— Ты не представляешь, как я испугался, душа моя, когда не застал тебя дома! — все еще с волнением в голосе произнес Сону. — Слава всем богам, ты не пострадала! Я бы не пережил…

— Сонь, — девушка накрыла его свободную от вождения руку своей и слегка сжала. — Все позади, не волнуйся. Главное, мы живы и здоровы. Спасибо добрым людям, которые нам помогли в трудную минуту.

Сону кивнул. Поднес ее руку к губам и поцеловал.

— А как наш дом? — вдруг всполошилась Таша.

— Стоит, — улыбнулся жених. — Только соседская пальма упала на наш забор.

— Ох, — вздохнула девушка, посмотрев на разрушения вокруг. — Всем нам предстоит много работы.

И, действительно, следующие несколько дней потребовали от Таши полной отдачи на работе. Так как больше всего от шторма пострадал ресторан в ТЦ «Мэйн хун на», то на восстановление были брошены все имеющиеся денежные средства и переведены большинство работников из других филиалов. Таша моталась между клубом и торговым центром, еле успевая решать все насущные вопросы и еще планировать помолвку.

Сону вернулся к пиар-кампании своего нового альбома, премьеру которого запланировали после помолвки. Молодые люди почти не виделись, встречаясь дома поздно вечером, когда сил хватало только на короткое объятие, чтобы пожелать спокойной ночи.

В один из дней, когда восстановительный ремонт ресторана в торговом центре завершился, Таша приехала домой неожиданно рано, предвкушая сделать Сону сюрприз. Так как Падма-джи все еще гостила у родственников, девушка сама приготовила незатейливый ужин — жареная картошка и курица под сладким соусом. Накрыв на стол и откупорив бутылку белого вина, Таша принялась ждать жениха. Однако, прождав его больше двух часов, девушка забеспокоилась, а когда и дозвониться не смогла, то разволновалась не на шутку. Звонок Давиду тоже не внес ясности — тот не знал, где Сону может быть.

Когда молодой человек, наконец-то, вошел в дом, Таша уже не находила себе места от беспокойства.

— Сонь, ну ты где ходишь?! — кинулась она к нему, полная возмущения. — Позвонить не судьба, да?

Но осеклась, когда увидела уставшее и бледное лицо жениха.

— Что? Что-то случилось? — спросила тихо.

— Все нормально, не волнуйся. — Парень улыбнулся одними губами. — У меня была встреча. Просто устал. Прости, что не предупредил. Думал, что быстро управлюсь.

— Хорошо-хорошо. Я поняла. Есть будешь? Я ужин приготовила. Правда, он уже остыл…

— Я бы выпил чего-нибудь, — попросил Сону, опускаясь на диван в гостиной.

— Белое вино будешь? Я как раз открыла бутылку.

Парень в ответ утвердительно кивнул, прикрывая глаза и разминая переносицу.

Пока Таша ходила за вином, Сону пытался решить, говорить ей о своем визите к КХНХ или лучше не стоит. Сейчас он понимал, что зря потратил время и нервы. Как он и ожидал, на его приглашение на помолвку ба ответила отказом. В голове все еще звучали ее слова:

— То, что состоится помолвка, еще не значит, что и свадьбе быть.

— Держи, — к нему подошла Таша, протягивая бокал вина и устраиваясь рядом. — Не расскажешь, чем ты так расстроен?

— Ничего такого. Просто немного устал. — Сону все-таки решил не волновать девушку перед помолвкой. В конце концов, может, все еще обойдется.

— Иди сюда, — он обнял ее одной рукой, придвигая поближе и целуя через каждое слово в щеку. — Я очень… очень… очень… преочень по тебе соскучился, знаешь?

Таша улыбнулась, укладывая голову ему на плечо.

— Знаю. Потому что я тоже жутко соскучилась.

Она сделала вид, что поверила отговоркам жениха. Если он не хочет ей о чем-то рассказывать, то это может быть связано только с ведьмой. А Таше сейчас совсем не хотелось портить себе настроение плохими новостями. «Что бы это ни было, прорвемся!» — решила она.

