Его хмурость превращается в ухмылку.
— Я серьёзно. Ты не можешь здесь оставаться.
— Кто сказал?
— Я сказала! Человек, который уже здесь живёт.
Он цокает языком.
— Боюсь, твоя власть здесь составляет только пятьдесят процентов права принимать решения. Остальные пятьдесят процентов кровати — мои. Ты бы не оказалась в таком положении, если бы не принимала решения по ремонту без моего одобрения.
Во мне начинает подниматься вихрь паники.
«Он серьёзно собирается здесь остаться? Спать в моей кровати?»
Если я снова проснусь, окутанная его мужским запахом, с его пальцами в волосах, я, возможно, реально начну мурлыкать, как кошка.
«Просто успокойся. Будь милой. Извинись. Может, он уйдёт. План бесполезный, но это мой единственный вариант».
Я глубоко выдыхаю.
— Прости за решения, которые я приняла без тебя. Контракт на фреску был подписан несколько недель назад, ещё до всей катастрофы с забором и плиткой. С тех пор я вела себя хорошо.
— Хмм, вот если бы я только мог доверять тебе и дальше быть хорошей девочкой.
Он садится в моей кровати, одеяло собирается у него на талии, а моя подушечная баррикада падает с его бёдер от движения.
Я наполовину ахаю, наполовину вскрикиваю, закрывая глаза и отворачиваясь. Под одеялом происходит огромная палаточная ситуация, которую закрывала подушка, пока он не пошевелился.
— Что это?
— Некоторые называют это «утренним стояком». Но твоя реакция делает причину твоего развода для меня гораздо понятнее.
Я поворачиваюсь к нему и сверлю взглядом, когда он встаёт. Я отказываюсь опускать глаза и смотреть, но, господи, он большой.
— Мой развод не имел никакого отношения к моему отсутствию навыков в спальне.
«Может быть. Ладно… может, имел. О, блядь, имел?»
Щёки розовеют от мысли, что, возможно, Эндрю гулял от меня, потому что я была слишком ванильной в постели. У нас не было секса месяцами после выкидыша. Я была подавлена и ощущала внутри пустоту.
Я не порнозвезда, но никогда не считала себя скучной в постели… до этого момента. Я всегда была готова пробовать новое и делать ему минет. Мы даже однажды попробовали анал, прежде чем больше никогда-никогда к этому не возвращаться. Ладно, мы попробовали примерно на пару сантиметров, прежде чем я очень твёрдо всё пресекла и сказала ему, что если он хочет попробовать ещё раз, ему стоит найти для этого мужчину, потому что тому, вероятно, понравится куда больше, чем мне.
— Вижу, ты правда задумалась.
Я вздрагиваю, понимая, что Дейтон подошёл ко мне ближе. Он протягивает руку, будто собираясь коснуться моей, но останавливается, не дотронувшись, и опускает её вдоль тела. Его брови нахмурены от беспокойства.
Я вскидываю подбородок, ненавидя себя за то, как сжимается горло.
— Мне не нужны ни твоя жалость, ни твои советы по поводу моей сексуальной жизни.
Я фыркаю и двигаюсь к ванной в крошечной студии, которая будто стала ещё меньше с тех пор, как Дейтон в неё вторгся.
— На самом деле мне нужно, чтобы ты любезно освободил мою скромную обитель, чтобы я могла набраться опыта, который ты так великодушно предложил. Думаешь, на этом острове найдутся желающие? Или мне слетать в Майами и попытаться подцепить незнакомца, который там в отпуске?
Его взгляд темнеет.
— Кажется, я достаточно ясно дал понять, что не уйду и не стану рисковать тем, что ты разрушишь наш шанс на прибыльное наследство перерасходом бюджета по проекту.
Я пожимаю плечами, чувствуя, как во мне вспыхивает радостное возбуждение, когда понимаю, что задела его за живое.
— Понимаю. Ну, в таком случае, уверена, будет не так уж сложно получить приглашение в номер какого-нибудь джентльмена. Может, я притворюсь, что моя машина сломалась прямо возле пожарной станции. Люблю мужчин в форме.
Его челюсть дёргается. Он скрещивает руки на груди, но больше не говорит ни слова, пока я исчезаю в ванной, закрывая за собой дверь.
Я не собираюсь разбираться в причинах того, почему он, возможно, выглядел немного ревнивым при мысли, что я могу переспать с незнакомцем, и почему мне так чертовски нравится это ощущение.
