Призрак густоватым переливающимся пятном поплыл за ним следом. Скрипнула деревянная дверь, Антон просунул голову внутрь.

— Вот сюда присаживайтесь — ткнул он на круглую стиральную машину — гордость всех советских домохозяек.

И не дожидаясь, пока, призрак взгромоздится на место, затворил дверь.

Скинув кроссовки, толкнул дверную ручку. Сара Абрамовна заглянула за плечо Савушкина.

— Проходите, пожалуйста — посторонился студент, пропуская хозяев. Те прошли в коридор, вертя головами, внимательно изучая обстановку.

— Почаще бы полы протирать — заключила женщина.

Сергей Самуилович лишь покачал головой и двинулся в сторону кухни. Антон последовал за ним.

Мужчина коснулся холодильника, тот отозвался приветливым гулом.

— Сар, помнишь, как мы его сюда из Чертанова перевозили? Ты всё ещё недовольна была, говорила, что он сломается? А он вон — живее всех живых, тарахтит, старается. Сколько лет назад это было? Лет двадцать? — обратился он к стоящей в коридоре жене.

— Он уже и тогда был рухлядью — игриво отозвалась она.

Антон постарался сдержать улыбку.

Мужчина обвёл глазами крохотную кухоньку.

— Мы тут на самом деле, чего приехали. Не хотели по телефону, грубо это как-то. Тяжело нам за квартирой смотреть, годы уже не те. Думаем ей продавать.

После этих слов он выжидающе посмотрел на студента.

В проходе показалась Сара Абрамовна.

— Не пугай ты мальчика. Для вас, Антон, ничего ровным счётом не поменяется — сказала она. — Тем более что это дело небыстрое. Вы завтра в первой половине дня дома будете?

— Угу — протянул Савушкин.

— Отлично, завтра тогда риелтор к вам должен заглянуть, сделать, как сейчас говорится, продающие фотографии.

В коридоре чуть заметно скрипнуло.

— А там ещё что? Не крысы? — обернулась женщина и стала приближать к двери кладовки? — Или вы кота завели? Мы же строго предупреждали — никаких животных!

Антон поспешил вслед за квартирной хозяйкой.

— Нет, конечно, никого мы не заводили. Там просто дверь иногда отходит, рассохлась. Иногда скрипит по ночам, аж жуть берёт — он попытался первым оказаться у дверной ручки.

Но Сара Абрамовна стремительно потянула её на себя первой.

Перед ними предстала заваленная хламом кладовка. Лишь одинокая лыжа белела в углу.

— Ладно, петли на двери потом смажем — проговорил Сергей Самуилович, пробираясь к выходу.

Сара Абрамовна ещё раз кинула взгляд на кладовку, кивнула Антону и пошла за мужем.

Стоя в прихожей, договорились, что риелтор завтра придёт до двенадцати, предупредив Антона звонком.

Как только за семейной парой закрылась дверь, Савушкин метнулся в кладовку. Распахнул — на него с тем же безучастным выражением исподлобья смотрели призрачные глаза.

— Вы? Как? — удивился студент, обшаривая взглядом небольшое тёмное помещение.

Пётр Ильич медленно повернул голову, лёгким кивков указав на висящую на гвоздике длинную женскую шубу.

— Шикарно придумано — восхитился Антон — ладно, выходите, может опять на кухне располагаться. Только завтра риелтор придёт, опять надо будет немного в кладовке попрятаться.

Призрак чинно спустился со стиральной машины и проплыл мимо него в кухню. Антон достал телефон и набрал номер Динара.

— Привет, сосед — через пару секунд отозвался вожатый.

— Привет, привет. — Антон почесал подбородок, прикидывая как бы изложить неожиданные новости.

— Чего-то опять случилось? — словно предугадал его слова Динар.

— Ага. Хозяева решили квартиру продавать.

В трубке воцарилось секундное молчание.

— Ну дела… Блин, неспроста они тогда затеяли эту возню с неполученными деньгами. Точно хотели выселить нас на по-быстрому.

Антон посмотрел, как закатные лучи, изящно переливаясь, струятся сквозь сидящее на табуретке привидение.

— Наверное. Но так не вышло, сегодня приехали и объявили в лоб. Чего думаешь делать?

Трубку взорвало детским смехом.