День помолвки приближался, и Таша как-то поймала себя на мысли, что если бы она согласилась с предложением Сону не проводить ее, а сразу пожениться, то уже через несколько дней она могла бы стать миссис Гаан. От этой мысли ей стало не по себе, но в то же время сердце почему-то замерло в груди, хотя девушка совершенно не испытывала волнения или предвкушения, свойственных невестам на ее месте. Ташин подход к предстоящей помолвке был скорее рациональным, чем романтичным. По крайней мере, она так считала.

Организационные вопросы по оформлению клуба и проведению мероприятия полностью взял на себя Зубин, Таша отвечала только за работу официантов и подготовку фуршетной зоны, решив уделить особое внимание напиткам. Из опыта работы в ресторане девушка знала, что на подобных мероприятиях предпочитают пить, а не есть.

Цветовым решением для украшения зала и сцены клуба стало сочетание голубого и белого. Таша хотела ограничиться лишь цветами, расставив кашпо на сцене и вазы на столах для гостей. Но когда они обсуждали с Зубином программу мероприятия, он настоял, что зал и сцену нужно украсить голубой органзой.

— Но это же не свадьба, — запротестовала Таша.

— Если бы это была свадьба, то твоего мнения вообще никто не спрашивал, все было бы сделано по высшему разряду.

Зубин взмахнул рукой в эмоциональном жесте.

— Значит, решено: голубая органза, белые розы, голубые и синие эустомы. Не забудь прикупить официантам униформу в заданной цветовой гамме — белая рубашка и синие жилет с брюками.

— Лишние траты! — фыркнула девушка, но поймав возмущенный взгляд худрука, сдалась. — Ладно, придумаем что-нибудь.

Когда Сону принес домой образец приглашения на помолвку и показал Таше, она была приятно удивлена, с каким вкусом оно было сделано.

— Кто выбирал дизайн? — спросила девушка жениха.

— Лейла, дочь Давида. Тебе не нравится? — Сону с беспокойством посмотрел на Ташу.

— До того, как ты сказал, кто этим занимался, приглашение мне нравилось больше.

Девушка, сдвинув брови, вертела в руках открытку из плотной бумаги синего цвета, на развороте которой серебряным витиеватым шрифтом был напечатан текст с указанием места и времени проведения торжества. А на титульной стороне теми же серебристыми буквами, но покрупнее, были написаны имена и выгравированы два сплетенных вместе кольца. Таша вложила приглашение в еще не подписанный белый конверт и протянула жениху.

— Сойдет, — одобрила она. — Но здесь указан твой псевдоним, а не реальное имя. Не будет ли вопросов у посольства?

— Думаю, не будет. Скорее, приглашенные не разберутся, на чью помолвку их приглашают, если указать Сандара Гаана.

— Наверно, ты прав, — согласилась девушка.

— Эм, у меня еще кое-что есть, — немного замявшись, произнес певец и, достав из портфеля бархатную коробочку, протянул Таше.

— Что это? — та вопросительно вскинула глаза на жениха, уже догадываясь о содержимом.

— Открой.

Девушка осторожно открыла коробку и невольно ахнула от представшей ее глазам красоты. На бархатном ложе лежал комплект — ожерелье и серьги с голубым аквамарином и бриллиантами. Таша провела пальцами по украшению, не сводя восхищенного взгляда.

— Нравится? — спросил Сону, впрочем, уже наблюдая ответ.

Таша кивнула, но в следующий момент решительно закрыла коробочку и вернула парню.

— Я не могу это принять.

— Еще как можешь! — воскликнул молодой человек, не ожидавший такой реакции. — Я хочу, чтобы ты надела их на помолвку.

Девушка снова хотела возразить, но Сону прервал ее:

— Я настаиваю. А если откажешься — обижусь, — и он демонстративно надул губы, вставая в позу и отворачиваясь.

— Сонь, ну, это слишком… дорого для меня, — попыталась объясниться Таша.

— Ты моя невеста, — повернулся снова к ней парень. — И должна соответствовать статусу. Я не хочу, чтобы люди говорили, что я недостаточно тебя люблю. Потому что это не так! Я очень тебя люблю! И хочу, чтобы у тебя было все самое лучшее!

— Ой, ладно-ладно! — прервала возмущенный поток его речи Таша, понимая, что проиграла. — Я надену это, надену!