- А почему, как думаешь?

- Не знаю, - я вздохнула. - Может, им больше не о чем переживать. У них налаженная жизнь: работа, семья, ипотека, а футбол, это способ выплеснуть то, что накопилось за день. Покричать, попрыгать, побыть стадом, я не знаю.

Стас кивнул.

- А почему тебя это так задело? - спросил он. – Ну, сходила на неадекватное свидание, с кем не бывает. Ты расстроена, но как-то... слишком расстроена, из-за этого.

Я замолчала.

Он был прав. Я была расстроена не потому, что свидание было плохим. Ну и что ж, что свидания были плохими. Их вообще - то было всего ничего. Я расстроена была потому, что...

- Потому что я надеюсь, каждый раз, - сказала я тихо. - Каждый раз иду и думаю: а вдруг? А вдруг этот? А вдруг сейчас? А потом, а потом ни-че-го.

Я подняла глаза на Стаса, он смотрел на меня серьёзно, без обычной насмешки.

- Ты боишься, что никого не встретишь? - спросил он.

- Нет, - я покачала головой. - Я боюсь, что встречу и ничего не почувствую. Что внутри меня какая-то пустота, как будто во мне сломался тот механизм, который заставляет людей влюбляться.

Стас молчал долго, а потом открыл банку пива, протянул мне.

- Я не думаю, что ты сломалась, - сказал он.

- Откуда такая уверенность? – усмехнулась я.

- Потому что ты сейчас сидишь передо мной и рассказываешь о своих страхах, - сказал он. - Сломанные люди не признаются, что они сломаны, они притворяются, что всё в порядке, но ты не притворяешься. Ты просто вот здесь, со всеми своими тараканами, разными носками и еще небольшой коллекцией ужасных свиданий.

- У меня пока нет коллекции, - буркнула я, отпивая пиво.

- Уже есть, - усмехнулся он. - И она будет расти. И знаешь что?

- Что?

- Это нормально. Все эти Димы, Артёмы - это всего лишь фильтр. Ты отсеиваешь неподходящих тебе людей, чтобы найти своего.

- А если я никого не найду?

- Найдёшь.

Он посмотрел на меня долго, внимательно, так, что мне стало не по себе.

- Потому что ты борешься, - сказал он. - Ты не сдалась, поспорила с подругами, зарегистрировалась на сайте, вопреки тому, что они не верят в тебя, ты ходишь на дурацкие свидания. Ты злишься, расстраиваешься, но ты идёшь дальше. Это дорогого стоит.

Я отвернулась. Смотреть в его глаза было слишком некомфортно для меня. Слишком тепло. Я боялась себя, боялась своих чувств к нему.

- Врубай футбол, - сказала я, чтобы сменить тему. - Я сегодня не наоралась на судью.

Стас расхохотался. Это был тот смех, от которого у меня внутри всё переворачивалось, громкий, заразительный, настоящий.

- Идёт, - сказал он и взял пульт. - Футбол так футбол.

На экране шёл какой-то матч, я не поняла кто с кем, да и не важно.

Мы сидели рядом на диване, пили пиво из банок, ели чипсы и комментировали происходящее так, как не смог бы ни один футбольный комментатор.

- Смотри, смотри, этот сейчас упадёт, - сказал Стас, показывая на экран. - Я тебе говорю, он сейчас упадёт.

Игрок упал и схватился за ногу.

- Симулянт! - заорала я, подражая Диме, и мы оба захохотали.

Мы смотрели футбол до полуночи. Комментировали, спорили, смеялись. Я проигрывала ему в спорах, но это было неважно. Важно было просто быть рядом с ним. Чувствовать тепло его плеча, слышать его голос, знать, что он здесь, что он слушает меня.

А потом он спросил:

- Ксюш, а чего ты хочешь на самом деле?

Я задумалась.

- Я просто хочу, того человека, который просто будет рядом, без каких либо обязательств. Вот так же сидеть и смеяться над тем, чего не понимаешь, просто проводить время вместе, и находиться на одной волне, - сказала я. - Как там говорят: «И в горе и в радости».

Он замолчал. Мы допили пиво, доели чипсы, и я встала, чтобы уйти.

- Ксюш, - окликнул меня Стас, когда я была уже в дверях.

- М?

- Запомни, ты сильная. Ты классная девушка, а я знаю, что говорю. Ты добрая и открытая, слегка с тараканами в голове. - Я усмехнулась.- Но кто сейчас без них?

