Вот и сейчас, злюсь, что она не пришла. Не забежала «на пять минут», не начала рассказывать свои истории с заразительным смехом. Улыбалась мне той особенной улыбкой, после которой я чувствовал себя необходимым для нее, нужным хоть для кого-то.

Я посмотрел на бутылку виски, и в голове мелькнула мысль: «Может, стоит напиться или вызвать кого-нибудь из девчонок?» Но я знал, что это не поможет, так как внутри разбушевался настоящий шторм. Голова пыталась мыслить рационально, но сердце вдруг решило жить само по себе.

В груди кольнуло. Похоже, свидание удалось. Встретила нормального человека и больше не нуждалась во мне, она не хотела делиться со мной первыми впечатлениями. История будет рассказана завтра, с сухими ремарками, как отчет о проделанной работе.

Я помню, что говорил ей. Что буду рад, если у неё появится настоящий молодой человек. Но сейчас, сидя в темноте, я не чувствовал радости. Я вдруг опять ощутил потерю близкого человека, и сердце сжалось от фантомной боли. Я помнил эту боль.

После смерти мамы я будто сломался. Её преданность и любовь к отцу, стали для меня чем-то отвратительным. Я всегда наблюдал за мамой со стороны, видел, как она угасает от своей любви. Она не боролась, и, как мазохист, возносила свою любовь на пьедестал, порой забывая обо мне. Я ненавидел это чувство, которое она так превозносила - ЛЮБОВЬ.

Я закрыл свою душу, забронировал двери. Зачем причинять себе и другим боль, зачем привязываться друг к другу, а потом можно легко предать и оставить человека биться в агонии. Я в своей жизни чувствовал себя легко и свободно. Но все мы знаем, что у судьбы свои планы на тебя.

Я заметил Ксюшу ещё два года назад. Впервые мы столкнулись в лифте, она украдкой смотрела на меня, словно боялась, что я увижу её интерес. Она была красивой девушкой, хотя она сама, казалось, не придавала этому значение. Она была необычной девушкой, со странностями, все эти разноцветные носки, привычка улыбаться сама себе, только сильнее подогревали мой интерес к ней. Я стал ждать встреч с ней – в лифте, во дворе. Ее случайное попадание ко мне в квартиру, стало для меня триггером. Во мне стали развиваться, неконтролируемые мною, чувства, с которыми я, до сегодняшнего вечера, успешно боролся.

У меня было много девушек, но все они были «однодневками». Красивые обвертки с пустыми душами. Ксюша была другой, она была разной – веселой и грустной, сердитой и обиженной. Не стеснялась смеяться над собой. Она была настоящей. Я честно пытался держаться на расстоянии, делал вид, что это только моя работа, но её искренность и теплота покорили меня. Она притягивала меня, как магнит, и я сорвался, я не смог удержаться и поцеловал её.

Это была ошибка, огромная ошибка. Я понял, что своими действиями я дал Ксюше надежду на развитие наших отношений. Я испугался себя, испугался того, что почувствовал в душе. Соответственно я умудрился наговорить гадостей Ксюше, о чем сразу же пожалел. Я видел, что ей больно от моих слов, но я все равно делал это, надеясь, что это убьет всякую надежду у нее. Со своими чувствами я уж как-нибудь разберусь.

А теперь я боялся, что она больше не захочет меня видеть, что у неё что-то могло случиться.

Теперь я хотел чувствовать то, чего так долго избегал. Хотел, чтобы мы были больше, чем соседи, чем друзья.

Я допил виски, и налил ещё, потом набрал её номер и сбросил. Потому что не знал, что сказать. Потому что еще не мог сказать прямо: «Я не хочу, чтобы у тебя было хорошо с другими. Я хочу, чтобы хорошо было только со мной, но я боюсь ошибиться. Я трус».

Я оставил телефон на столе и уставился в потолок.

Там, наверху, она спала. Возможно не одна, а с Игорем. Ревность тисками сжала мою грудь.

- Чёрт, - сказал я в пустоту, потом встал, подошёл к окну, посмотрел вверх.

- Спокойной ночи, Ксюша, - прошептал я.

Глава 18

Я стояла перед зеркалом третий раз за час и никак не могла решить, что надеть. Игорь написал мне утром, пожелав: «Доброго утра, красавица», и мы договорились, что он приедет за мной в три часа.

