История с лже-мессией настораживала кронпринца Амрота всё больше и больше. Чем дальше раскручивался этот маховик обмана, тем выше становились ставки в случае провала. Это значило, что цель у всего этого грандиозная по своему масштабу. Вот только что именно затевали власти Арана, либо сам загадочный колдун, Лоргос никак не мог понять, и это его дико раздражало.

Кронпринц находился в Пурпурном доме и в который раз пытался разобраться с донесениями, которые и так многократно изучил. Он чувствовал, что за всей этой историей кроется что-то важное, но что именно, опять ускользало от его ума. Он закрепил на стене заметки о всех знаковых событиях, как о создании нового динами на Болотах, так и странное смещение бога в одном из амротских городов. Всё это было звеньями одной цепи, эти и многие другие события, а в центре всё сводилось к двум игрокам в связке — Адмиру и Тайритрону.

Если бы только удалось раскрыть всю эту сеть интриг ксилтарского колдуна, разобраться в его целях пока не поздно! И первым, с кого Ларгос желал снять морок Адмира, был их отец Калдир. Если удастся убедить короля в творящемся заговоре, сорвать с его разума вуаль иррациональной любви к убийце Элайдес, то будет сделана половина работы. Вместе они смогут противостоять грядущей беде. Но пока требовалось добыть неопровержимые доказательства того, что Адмир ученик Тайритрона. Если удастся это сделать, отец наконец раскроет глаза и увидит реальное положение дел.

Снежинки, переливающиеся мистическим светом, растаяли на коже последних паломников. Охваченные благоговением альверцы, непрестанно кланяясь и бормоча слова благодарности, начали медленно, пятясь спиной назад, покидать территорию динами. Вскоре белая пелена тумана сомкнулась за спиной последнего эльфа, и на заснеженной поляне у горячего источника вновь воцарилась первозданная, звенящая тишина.

Мы с Эрликом остались наедине. Я устало выдохнул и поболтал босыми ногами в прохладной воде, собираясь с мыслями перед фактом, что ещё предстояло пробыть здесь ещё два дня перед уходом, согласно нашей договорённости.

Внезапно зимний бог нарушил тишину, но тему он поднял не опосредованную, как обычно, а весьма больную для меня.

— Мне нужен перерыв, Адмир, — произнёс он.

Его обычно безупречно-холодный голос звучал чуть глуше, а в серых глазах читалась явная усталость. Мне казалось, что от общения со мной у него появлялось больше от живого. Такое ощущение, что он подхватил от Рэя моду на это подрожание. Или я от долгого контакта с ним стал приписывать больше человечности живого?

— Слишком много живых стало приходить сюда. Их эмоции… они слишком громкие и липкие. Мои силы по сдерживанию этого фона просели. Мне необходимо время, чтобы очистить прану и восстановиться.

Я напрягся. Этого мне только не хватало. Хотя, если признаться, нечто подобное я ожидал, но наивно надеялся, что этот момент не наступит.

— Сколько времени тебе потребуется? — спросил я, стараясь скрыть подступающую панику.

— Месяц, — невозмутимо ответил Эрлик, глядя на водную гладь. — Пять ваших недель. До этого срока не приводи сюда никого.

Я мрачно нахмурился, но кивнул. Спорить с фортисом в таком вопросе было не только бесполезно, но и опасно. Если его контроль ослабнет и то, что скрывается на дне озера, почувствует слабину, то мало не покажется никому. Я вообще удивлён, что он ради меня согласился на эту авантюру.

Но стоило мне представить последствия этой заминки для Элраднатиса, как голова пошла кругом и захотелось завыть от отчаяния.

Каждую неделю я водил сюда по пятнадцать высокородных эльфов. Изначально я наивно надеялся, что поток этих страждущих фанатиков вскоре иссякнет, самые рьяные получат свою долю благодати, и я смогу водить экскурсии всё реже и реже. Но реальность, как всегда, больно ударила по моим планам.

Слухи о чудесах разлетались быстро. В город постоянно прибывали новые альверские делегации, и их становилось только больше. Да, с одной стороны, экономика нашего захолустного городка росла как на дрожжах. Местные жители были в восторге от такого элитного туризма: таверна переполнена, сдаётся каждая свободная комната, торговцы озолотились на продаже припасов и сувениров, даже домашние кафешки ожили.

