Жанна запекла его в золе, потом очистила и подала с маслом и солью.

Масло растаяло на горячей мякоти.

Клэр попробовала.

Просто.

Великолепно.

— Где взяли?

— Месье Арно выращивает, — ответила Жанна из дверей. — Немного.

Адриен посмотрел на Клэр.

— Вы удивлены картофелем?

— Я удивлена всему, что в Бельфонтене не течёт, не ломается и пригодно в пищу.

— Справедливо.

Он ел с хорошим аппетитом.

Клэр наблюдала незаметно.

Адриен не ковырял еду.

Не изображал аристократическую скуку.

Не требовал особой тарелки.

Поблагодарил Жанну.

Попросил ещё рыбы.

Полезная информация.

Люсен поймал её взгляд.

Улыбнулся.

Клэр подняла бровь.

Он сделал невинное лицо.

Она перевела взгляд на его руки.

Тоже красивые.

Тоньше, чем у брата.

Длинные пальцы нотариуса.

Адриен держал бокал иначе.

Спокойно.

Большой палец медленно скользнул по ножке.

Клэр вдруг представила эти руки под собственными ладонями.

На массажном столе.

Профессионально.

Разумеется.

Она сделала глоток воды.

— Что? — спросил Адриен.

— Ничего.

— Вы на меня смотрели.

— У вас лицо напротив.

Люсен подавился вином.

Адриен улыбнулся.

— Убедительно.

Клэр подумала, что читателю на её месте сейчас было бы совершенно непонятно, какого из двух братьев стоит опасаться больше.

Ей самой — тоже.

И это было приятно.

После обеда Люсен достал бумаги.

Новости действительно оказались хорошими.

Дюваль внёс первую часть долга раньше срока.

Деньги лежали в кожаном кошеле.

Клэр открыла.

Металл тяжело звякнул.

Настоящие.

Её.

Она не испытала восторга.

Испытала облегчение.

Крыша.

Дерево.

Работа.

Полотно.

Еда.

— Ещё два должника получили уведомления, — сказал Люсен. — Один просит время. Второй утверждает, что ничего не должен.

— Кто?

— Месье Бержье.

— Платёжеспособен?

Адриен, до этого лениво рассматривавший книжную полку, ответил:

— Да.

Клэр повернула голову.

— Откуда знаете?

— Я знаю Бержье.

— Хорошо?

— Достаточно, чтобы не давать ему денег.

Люсен усмехнулся.

— Поздний совет.

Адриен подошёл ближе.

Слишком близко.

Клэр почувствовала лёгкий запах его одежды.

Чистое сукно.

Холодный воздух.

Кожа перчаток.

И что-то древесное.

Не духи в современном смысле.

Очень слабый аромат.

Кедр?

Возможно.

Она не стала принюхиваться.

Достоинство тоже иногда полезно.

Адриен наклонился над бумагой.

— Он будет тянуть.

Клэр посмотрела на профиль.

Вблизи родинка над бровью была совсем маленькой.

На виске — тонкая светлая линия старого шрама, почти скрытая волосами.

— Тогда перестанет.

Адриен повернул лицо.

Расстояние оказалось неудобно маленьким.

Синие глаза.

Очень.

Клэр не отодвинулась.

Он тоже.

— Вы всегда уверены?

— Нет.

— Не заметно.

— Хорошая подготовка.

Люсен поднял голову от бумаг.

Посмотрел на них.

— Мне выйти?

Клэр и Адриен одновременно повернулись.

— Нет, — сказала Клэр.

— Да, — сказал Адриен.

Тишина.

Люсен улыбнулся.

— Прекрасно.

Клэр посмотрела на Адриена.

— Вы быстро освоились.

— Я стараюсь.

— Не надо.

Ямочки.

Опять.

— Теперь точно буду.

— А зачем вы вообще приехали?

Вопрос Клэр задала через полчаса.

Люсен работал с документами Этьена.

Адриен стоял возле окна.

— С братом.

— Это не причина.

— Почему?

— Люсен взрослый. Дорогу знает.

— Иногда ему нужна поддержка.

Люсен, не поднимая головы, сказал:

— Никогда.

Клэр улыбнулась.

