— О, я и забыл, — виновато улыбнулся Сону. — Чем займемся сегодня? Может, посмотрим кино на диване?

— Я бы сперва позавтракала, — хлопнув его по плечу, Таша пошла в столовую.

Удивительно, но Падма-джи встретила девушку с улыбкой, подавая ей легкий завтрак.

— Как прошли гастроли? — спросила экономка, явно имея в виду впечатления Таши от них.

— Скажем так, я получила незабываемый опыт, — ответила девушка, намазывая джемом тост и вспоминая свое общение с яркими представителями волшебного мира.

— Понимаю, — кивнула Падма-джи и удалилась на кухню по своим делам, тактично оставив девушку в покое.

Когда вечером приехал Давид, Таша смотрела в гостиной по телевизору фильм с участием местной знаменитости, актера Али Кхана, и объедалась сладкими десертами, приготовленными Падмой-джи. Сону растянулся на диване рядом, положив голову ей на колени и, кажется, дремал. Девушка старалась его не беспокоить, понимая, что он не столько устал за время гастролей, сколько от выматывающей встречи с бабулей.

— Рад, что у вас все хорошо, — улыбнулся Давид, наблюдая диванную идиллию и присаживаясь в кресло.

Сону открыл глаза и недовольно посмотрел на гостя, помешавшего этой самой идиллии. Ему очень не хотелось покидать уютную подушку в виде колен Таши, которая, наконец-то, не отталкивала его. Но разговор с Давидом все-таки был важен.

— Ты смотри фильм, — сказал Сону девушке, вставая. — Мы поговорим в кабинете.

— Можете поговорить здесь, — предложила та. — В конце концов, речь наверняка пойдет обо мне.

— Не только. О работе тоже, а это может затянуться.

— Ладно, — насупилась Таша и прибавила звук на телевизоре.

— Почему ты против пресс-конференции? — сразу задал вопрос Сону, едва они с Давидом вошли в кабинет.

— Я уже объяснил. Ты не решишь этим проблему, а только привлечешь новые. Лучше, если пресса пока будет не в курсе твоей личной жизни. Если что-то пойдет не так…

— Ты о чем? Думаешь, ба удастся помешать мне?

— Я не хочу думать о плохом, но надо учесть все варианты. Поэтому предлагаю действовать по обстоятельствам и первым делом решить вопрос с регистрацией Таши в посольстве. По крайней мере, она уже не будет нелегалкой, и у вас появится больше возможностей для маневров.

— Согласен. Тогда завтра же отвезу ее в посольство.

— Лучше я, — Давид поднял руку, опережая возражение Сону. — Мысли здраво. Представь, что будет, если ты заявишься с невестой в посольство.

— Не важно, — отмахнулся певец.

— Это равносильно пресс-конференции, только негатива будет больше.

— Они все равно узнают, когда Таша укажет мое имя.

— Не сразу. Я предлагаю использовать твое настоящее имя. Его давно уже никто не помнит.

— Зачем?

— Так мы убьем двух зайцев — получим ИНП для Таши и не вызовем шумихи слухами о твоей помолвке.

Сону несколько секунд задумчиво смотрел на менеджера, потом кивнул.

— Ладно, как скажешь. Но я все равно поеду с вами.

— Не поедешь. У тебя завтра с утра плановая встреча с пиар командой, забыл?

— Впервые об этом слышу. Отмени. Это может подождать.

— Нельзя. Они подготовили проект пиар кампании для твоего нового альбома. Ты всегда лично этим занимался.

— Ты иногда такой нудный, — проворчал Сону. — Ладно, убедил. А ты обещай, что присмотришь за Ташей.

— Обещаю, с ней ничего не случится. Привезу в целости и сохранности, — улыбнулся менеджер.

На следующее утро Давид отвез Ташу в посольство. По дороге туда девушка волновалась больше, чем предполагала накануне. Ей казалось, что они едут в какое-то страшное заведение, где за любое неверно сказанное слово начнут выкручивать руки или привлекут к уголовной ответственности. Впрочем, она не знала, какие здесь законы для попаданок, кроме обязательного замужества, и это пугало еще больше.

