— Ты готова к цирку?

— Я с нетерпением ждала встречи со всеми.

«Ну, почти со всеми».

— Я видела Дейтона, — говорит она, ухмыляясь.

Я киваю.

— Уверена, он где-то тут.

— А между вами двумя всё…

— Вежливо, — выпаливаю я.

— А, понимаю. Ну, ваша с ним динамика всегда была немного… сложной?

Она отпивает шампанское, изучая меня.

— Думаю, можно и так сказать. Он никогда не был моим самым большим поклонником.

Она громко смеётся.

— Ну, если ты так говоришь.

Я приподнимаю бровь, не понимая, что она имеет в виду, но не желая спрашивать.

Сильви подходит ко мне сзади, обнимая за талию.

— Мне нужно танцевать. Здесь будут танцы?

— Я потанцую с тобой.

Я хватаю её за руку, и мы начинаем покачиваться из стороны в сторону.

— Уверена, мы сможем найти вам, дамы, джентльменов для танца! — зовёт Джози.

Я качаю головой.

— Нет, спасибо.

Краем глаза я вижу, как Дейтон разговаривает с Кэлом. Наверное, они всё-таки не потеряли связь, даже после того как он уехал. Осознание того, что я на самом деле почти ничего не знаю о жизни Дейтона, опускается на плечи тяжестью. Его взгляд скользит по моей фигуре, прежде чем остановиться на лице.

Сильви прослеживает мой взгляд туда, где они стоят.

— Ты собираешься с ним танцевать?

— Если он попросит, — говорю я, отворачиваясь.

— Знаешь, если ты правда хочешь привлечь внимание мужчины… и я не говорю, что ты хочешь, но если бы хотела… лучший способ — пофлиртовать с другим мужчиной.

Я качаю головой.

— Не хочу. И ты ужасна.

Она шевелит бровями, а потом внезапно наклоняет меня назад.

— Ах!

Я запрокидываю голову, и она едва меня не роняет.

— О, боже, прости!

Она говорит смеясь и наконец поднимает меня обратно.

— Ладно, может, я всё-таки хочу потанцевать с мужчиной.

«С одним конкретным, к сожалению». 

Глава 25

Дейтон

На прошлой неделе я наконец решил начать ходить на терапию. Теперь, когда отца больше нет, я постепенно начал позволять своему ОКР⁸ захватывать мою жизнь. Он был потрясающим отцом, но не идеальным. Он считал, что терапия и проблемы с психическим здоровьем — для «слабых» мужчин. Я начинаю с этим не соглашаться и понимать, что мои обсессивно-компульсивные проблемы нужно лечить, если я собираюсь нормально функционировать. После того, что случилось с Саммер в последний раз, когда я был в городе, я понял, что должен поговорить с кем-то об этом, иначе сойду с ума.

Первое, в чём я открылся, было чувство вины из-за того, что я переспал со своей сводной сестрой и разочаровал мёртвого отца. Мой психотерапевт в основном слушала во время первого сеанса и попросила меня начать приходить к ней еженедельно.

Меня не волнуют расходы, но эмоциональная уязвимость, которой придётся так часто поддаваться, будет даваться тяжело.

«Мой психотерапевт этого бы не одобрила».

Я мысленно ругаю себя, даже когда перекладываю стопку салфеток на барной стойке и снова проверяю карман на наличие кошелька.

Смех Саммер доносится до меня снизу, ближе к пляжу у «Коктейли и хаос». Когда я поворачиваюсь на звук, вижу, что она разговаривает с Хавьером, строителем.

Сегодня она выглядит потрясающе в облегающем синем платье с розовыми цветами, а её причёска заставляет меня хотеть воспользоваться лёгким доступом к её шее и поцеловать. На ней жемчужное ожерелье, и я надеюсь, что это хороший знак.

— Фух, вот это свадьба. Никогда раньше на такой не была, — говорит Шери, подходя ко мне.

Она подаёт знак бармену, прежде чем устроиться на стуле рядом.

— Ты выглядишь так, будто глубоко задумался.

Я отпиваю пиво из бутылки

— Просто наслаждаюсь музыкой.

Группа играет бодрый кавер на маленькой платформе в нескольких метрах отсюда. Несколько человек танцуют, а вся песчаная зона довольно плотно забита группами, соревнующимися в корнхол и подковы. Солнце только начинает опускаться, приближаясь к закату.