Я кивнула и ушла, стараясь больше не оборачиваться. Потому что знала, если я обернусь и посмотрю ему в глаза, то скажу что-то, чего нельзя говорить.

Ты тоже классный, - хотела я сказать. - Рядом с тобой я чувствую нужной.

Поднялась на свой этаж, покормила Бакса и легла спать.

Телефон пиликнул и на нем отобразилось сообщение от Стаса:

- «Когда следующее свидание?»

- «Завтра с утра», - ответила я.

- «Он, что хочет повести тебя на завтрак?» - Я улыбнулась в темноте.-«Напиши, как освободишься, накормлю тебя обедом»

- «Договорились», - написала я.

Я засыпала с мыслью о том, что после нашего заключенного договора, кроме Софи, я больше никого не видела со Стасом. Он их или не приводил, или мы не пересекались. Очень хотелось думать про первый вариант.

Глава 12

После футбольного фаната и маменькиного сынка, мне казалось, как всегда что хуже уже не будет. Но жизнь смешная штука, я опять ошиблась.

Третьего кандидата звали Вадик.

В профиле он написал: «Ищу глубокую, духовную связь. Только для тех, кто готов познавать себя». Я тогда почему-то подумала, что это про разговоры о жизни. Про долгие прогулки и душевные беседы.

Вадик пришёл на свидание в льняных штанах цвета охры и рубашке с вышивкой «Ом». На шее у него висел кулон с каким-то камнем, а в руках были чётки.

- Приветствую, - сказал он голосом, который звучал так, будто он только что вернулся с трёхнедельной медитации и я первая, с кем он начал разговаривать на этой грешной земле. - Твоя аура... м-да.

- Что «м-да»? - спросила я, чувствуя, как внутри зарождается тревога.

- Загрязнена, - сказал он с сочувствием. – И очень сильно, ты чувствуешь тяжесть в районе солнечного сплетения?

- Это вчерашнее пиво, - честно ответила я.

Он не оценил шутку, а только покачал головой и заказал себе травяной чай и мне тоже посоветовал. Я послушалась, подумала, хуже не будет.

Мы сидели в кафе с низкими столиками и подушками вместо стульев. Я ждала, что сейчас начнутся обычные разговоры: кто ты, откуда, чем живёшь.

Но Вадик начал с другого.

- Расскажи о своих прошлых жизнях, - сказал он, глядя на меня с таким серьёзным видом, будто проверял меня на детекторе лжи.

- В смысле?

- Ну, прошлые воплощения, кем ты была? Я, например, был жрецом в Древнем Египте, я чувствую связь с ибисами.

Я чуть не поперхнулась чаем.

- Ибисами? Это такие птицы с длинными клювами?

- Священные птицы, - поправил он. - Ты не чувствуешь? У тебя закрыты чакры, все семь. Но седьмая особенно.

- А какая седьмая?

- Макушка, - он показал на свою голову. - Отвечает за связь с космосом.

- А, - сказала я. - С космосом, понятно.

Он протянул руку через стол и взял меня за ладонь. Может, сейчас начнётся что-то нормальное?

Он закрыл глаза и начал водить большим пальцем по моей ладони круговыми движениями.

- Что ты делаешь? - спросила я.

- Чищу чакры, - ответил он, не открывая глаз. - У тебя энергия застаивается. Муладхара вообще заблокирована.

- Муладхара, это...?

- Копчик, - сказал он. - Ты не чувствуешь? Там тяжесть.

- Я чувствую тяжесть в районе кошелька, - сказала я, закипая, - потому что ты заказал чай за 500 рублей, который можно было заварить дома за бесплатно.

Он открыл глаза и посмотрел на меня с укоризной.

- Ты слишком привязана к материальному, Ксения. Это мешает твоему развитию.

- Моему развитию мешает возможная ипотека, - ответила я. - Но ты продолжай, чистить мою му... муладхару.

Он чистил ещё минут десять. Водил пальцем по моей ладони, по запястью, попытался добраться до плеча, но я отодвинулась.

- Твоя аура сегодня просто кричит, - сказал он задумчиво. - Ей нужна практика.

- Какая практика?

- Йога в гамаках, - он сказал это так, как доктор, ставящий смертельный диагноз. - У нас сегодня занятие, ты почувствуешь, как раскрываются чакры, и энергия течёт свободно.