— Костя, Степан, я вам говорил у душа не баловаться! Кто вытирать теперь лужи будет? — прокричал кому-то сосед.

— Динар? Ты тут?

— Ага, у меня тут пионеры — разбойники. Вчера весь средний отряд вместе с вожатыми зубной пастой измазали. Сегодня, похоже, решили устроить вселенский потоп. А по поводу квартиры. Честно, Тох, не знаю пока. Я до конца смены здесь застрял. Да и вроде даже на московском рынке квартиру за день продать невозможно. Там какие-то бумаги оформляются, нотариус, вроде.

— Чего-то такое есть — согласился Антон.

— Короче, предлагаю придерживаться народной мудрости: поживём — увидим. Ты держи меня в курсе, чтоб я не вернулся к поменянным звонкам. Но если прямо быстро продадут, то также вместе, и переедем. Окей?

— Хорошо. Договорились.

— Пока. — Динар закончил вызов.

Антон засунул телефон в задний карман джинсов и побрёл на кухню. Щёлкнул кнопкой включения на чайнике, потряс пластмассовую сахарницу — в ней зашуршал кусочками рафинад.

Заснул он уже на рассвете — игра сегодня была особенно хороша. В команде никто почти не тупил и они со второй попытки взяли замок босса. Телефонная трель вырвала его из приятного сна. Он, не открывая глаза, нашарил на полу телефон.

— Ало.

— Здравствуйте, я у подьезда уже полчаса, как стою! Откройте! — бодрый женский голос прокричал в трубку.

Антон разлепил один глаз и попытался сфокусировать зрение. Нахмурился, потёр переносицу

— Э. А вы кто?

— Инна. Риелтор.

Савушкин вскочил с дивана и закрутил головой в поисках штанов.

— Сейчас поднимайтесь. Там подъездная дверь через код открывается — звёздочка, решётка, номер квартиры.

Из динамика донеслось пикание, магнитный замок пропустил гостью. Антон сбросил вызов и побежал на кухню. Пётр Ильич восседал на табуретке, уставившись в окно.

— Доброе утро, простите, но надо снова временно в кладовке посидеть! — обратился студент к призраку.

Тот уже привычно скользнул в сторону деревянной двери.

Антон едва успел прикрыть кладовку за призраком, как прихожую огласил пронзительный гудок. Скрипнула входная дверь — на пороге стояла энергичная брюнетка в бежевых брюках и рубашке с бантом. На обеих руках от кисти до локтя висели, побрякивая многочисленные золотые браслеты.

— Так, у меня на вас есть пятнадцать минут, поэтому не затягиваем — отрапортовала она, вытаскивая из объёмной сумки телефон — вы собственник? Я с вами по телефону общалась?

Антон помотал головой.

— Ладно, давайте начнём.

Не утруждая себя разуванием, женщина бодро прошагала на кухню. Каждый след туфель на каблуках отпечатывался вмятиной на линолеуме. Савушкин в попытке пригладить, провёл ладонями по волосам. Заглянул в зеркало, висевшее в коридоре. Из него на Антона посмотрел опухшего вида взъерошенный брюнет.

— У вас здесь газ или электричество? — раздалось из-за стены.

Студент поспешил на кухню. Риелтор, водя пальчиками по экрану, пыталась поймать широкий кадр.

— Электричество. — Антон поспешно убрал в холодильник тарелку с надкусанным бутербродом.

— Хорошо. Газа сейчас боятся — резюмировала Инна.

Её телефон при каждом снимке, мало того, что мигал, так ещё и издавал противный клацающий звук.

— А вообще, долго покупатели ищутся? — поинтересовался студент.

— По-разному. Райончик у вас неплохой, но ремонт, конечно, ушатанный. Хотя многим как раз проще вот это всё снять — она повернула голову в сторону стареньких полосатых обоев — и сделать под себя.

Повернувшись к Антону спиной столь активно, что сумка с грохотом ударила парня по локтю, Инна сделала несколько снимков из окна.

— Что же, пойдём дальше? Где у вас здесь ванная?

Антон взмахом руки показал на коридор. Риелтор застучала каблуками.

После того как санузел и обе комнаты были тщательно задокументированы, Инна сказала:

— Так, кажется, мы закончили. Сегодня-завтра вставлю в базу и можно звонки принимать. Вы, пожалуйста, будьте дома.

— Но я не всегда могу вас встретить.