Но обратная сторона медали грозила обрушить всю систему Тринадцатого аванпоста. Ведь на на плечи военных легла колоссальная нагрузка. Мы были обязаны обеспечивать безопасность дорог и прилегающих территорий, а обилие живых, регулярно шастающих к динами Кореллона неподалёку, действовало на демонов и агрессивных спиритов слаще мёда. Этот паломнический маршрут приходилось постоянно и тщательно расчищать, тратя на это драгоценные силы.

Более того, из-за наплыва капризных аристократов Айераволу пришлось выделить патрульных исключительно для дежурства в самом городе, чтобы оперативно решать мелкие бытовые разногласия и не допускать открытых конфликтов. Конечно, до поножовщины у эльфов как расы вряд ли бы дошло, но чужаки богатые и сильные маги, они вполне могли унизить слабого аглара. Так что защищать интересы местных, которые, как правило, члены семьей солдат из самой заставы, было важно.

А солдат на аванпосте и так катастрофически не хватало, учитывая огромную территорию, выделенную нам для контроля! Если где-то там в глуши случится звериный прилив? Или мы не заметим очередной разлом в Мир Мёртвых, из которого полезут твари помощнее? Это обернётся катастрофой не только для Элраднатиса, а всех Болот в целом.

Напряжение в Элраднатисе росло с каждым днём. А теперь, после заявления Эрлика, целых пять недель я не смогу водить паломников! Это означало лишь одно: гости в городе будут накапливаться, прибывать новые, но старые никуда не уедут, дожидаясь своей очереди. Настоящая социальная пороховая бочка.

Сейчас уже была середина йуле. Если этот затор не рассосётся, к весне ситуация станет просто катастрофической, и Элраднатис лопнет по швам от перенаселения и конфликтов. Я смотрел на невозмутимое лицо зимнего бога и с нарастающим отчаянием понимал, что понятия не имею, как решать эту проблему. Более того, меня переполняло гнетущее чувство вины, ведь это я оказался виноват в подобной ситуации. Этот поток паломников надо было прекращать, вот только как это сделать? Каждый из них благородный и богатый, уверенный, что находится здесь по праву. Они понятия не имели, что такое Болота и как они опасны.

Вернувшись в Элраднатис после оговоренных с Эрликом двух дней, я даже не стал заходить домой. Оставив встречу с ребятами на потом, я прямиком направился в административное здание, в кабинет Айеравола. Груз ответственности давил на плечи так, что казалось, будто я сам только что разгрузил повозку с камнями. Я физически ощущал это давление, и никакая магия не помогала убрать это напряжение.

Начальник аванпоста встретил меня привычным усталым взглядом, оторвавшись от стопки отчетов.

— Ты рано, — заметил он, откладывая ручку.

Но стоило ему увидеть моё лицо, как он сам нахмурился, предвидя серьёзный разговор. Печать тишины на полу вспыхнула без лишних напоминаний.

— Что стряслось? Эрлик разорвал соглашение?

— Не настолько плохо, но всё равно приятного мало, — я тяжело опустился на стул напротив. — Он берёт перерыв. Его силы истощены эмоциональным фоном паломников. Целых пять недель, Айеравол. Пять недель он никого не примет.

В кабинете повисла напряжённая тишина. Я видел, как лицо полковника каменеет, а в глазах появляется холодная ярость. Я боялся, что он взорвётся, и выплеснет своё неудовлетворение на меня. И ведь будет прав в принципе.

Но вместо криков он медленно откинулся на спинку кресла и с силой потёр лицо ладонями.

— Пять недель… — глухо повторил он, и его голос дрожал от злости. — За это время они превратят Элраднатис в филиал столичного балагана.

— Простите, — я опустил взгляд, чувствуя, как внутри всё сжимается от чувства вины. — Я не должен был… Я не предвидел, что их станет так много, и что всё это выльется в такую колоссальную проблему для аванпоста. Я сам заварил эту кашу со статусом мессии, а теперь мы все расхлебываем.