«Нет. Не пойду туда».
Глава 17
Саммер
Тринадцать лет назад
Уилл в бешенстве. Он летит прямиком туда, где милуются Дейтон и Аурелия. Я ахаю, когда он отталкивает Дейтона назад, пихая его в грудь.
Дейтон вытирает рот тыльной стороной ладони, на его лице застыло выражение скуки и самодовольства. Уилл повышает голос, переводя взгляд с Дейтона на Аурелию. Я медленно подхожу ближе к месту их ссоры, но не знаю, стоит ли оставаться в стороне или вмешаться. Кусаю нижнюю губу и заламываю руки, пока другие одноклассники начинают оборачиваться и глазеть на них.
— Моя, блядь, бывшая девушка? Серьёзно? Ты, должно быть, ещё сильнее трахнутый на всю голову, чем я думал, — бросает Уилл, его голос дрожит от злости.
Аурелия подается вперед, кладя руку ему на грудь.
— Откуда я могла знать, что ты вообще станешь что-то говорить! Мы расстались, и ты тут же бежишь в объятия десятиклассницы! Блестящей новенькой девки в нашем квартале, на которой все почему-то странно помешались.
Сердце бешено колотится у меня в ушах. Я слышу, как шум вокруг нарастает, поскольку другие ученики подходят ближе, чтобы посмотреть на разворачивающееся зрелище. Мои ладони становятся влажными.
«Может, они узнали, что мы переспали».
Я не хотела, чтобы это произошло. Уилл был таким милым, так убедительно доказывал, что я ему действительно нравлюсь. Так просто... случилось. Прежде чем я успела опомниться, всё закончилось. Он был моим парнем всего три недели, но я была влюблена в него с самого момента своего переезда сюда. Когда он наконец порвал с Аурелией и пригласил меня на свидание, я подумала, что наконец-то начну вписываться сюда, что меня примут.
Дейтон остаётся спокойным и расслабленным, пока Уилл делает шаг к нему и толкает его в плечо. Стоящая рядом со мной девочка резко втягивает воздух. Дейтон ухмыляется, склоняя голову набок, будто дразня Уилла.
— Она твоя бывшая, а значит, тут честная игра, верно?
— А Саммер — твоя, блядь, сводная сестра, что делает её чертовски честной игрой, разве нет?
Глаза Дейтона темнеют. Он делает шаг ближе к Уиллу, которого до этого момента я считала одним из его лучших друзей.
— У меня нет сводной сестры, — выплёвывает он, прежде чем исподтишка врезать Уиллу прямо в глаз.
Толпа взрывается шокированными вздохами — на лицах перемешиваются ужас и что-то похожее на ликование от начавшейся драки. Уилл быстро приходит в себя и наносит ответный удар. Дейтон уворачивается — едва-едва. Он ухмыляется как маньяк, бросаясь на Уилла и нанося ещё один удар, на этот раз в живот. Уилл скрючивается от боли, но вместо того чтобы рухнуть, он бросается вперёд и таранит Дейтона плечом в туловище, сильно толкая. Дейтон чуть не падает назад, но удерживает равновесие.
Аурелия кричит, чтобы они прекратили драку. Я отступаю ещё дальше назад, пульс учащается, а страх сжимает горло. Не знаю, за кого я болею, но я никогда не видела драки на кулаках, не говоря уже о том, чтобы быть отчасти её причиной.
Дейтон каким-то образом выкручивается из хватки Уилла, но тут же получает быстрый джеб4 в глаз. Я прижимаю руку ко рту при первом же виде крови, брызнувшей из уголка глаза Дейтона. Моё тело каменеет. Поясница покрывается потом, когда настоящий страх проникает в вены. В считанные секунды кровь стекает по лицу, но это его не останавливает. Дейтон наносит ответный удар, ещё более свирепый, целясь прямо в нос Уиллу и сбивая того на землю.
Аурелия с криком бросается к Уиллу.
— Зая! Зая, ты в порядке? Дейтон, ты чёртов монстр! У него нос, кажется, сломан!
Дейтон разминает кисти рук, вызывающе задрав подбородок, и отступает назад, когда на месте происшествия наконец появляются несколько учителей. Должно быть, они были внутри здания и не понимали, что здесь происходит, пока не стало слишком поздно вмешиваться.
