«Странно, может, это знак? — подумала Рид. — Или намек на то, что я мало времени потратила на изучение Книги Бытия?» Решив, что на сегодня с нее хватит семейной истории, полукровка решила вернуться к составлению списка. Тунрида вернулась за обеденный стол.

Спустя полчаса графиня тоже отложила Фридиана. Мозг кипел.

«Надо же, как быстро я отвыкла от чтения монографий».

Девушка решила дать голове отдохнуть. Рид что-то бормотала себе под нос, кропя над списком. Стараясь не отвлекать подругу, графиня решила продолжить осмотр жилища Велиара.

Лисаветта видела гостиную и спальню, лишь одна комната осталась неосмотренной. Поскольку Велиар никак не обозначил запрет посещения этой комнаты (наоборот, он сказал: «Будьте как дома»), Ветта решилась зайти, Синька увязался за ней. По размеру комнатка была лишь чуть больше спальни, зато здесь имелось большое окно.

И клавесин.

Графиня с изумлением разглядывала старинный инструмент, когда в комнату заглянула полукровка.

— Как ты считаешь, что лучше взять на корм Синьке: сушеные грибы или собачьи галеты? Я скормила ему несколько вчера, вроде бы понравилось, — зверек, словно поняв, о чем речь, тоненько заржал, выклянчивая вкусняшку.

— Ну нет, я кормила тебя полчаса назад, — Рид почесала хнуне за ушком, Синька довольно заурчал.

— Велиар умеет играть на клавесине? — Ветта осторожно провела ладонью по лакированной крышке инструмента. Он был красивый: черный с золотым узором, два ряда клавиш, сбоку на крышке была надпись «Blanchet».

— Что? А, да. Мама заставила его учиться играть на разных музыкальных инструментах. Одно время он играл у них в монастыре.

— О! А ты тоже училась?

— Губная гармошка считается? Так что по поводу корма?

— Давай собачьи галеты, — вздохнула графиня. Брат полукровки становился все интереснее и интереснее.

— Ну-ка, — Тунрида постучала по паре клавиш. Ветта вздрогнула: звук у клавесина был громче ее домашнего фортепиано. — А ты сможешь сыграть? Всех юных леди учат игре на фортепиано?

— Я умею играть. Точнее, меня учили, — Ветте плохо давалась игра — после всех часов, потраченных на музицирование, пальцы все-равно не слушались как надо. Но извлечь пару мелодий из схожего инструмента она наверняка сможет.

Графиня села на изящный табурет, стоящий перед клавесином. Клавиши оказались слишком высоко, что было неудобно. Тем не менее Ветта попыталась сыграть вальс фон Вебера. Как же странно он звучал на клавесине! Синька, прижав уши, выбежал из комнаты.

— Мда, остаюсь верна гармошке, — Рид отошла от клавесина и взяла на руки незнакомый графине инструмент. Чем-то он напоминал скрипку без грифа: плоский деревянный корпус неправильной формы, поверх натянуты струны, только их было заметно больше, нежели у скрипки.

— Что это? — поинтересовалась Лисаветта.

— Цитра. Помню, как братец играл на ней. Заявился как-то в гости к моей маме с ней, тренькал всю неделю — менестрель перекаченный. Но маме нравилось, — честности ради добавила Рид. Сама она осталась равнодушна к игре брата. Единственное раздражало: после игры брата, мама ей все уши прожужжала — дескать, почему бы тебе тоже не освоить игру на музыкальном инструменте? Именно тогда Рид и обзавелась губной гармошкой.

Ветта подошла взглянуть на цитру поближе. Та выглядела заметно старше клавесина (тоже не нового).

«Интересно, клавесин был популярен полтора века назад. Эта цитра, наверное, еще древнее. Значит ли это, что Велиару перевалило за сотню? Хотя… может, он просто коллекционирует старинные инструменты?»

— О, а это теорба, — полукровка достала откуда-то еще один чудаковатый инструмент, который походил на лютню, но с несуразно длинным грифом.

— Между прочим, я учился игре на ней у самого Робера де Визе, — неожиданно раздался голос Велиара; брат полукровки стоял в проеме дверей. — Он был гениальным музыкантом, жаль, что сегодня большинство не знает его имени.

