Поездка на такси заняла немного времени, и вскоре он сидел на диване Брайана в одолженных спортивных штанах, его рука была обмотана бинтом, и он пил горячий шоколад.

      - Спасибо еще раз, Брайан.

      - Я очень рад, что ты мне позвонил. Рад, что ты мне доверяешь. - Брайан положил подушку и пару одеял на диван.

      - Мы друзья.

      Брайан улыбнулся ему.

      - Думаю, да, но с другими сабами порой трудно понять наверняка.

      - Мы друзья, - повторил Никки, подчеркивая. - И я ценю, что ты сорвался на помощь посреди ночи, да еще и под дождем.

      Брайан сел и обнял его.

      - Я рад, что с тобой все в порядке. Звонок был пугающим.

      Ночь и правда выдалась жуткой. С того самого момента, как он понял, что натворил, и до того, как, наконец, появился Брайан. Всю ночь он принимал одно неверное решение за другим. Бредфорд никогда его не простит.

      Никогда.

Глава 20

      - Черт возьми, мальчик. Бредфорд мерил шагами библиотеку; он шагал так размашисто и быстро, что вскоре перестал ходить туда-сюда и начал наматывать круги: мимо дивана, вокруг кресла, вдоль длинной стены, уставленной книгами Гаррисона, мимо антикварного письменного стола, который он приобрел в прошлом году, и вдоль короткой стены с высокими окнами, за которыми тянулось серое утро.

      Помимо тревоги за мальчика - просто за мальчика, не своего мальчика, а именно мальчика, - в нем бурлил целый котел других неприятных чувств; смесь была настолько гремучей, что он даже не мог их толком разделить. Досада. Раздражение. Меланхолия.

      Одиночество.

      - Черт возьми.

      Неужели он ошибся? Стоило ли в тот момент поступить иначе?

      Раздался стук в дверь, он поднял голову и лишь тогда осознал, что перестал ходить и теперь смотрит в окно на сырую улицу.

      - Войдите. - Он знал, что это Леви; мальчик был единственным, кому он доверился по поводу Никки, и единственным, кому позвонил сегодня утром. - Скажи, у тебя есть новости.

      - Да, сэр. - Леви подошел прямо к нему и опустился на колени у его ног. - Никки переночевал в квартире Брайана, он сейчас там. Брайан говорит, что он спит и в остальном в порядке.

      - Ты просил Брайана привезти его ко мне?

      - Я спрашивал, но Брайан говорит, что Никки специально попросил его не говорить вам, где он, и что он не хочет возвращаться в таунхаус.

      - Понятно. - Это не стало неожиданностью. Но чертовски обидело.

      - Могу я еще чем-нибудь помочь, сэр?

      Леви был хорошим мальчиком. Таким преданным.

      - Нет, боюсь, скорее всего, нет. Но я ценю твое предложение, мальчик. Если что-то придумаю - позову тебя. А пока пусть это останется между нами. Договорились?

      Ему не нужны были сотня вопросов или взгляды других сабов.

      - Конечно, сэр.

      Мальчик старался не показывать разочарования, но он знал, что Леви хочет остаться. Возможно, позже. Нужно было все обдумать. Он коснулся щеки Леви.

      - Спасибо, мальчик. Можешь идти. Дай мне знать, если услышишь что-нибудь еще.

      - Да, сэр. Дам. - Леви встал и вышел из библиотеки.

      Бредфорд снова посмотрел в окно, гадая, что произойдет, если он сам возьмет телефон и позвонит Брайану. Неужели Никки действительно откажется с ним разговаривать?

      Он вздохнул. Главную проблему он знал. Сомнения. Правильно ли он поступил, отказав Никки? Не слишком ли он старомоден? Не слишком ли завышены его ожидания? Или он просто глупый старый дурак?

      Он редко сомневался в себе. А тут - это самое… неприятное чувство, когда начинаешь ставить под сомнение собственные решения.

      Неприятное - мягко сказано. Это… тревожило. Почти мучило.

      Вот так, Гарри. Теперь я ходячий словарь синонимов.

      У Гаррисона, конечно, нашелся бы ответ; у его возлюбленного он был всегда. Хотя вполне возможно, что Гаррисон стал бы его отчитывать за то, что он вообще позволил себе так увлечься этим чудесным юным сабом.

      Но я бы не хотел Никки так, как хочу, если бы ты все еще был со мной, любовь моя.

      Я знаю, дорогой.

      Бредфорд вздохнул и закрыл глаза.

***

      - Ты не можешь просто сдаться, Гарри.

      Больничная палата, где Гаррисон провел последний месяц, была украшена открытками и цветами от членов клуба, а также подарками из посылок, которые каждую неделю собирали для него сабы. Их окружала такая поддержка, столько друзей. Почему же этого было недостаточно?

      Этого должно было быть достаточно.

      - Могу, любимый. - Гаррисон облизнул губы, и Бредфорд потянулся за водой. - Я могу принять это решение, и уже принял его.

      Бредфорд наполнил стакан, вставил в него трубочку и поднес ее к губам любимого. Гаррисон казался теперь таким маленьким, намного старше своих лет и гораздо слабее, чем Бредфорд мог себе представить. Гаррисон всегда был для него львом.

      - Но ты мне нужен.

      Сухой смешок Гаррисона больно резанул слух.

      - О нет, родной. Не нужен. Ты управляешь клубом сам, он уже твой. Ты будешь…

      - Я говорил не о клубе. - К черту клуб, он бы без колебаний отдал его ради своего мужа.

      Гаррисон взял его за руку.

      - Знаю. Ты мне тоже нужен. Мне нужно, чтобы ты принял мое решение и понял: это не значит, что я тебя не люблю.

      - Гарри…

      Гаррисон потянулся и взял его за руку, пальцы были костлявыми и холодными.

      - Я больше не могу, любимый. Пожалуйста, мне нужно, чтобы ты понял. С меня хватит. Я хочу насладиться оставшимся временем. Я хочу провести его с тобой. Дома.

      Он посмотрел Гаррисону в глаза и вздохнул.

      - Я понимаю.