Но оказалось, что это вполне обычное учреждение, похожее на подобные государственные учреждения в ее мире. Холодное и безликое. Когда они вошли в здание, Давид предложил Таше присесть за столик, что стоял в холле, а сам прошел к окошку и попросил бланки на регистрацию.

— А вы кем будете? — спросила его девушка, ведущая прием.

— Я водитель жениха, — так они с Ташей договорились в машине.

— И кто у нас жених? — продолжала любопытствовать работница посольства, не спеша доставая бланки регистрации и анкеты.

— Боюсь, его имя ни о чем вам не скажет, — улыбнулся Давид одной из своих фирменных улыбок и посмотрел на бейджик с именем девушки, приколотый у нее на груди, задержав на нем взгляд несколько дольше. — Эм.. Мирта, у вас очень красивая… блузка.

Представительница посольства зарделась, засуетилась, поправляя прическу. Улыбнулась кокетливо и спросила:

— Вам нужна помощь при заполнении?

— Спасибо за предложение. Вы так любезны. Я думаю, моя будущая госпожа справится сама.

Получив бланки, Давид подошел к Таше, которая пробежав глазами анкету на нескольких листах, возмущенно посмотрела на него.

— Это что за хрень? Может, им еще всю мою биографию расписать?

— Тшшш, — прошипел менеджер. — Просто напиши что-нибудь. Но главное, имя жениха — Сандар Гаан.

— А кто это?

— Сону, — прошептал Давид. — Это его настоящее имя.

— Ты хочешь сказать, что я могу стать миссис Гаан? О таком предупреждать надо! — тоже шепотом продолжала возмущаться Таша.

— Если тебе что-то не нравится, то можешь стать миссис «ктоугодно», а я умываю руки, — не выдержал Давид.

— Ладно-ладно, я просто удивилась, — успокоила его девушка. — Красивый и поющий? Что ж, его родители знали, как назвать будущую звезду Саварии.

Через час они вышли из посольства. Давид достал из кармана носовой платок и промокнул лоб и лицо, вытирая выступивший пот. Он не ожидал, что эта поездка заставит его поволноваться. Таша держала в руках листок временного удостоверения личности и смотрела на него с разочарованием. Столько нервов из-за какого-то клочка бумаги, распечатанного на старом принтере. Сунув листок в сумочку, девушка взглянула на слегка бледного Давида и улыбнулась. Она, конечно, не знала, что ждет ее впереди, но почему-то прибавилось надежды на то, что все будет хорошо, даже если она станет миссис Сандар Гаан.

По дороге домой Таша задала Давиду вопрос, который не решилась бы задать Сону.

— Ты знаешь, как Сону встретился со своей якобы бабкой?

Давид, съехав на обочину и остановив машину, повернулся к девушке и серьезно на нее посмотрел.

— Откуда ты про нее знаешь?

— А Соня разве не сказал? — в свою очередь удивилась Таша. — Едва мы сошли с поезда, как попали к ней в гости.

И она вкратце рассказала, как прошла их встреча с КХНХ.

— Вот оно что. Из его слов, я решил, что он был без тебя. И как тебе бабуля?

— Жуть, — передернуло девушку. — С виду милая старушечка, а под этой маской скрывается чудовище.

Давид рассмеялся.

— На самом деле, она неплохая, но лучше ее не злить. Все-таки ведьма и одна из самых могущественных в городе, если не во всей Саварии.

— То есть ты предлагаешь смиренно выйти замуж за того, кого она записала мне в суженные? — возмутилась Таша. — Я и за Соню не пошла бы, будь у меня выбор.

— А разве у тебя его нет? — усмехнулся менеджер. — Целых два жениха или попроси бабулю огласить весь список кандидатов.

— Не смешно! И все-таки... как они встретились? — вернулась Таша к своему вопросу.

Давид задумчиво посмотрел на нее, словно решая, рассказывать или нет. Завел машину и, продолжив их путь, заговорил:

— Сону был еще ребенком, когда они с отцом поселились по соседству с моим домом. Я не знаю, кто его мать и где она. Мы никогда не говорили об этом. Несмотря на то, что я часто бывал в их доме, не могу сказать, что мы дружили с его отцом. Он был выдающимся музыкантом и слишком увлечен музыкой. Окружающий мир его мало интересовал. Если бы не мы с Лейлой, это моя дочь, Сону было бы совсем одиноко в чужом городе.