Ваша игра в Петербурге окончена. Савельев сдал все ваши рижские явки Департаменту полиции, а этот мол вы больше не размоете.

Фон Штейнберг оскалился, обнажая гнилые, изъеденные алхимической кислотой зубы. Его длинные худые пальцы судорожно сжали серебряный набалдашник тяжелой трости, изнутри которой начал со свистом вырываться фиолетовый мистический пламень.

— Ты — обычный тверской мужик, Корчагин, случайно дорвавшийся до царских тайн! — прохрипел барон, и его сорванный голос перешел на яростный фальцет. — Думаешь, раз запер Кронштадт, так и всю империю на своих плечах удержишь? Парни, выжигайте швы! Бейте в основание цоколя! Живым этого выскочку не брать, всю артель в зыбучую грязь закатать!

Ливонские наемники с диким рыком бросились на штурм недостроенного мола, на ходу швыряя перед собой бутыли с концентрированной щелочью, готовые силой выжечь защитную печать Стального архитектора.

— Стреляй по лодкам, Семенов, не экономь казенные патроны! — Фёдор увлек Прошку за выступ центрального гранитного пилона, укрываясь от полетевших с берега граненых штыков.

Унтер-офицер Семенов вместе с двумя уцелевшими жандармами открыл частый, неровный огонь из «Смит-Вессонов». Вспышки порохового дыма на секунду выхватывали из ледяной мглы наступающую шеренгу ливонцев. Наемники барона штурмовали строящийся мол с яростью обреченных, на ходу разбивая бутыли с мистической щелочью о нижние венцы кладки. Зеленая жижа шипела, въедаясь в старый раствор, и известняковые блоки начали медленно оседать, угрожая открыть сквозной проход к казематам береговой батареи.

— Не удержим проран, Фёдор Иванович! — Семенов выругался, лихорадочно загоняя новые патроны в барабан револьвера. — Нас трое всего с револьверами, а они прут напролом, паклю горящую в отдушины кидают!

Артур выпрямился, сбрасывая промокший кафтан и оставаясь в синем сюртуке. Его четвертая Ступень Мастерства — «Стальной архитектор» — в очередной раз среагировала молниеносно, подчиняя себе разбросанные по площадке строительные материалы.