— Похоже, здесь много гостей со свадьбы. О, смотри, Саммер вон там с тем парнем, который руководит вашей перестройкой. Как его зовут?

— Хавьер.

— Точно. Он милый.

Я снова смотрю туда, пытаясь увидеть его глазами женщины. Он одет наряднее, чем обычно, когда я его вижу — розовая рубашка на пуговицах и шорты хаки. Его тёмные кудрявые волосы уложены. Должно быть, Хавьер рассказывает уморительную шутку, потому что Саммер, кажется, не может перестать смеяться.

«Женщинам нравятся мужчины — милые и смешные. Особенно Саммер».

Бармен подходит принять заказ Шери. Она просит водку с содовой и лаймом.

— Он свободен? — спрашивает она.

— Кто?

— Хавьер, очевидно.

— Понятия не имею.

— Они вместе довольно милые.

Я сжимаю челюсти, отказываясь снова смотреть туда. Делаю ещё глоток пива. Бармен возвращается с напитком Шери, и она говорит ему добавить его к моему счёту. Я бы и сам это сделал, если бы она меня не опередила.

— Ты сегодня ужасно разговорчивая.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? Саммер может встречаться с ним, если хочет, но не раньше, чем дом будет готов. Мне не нужно, чтобы ещё одни её провалившиеся отношения испортили наш прогресс.

Шери ахает.

— Рассел Дейтон Коупленд. Хотела бы я, чтобы твой отец был здесь и слышал, как ты так говоришь.

— Ну, его здесь нет.

— Ну, ты ведёшь себя как мудак, и, честно говоря, это уже надоедает.

Я наконец поворачиваюсь к ней лицом.

— Её отношения со строителем легко могут превратиться в катастрофу. Что в этом такого злого?

— Я говорю о твоём комментарии насчёт её послужного списка в отношениях. Ты ведёшь себя так, будто то, что ты не пытаешься найти любовь, делает тебя лучше тех из нас, кто пытался и потерпел неудачу.

Отец ребёнка Шери оказался мужчиной, изменяющим своей жене со своей тайной девушкой — ею. Она не знала, что он женат, пока жена не появилась в больнице сразу после рождения Амелии.

В животе вспыхивает вина.

— Я не это имел в виду. Я просто хотел сказать, что не хочу смотреть, как она пытается встречаться с ним, когда он должен быть сосредоточен на завершении дома.

Она фыркает, качая головой.

— Тебе нужно либо ссать, либо слезать с горшка, кузен. Мне надоело наблюдать, как ты полностью одержим ею и не способен признаться в этом самому себе.

Шери — первый человек, который открыто ткнул меня носом в мою одержимость Саммер, хотя за все годы несколько моих друзей уже намекали на это. Она держит взгляд на уровне моего, слегка наклоняя голову и прищуриваясь.

— Я не…

— Не беси меня сейчас. Ты одержим, и отрицать бессмысленно.

— Отвратительно. Она моя…

— Это не отвратительно. Я знаю тебя всю свою жизнь. Я тебе как сестра, а она никогда ею не была.

Моё тело будто загорается. Жар ползёт вверх по задней стороне шеи. Я почти оглядываюсь, чтобы проверить, не смотрят ли на меня люди, вдруг способные заглянуть глубоко мне в душу, увидеть мой самый тёмный секрет, выставленный напоказ перед забитым баром.

— Именно так, я вывожу тебя на чистую воду за весь этот бредовый спектакль. Будь мужчиной. Иди поговори с ней. Скажи, что хочешь её. Поцелуй так, чтобы она потеряла голову. Или не делай этого и дай ей спокойно жить своей жизнью. Ты взрослый мужчина, а играешь в игры, как подросток. И я знаю, ты считаешь себя отвратительным за то, что она тебе нравится, но это не так.

Она допивает остаток напитка и с силой ставит бокал на барную стойку, подавая знак принести ещё один.

— О, и это не мой первый напиток за вечер, если ты не заметил. Сегодня я без ребёнка, так что хочу повеселиться. А ты портишь мне праздник.

Я выпрямляюсь, отступая от бара.

— Ладно. Может, я и правда пойду с ней поговорю.

— Хорошо. Сделай это.

Она явно раздражена мной, скрестив руки и отвернувшись, что совершенно на неё не похоже.