Адриен медленно повернулся к брату.

— Предатель.

— Нотариус.

— Почти одно и то же.

Клэр ждала.

Адриен понял.

— Я хотел увидеть Бельфонтен.

— Почему?

— Давно не был.

— Почему захотели сейчас?

— Любопытство.

— К чему?

Он посмотрел на неё.

— К вам.

Сказано спокойно.

Без улыбки.

И вот это сработало значительно сильнее ямочек.

Клэр почувствовала, как где-то в животе отозвалось очень взрослое и совершенно не профессиональное тепло.

Она положила ладонь на стол.

— Опальная женщина настолько интересна?

— Не особенно.

— Как приятно.

— А женщина, которая за несколько дней заставила Дюваля вернуть старый долг и наняла каменщиков в разваливающийся дом, — да.

Вот.

Не она.

Бельфонтен.

Работа.

Клэр улыбнулась.

— Тогда хотите экскурсию?

— Очень.

Люсен поднял голову.

— Я тоже.

— Нет.

Он удивился.

— Почему?

— Вы работаете.

Адриен засмеялся.

— Я начинаю понимать, почему она мне нравится.

Клэр посмотрела на него.

— Не спешите.

Экскурсия закончилась в старой прачечной.

Адриен вошёл.

Остановился.

Посмотрел на новую деревянную ванну.

На слив.

На сложенные доски.

На побелённый кусок стены, где Клэр проверяла цвет.

И перестал улыбаться.

Клэр заметила.

Вот теперь перед ней был не просто красивый мужчина.

Другой.

Взгляд стал острым.

Профессиональным.

Он подошёл к ванне.

Провёл рукой по краю.

Проверил соединение.

Посмотрел на сток.

Потом на очаг.

— Откуда вода?

— Пока носим.

— А потом?

— Посмотрим.

Он подошёл к окну.

Оценил расстояние до склона.

— Источник?

Клэр ничего не ответила.

Адриен повернулся.

— Горячий?

— Вы задаёте много вопросов.

— Я любопытный.

— Люсен уже говорил.

— Люсен много говорит.

— Семейное?

Он улыбнулся.

Но глаза остались внимательными.

Клэр почувствовала первое настоящее подозрение.

Не опасность.

Интерес.

Адриен понимал слишком много.

О ваннах.

О стоке.

О расположении.

О воде.

О том, на что обычный любопытный аристократ не посмотрел бы вообще.

Клэр запомнила.

— Что вы собираетесь здесь делать? — спросил он.

Она хлопнула ресницами.

Очень невинно.

— Купаться.

Адриен медленно поднял брови.

На лбу собрались короткие линии.

— Вы лично?

— Иногда.

— Ради этого ремонтируете прачечную?

— Женщина любит удобство.

— И нанимает двух каменщиков?

— Я очень люблю удобство.

Он смотрел.

Клэр смотрела.

Потом Адриен рассмеялся.

Тихо.

— Хорошо.

— Что?

— Ничего.

Вот теперь они оба лгали.

Совсем чуть-чуть.

И обоим это нравилось.

Люсен закончил работу к вечеру.

К этому времени небо снова затянуло.

Ветер усилился.

По саду летели последние листья.

Братья собирались уезжать, когда Клэр вдруг сказала:

— Подождите.

Адриен надел перчатку.

— Что случилось?

Клэр посмотрела на Люсена.

Потом на Адриена.

На их плечи.

Руки.

Шеи.

Дорожную усталость.

Четыре часа верхом.

Холод.

Мышечное напряжение.

И улыбнулась.

Люсен заметил первым.

— Нет.

Клэр подняла бровь.

— Я ничего не сказала.

— Именно это пугает.

Адриен посмотрел на брата.

— Что происходит?

— Не знаю.

— Тогда почему «нет»?

— Инстинкт.

Клэр сложила руки.

— Мне нужны добровольцы.

Люсен попятился.

— Нет.

Адриен остался на месте.

— Для чего?

— Небольшой опыт.

— Какой?

— Совершенно безопасный.

Люсен посмотрел на брата.

— Она так сказала про Маргариту.

Клэр возмутилась:

— Маргарита жива.

— Пока.