У нас будет свидание-прогулка, без пафоса, без дорогих ресторанов. Он сказал: «Давай просто побудем вместе, без повода». Это звучало так легко, так по-человечески.

Я выбрала джинсы, белый свитер с крупной вязкой и кеды. Волосы решила оставить распущенными, а макияж почти незаметный, только тушь и блеск для губ.

Это ни та Ксюша в бархатном платье из ресторана, это обычная я, которая не боится испачкаться сахарной ватой или завизжать на американских горках.

Бакс сидел на подоконнике и наблюдал за моими сборами с философским спокойствием.

- Ну как? - спросила я, поворачиваясь к нему.

Он отвернулся.

- Спасибо, очень поддержал.

Я взяла кросс-боди, телефон, ключи, вышла из квартиры и начала спускаться по лестнице, намеренно избегая лифта.

Но когда я выходила из подъезда, то столкнулась со Стасом прямо у дверей, который вышел из лифта. Неожиданно, подумала я.

Мы оказались лицом к лицу, и я сразу почувствовала его приятный запах, что-то древесно-мускусное.

- Привет, – прошептал он хрипло и придержал дверь, пропуская меня вперед.

Его взгляд медленно прошелся по лицу, затем спустился ниже, задержавшись на свитере, джинсах и кедах. Перешёл на сумочку через плечо и, наконец, остановился на моих волосах, рассыпавшихся по плечам. Он осматривал меня с ног до головы, не стесняясь и не отводя глаз.

Я стояла, чувствуя, как его взгляд обжигает кожу, и не могла пошевелиться.

- Ты шикарно выглядишь, - сказал он глухо, без обычного ехидства.

Стас был в простых джинсах и тёмном свитере, с небрежно растрёпанными волосами, словно их взъерошил ветер или чья-то рука. Небрит, как обычно. В руках держал папку с бумагами и потертую термокружку с кофе.

- Спасибо, - я сглотнула. - Ты тоже ничего.

Он усмехнулся уголками губ, без звука и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но...

Раздался сигнал автомобиля. Я вздрогнула, бросила взгляд в сторону, где около подъезда стоял чёрный внедорожник.

- Твой? - спросил Стас, кивая в сторону машины.

- Видимо, да, - я кивнула. - Второе свидание, с Игорем, – зачем то сказала я.

- С тем самым, у которого всё хорошо?- уточнил он, и в его голосе появилась та самая насмешка, которую я так ненавидела.

- С тем самым, - подтвердила я.

Мы смотрели друг на друга, и мне казалось, что между нами было не десять сантиметров, а огромная пропасть.

Я видела, как он разглядывал машину. Игорь вышел из неё высокий, красивый, в светлом пальто. Он стоял, опираясь на дверцу, и смотрел в нашу сторону, широко улыбаясь, ждал меня.

Я перевела взгляд на Стаса и увидела, как его челюсть сжалась, а губы превратились в тонкую линию.

Потом я заметила, как его руки сжались так, что побелели костяшки. Термокружка в одной руке, папка в другой, но он держал их так, будто готов был бросить всё и...

И что? Схватить меня за руку? Увести отсюда ? Сказать: «Не ходи»?

Он ничего не сделал и ничего не сказал.

Мне захотелось подойти к нему. Коснуться его лица, посмотреть в его глаза и сказать: «Я не хочу никуда идти. Я хочу остаться здесь, с тобой. Ты только скажи мне это, задержи меня».

Но я не подошла, потому что он сказал «я не умею любить, мне не нужны отношения». Потому что он сам оттолкнул меня. Потому что, если я сейчас сделаю шаг к нему, то я потеряю ту малую часть, что осталась от моей гордости.

- Ксюша, - тихо сказал Стас.

- Вечером зайду, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Расскажу про свидание, как ты и просил. Всё по правилам.

Я улыбнулась ему, держа эту маску на лице, хотя внутри всё кровоточило, развернулась и пошла к Стасу. Каждый шаг давался с трудом, я чувствовала его взгляд на своей спине, тяжёлый и обжигающий.

Игорь сделал шаг мне навстречу.

- Ксюша! Ты такая красивая! - он наклонился и поцеловал меня в щеку. - Ну что, готова покорять аттракционы?