Лисаветта тоже не слышала об этом музыканте. Чтобы скрыть замешательство от внезапного появления хозяина квартиры, она решилась попросить сыграть им что-нибудь.

— Никогда не слышала, как играет терба.

— Теорба, — Велиар с готовностью принял инструмент из рук сестры. В его руках теорба смотрелась уже не столь громоздкой. Пальцы мужчины запорхали по струнам. Лисаветта прикрыла глаза: музыка была такой, какой ей представлялась игра древних менестрелей. Чудилось, стоит открыть глаза — и она окажется в стенах старинного замка, в огромном зале с камином, флагами и гобеленами на всю стену. Пусть инструмент выглядел забавно, сама музыка девушке понравилась.

А может, все дело было в исполнителе.

Когда последние аккорды растворились в воздухе, Ветта открыла глаза и захлопала. Велиар, улыбаясь, склонил голову, принимая похвалу.

— Я погляжу, ты продолжаешь музицировать, — прокомментировала Рид. — Бедные твои соседи. В лавке не жаловались?

— Сказали, что за уход тараканов готовы все терпеть, — Велиар аккуратно убрал инструмент на место. Похоже, он и впрямь любил музыку. Лисаветте показалось это очаровательным. Она пожалела, что не может похвастаться даже игрой на фортепиано, чего уж говорить о редких старинных инструментах.

— Ну что, герцог дал разрешение? — спросила Рид у брата.

— Разумеется. А ты подготовила список?

— Разумеется, — в тон брату ответила полукровка. — Только мне надо знать, сколько времени займет переход через границу, хотя бы примерно.

— Я встречусь с Бет сегодня вечером, она еще в море, поэтому пока не могу ответить на твой вопрос, но у нас будет время. Если Бет согласится нас перевезти, то закупим недостающее завтра.

Встреча Велиара с Бет прошла неоднозначно. С одной стороны, контрабандистка не послала их сразу, что было добрым знаком. Однако, с другой, пожелала увидеть их всех перед тем, как дать окончательный ответ.

— Ты предупредил ее, что путешествие рисковое? — поинтересовалась Рид за завтраком. — И дело не только в пограничном контроле. Мало ли кто за нами охотится.

— Мы же все обсуждали: скорее всего, ваши преследователи уже в Лероне. И да, я рассказал Бет вкратце, как обстоят дела. Она не из трусливых.

— А если у меня не хватит денег, чтобы оплатить ее услуги? — графиня переживала об оплате за «проезд». Она не могла позволить расплачиваться с контрабандисткой Велиару и не была уверена, что оставшихся рубинов хватит.

— Сомневаюсь, что она возьмет деньгами, — покачал головой брат полукровки. — Скорее, Бет запросит магические инструменты или снадобья.

— Но… а торговцы на твоей улице? Эзотерики? Может, у них…

— Я же говорила — это не колдуны, а мошенники, — перебила графиню Рид. — Велиар достанет что нужно. Так ведь, братец?

— Ну да, если что — попрошу Селию. Она у нас самая одаренная, — Велиар подмигнул Ветте.

— Селия, — Рид сделала вид, будто ее тошнит, показывая, как она относится к перспективе обратиться за помощью к сестре.

— Это в крайнем случае, если Бет запросит что-то совсем экзотическое, — успокоил ее брат.

Графиня опять почувствовала себя обузой для полукровок. Мало ли что попросит контрабандистка? А вдруг что-то незаконное? Или нечто, с помощью чего она будет проворачивать свои незаконные дела, а когда ее поймают и увидят магический артефакт — выйдут на Велиара, и ему придется предстать перед судом. Они уже вышли в город, пока девушка представляла, как навещает брата Рид в тюрьме и просит прощения. В фантазиях Ветты Велиар злился, но недолго…

Недалеко от причала расположился рыбный рынок, что было удобно: поймал, причалил и тут же продал. Несмотря на характерный запах, рядом с рынком работало несколько таверн, где подавали, что бы вы думали? Да-да, рыбу. Зато самую свежую в городе. Вот в одной из этих таверн таинственная Бет назначила встречу нашей компании.

— Почему мы не можем встретиться сразу на причале? — недоумевала Тунрида. — Ты ведь с ней знаком.

— Бет так захотела: меня-то она знает, а вас — нет.