Он разложил одежду на кровати и пошел в ванную поправить волосы. Он побрился, хотя в этом не было необходимости; хорошо, что ему не нравилась растительность на лице, так как он почти не надеялся когда-нибудь отрастить бороду.
Он забыл, что перед душем оставил свою сбрую висеть на полотенцесушителе, и потянулся за ней, покачав головой. Ему даже пришлось позвонить Леви, чтобы тот расстегнул пряжку сзади, чтобы он мог ее снять. Боже, как это неловко. В следующий раз он вспомнит попросить кого-нибудь после окончания смены.
Он провел пальцами по коже. Брайан хорошо выглядел в своей форме; парню она явно нравилась, и он носил ее как вторую кожу. Он задавался вопросом, сможет ли он когда-нибудь стать настолько нестесняющимся себя, как Брайан. Он считал, что для этого нужно сначала понять, кто ты есть, а Никки знал, что он еще не достиг этого. Он слишком много времени потратил на выживание, чтобы это понять. Это никогда не имело значения - то, кем он был, все сводилось лишь к попыткам сделать домашнее задание, будучи на мели, голодным и бездомным.
А сейчас? Ну, иногда у него просто не было свободного времени. Что люди делают, когда у них есть свободное время?
Видимо, вместе ужинают.
Он пожал плечами и, выходя из ванной, взял сбрую, достал из шкафа специальную вешалку, которую ему дал Лиам, и повесил ее.
означает атмосферу американских ресторанов-спортбаров, где главная особенность — это работа привлекательных официанток в откровенной и обтягивающей форме
Глава 7
Бредфорд прошел мимо бара и кивнул Джозефу.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер, сэр.
Джо был обычным человеком, но он был чертовски хорошим барменом. Он был классически красив, выглядел как типичный тридцатилетний, и любил мужчин. Он был кокетлив, но недоступен, и, по мнению Бредфорда, это была идеальная формула для того, чтобы удержать свободного Дома в баре. У него также был отличный музыкальный вкус, и сейчас он слушал Билла Уизерса и наслаждался музыкой, протирая стаканы и проверяя свои запасы. Нет ничего лучше, чем немного соул-музыки, чтобы создать нужное настроение.
Кстати, о настроении: пора было проверить, как дела у его саба на вечер. Он оставил мальчика в тихом размышлении в своем кабинете и после успешного рабочего дня намеревался вознаградить его за старания. Он почувствовал, как его шаги стали легче, когда он вернулся и вошел внутрь, громко захлопнув за собой дверь, проверяя, насколько глубоко мальчик погрузился в его отсутствие.
Леви даже не дернулся.
Бредфорд оглядел мальчика. Он оставил Леви на коленях, согнутого вперед, лбом на полу, ягодицами вверх и руками, скрещенными на пояснице вверх ладонями. Один из любимых способов Бредфорда обездвиживать своих сабов без дополнительных ограничений.
Он подошел и провел пальцем по поясу кожаных шорт Леви.
- Как ты себя чувствуешь, мальчик?
Ответ звучал медленно, и Бредфорд терпеливо ждал, пока Леви выберется из глубокого сабспейса, чтобы ответить.
- Расслаблен, сэр. Пальцы только начинают немного покалывать.
- Ах. Спасибо, мальчик. - Честность Леви говорила об опыте. Брайан позволил бы пальцам полностью онеметь, прежде чем что-либо сказать - и так и бывало. - Я как раз собирался попросить тебя подняться на ноги. Тебе нужна помощь?
- Нет, сэр. Просто минутку, если вам угодно, сэр.
- Минутка твоя, мальчик. Не торопись. - Бредфорд подошел к своему столу, чтобы дать Леви больше места и меньше внимания.
Леви был практически художником; этот особый вид покорности был благородным стремлением, придающим всему, что он делал, царственное достоинство и изящество. Технически безупречный, он получал удовольствие от служения и лишь от легкого связывания. Он не любил кнут или паддл, не терпел и не нуждался в настоящей боли, но было не найти более изобретательного и преданного своему делу саба. Бредфорд испытывал к нему только уважение.
Леви был настоящим зверем в постели. Идеальный пассив, но самый требовательный, чертовски требовательный из всех, с кем ему довелось заниматься сексом.
Леви откинулся на пятки и медленно развернулся, показательно опустив глаза, легко принимая позу демонстрации, которую, как знал, предпочитал Бредфорд. Леви служил многим Мастерам в клубе, Бредфорд был одним из тех, кто особенно ценил его, и Леви, казалось, был только рад угодить.
- Готов, сэр.
Он подошел к Леви и мучительно медленно обошел его по кругу. В этом не было особой необходимости, но он знал, что Леви получает удовольствие от тщательного осмотра, и этот вечер был, в конце концов, наградой. Он восхищался гордостью Леви за свою службу: высоко поднятый подбородок и опущенные глаза. Бредфорд на мгновение разгладил и поправил шорты мальчика, побаловав себя тем, что просунул пальцы под каждую штанину и вокруг всего пояса. Закончив, он крепко сжал выпуклость в обтягивающих кожаных шортах Леви.
Леви издал приятный вздох.
- Я хочу, чтобы этот член встал для меня, прежде чем мы доберемся до столовой, мальчик.
- Да, сэр. С удовольствием, сэр. - У мальчика встанет, прежде чем они выйдут из его кабинета.
- Наши привычные правила и обычаи, хм? Тебе нужно напомнить?
- Нет, сэр.
Конечно, нет.
- Дверь.
Леви обошел его и распахнул дверь кабинета.
- Шаг в шаг.
- Как пожелаете, Мастер.
Он позволил себе улыбнуться. И он действительно желал. Он шагнул в дверь и почувствовал, как Леви послушно пошел следом за ним. Он не стал больше думать о мальчике, войдя в основную часть клуба и снова пройдя мимо бара. Он взглянул на часы.
- Сэр, - поприветствовал его Джо, когда тот проходил мимо.
Бредфорд кивнул, но ничего не сказал.
Однако он поприветствовал множество посетителей, как Домов, так и сабов, пройдя через длинный бар и зону отдыха к обеденному залу. Когда он, наконец, прибыл, администратор вечера, мускулистый рыжеволосый сабмиссив по имени Эндрю, поприветствовал его улыбкой и поклоном.
- Добрый вечер, сэр.
- Добрый вечер, Эндрю, - спокойно ответил Бредфорд, заметив уверенность в голосе Эндрю. Мысленно он отметил, что если ему когда-нибудь понадобится выходной, то команда из Эндрю, Джо и Леви, под пристальным наблюдением почти любого Дома, наверняка сможет компенсировать его отсутствие.
