Встав перед кладовкой, снова замахала камнем.

— Да вы откройте, он вас и узрит. — издевательским тоном посоветовал Сергей Самуилович. Девица недовольно нахмурилась, но потянулась к ручке. Механизм сработал, дверца открылась.

Пётр Ильич светился серебристым, сидя на стиральной машинке. Девица ойкнула и повалилась на пол.

— А я сразу говорил — слабовата для нашего призрака. Слабовато. — констатировал хозяин квартиры.

Совместные усилия Сары Абрамовны и пузырька нашатыря помогли Агафье подняться из обморока минут через пятнадцать. Поправляя съехавший парик — видевшая мир духов оказалась модно-мелированной брюнеткой, — девушка заспешила к выходу. По дороге крестилась и бормотала про то, что такого не может быть.

— Ничего, не последний экстрасенс в городе! — объявила Сара Абрамовна, когда чёрное платье исчезло в проёме входной двери.

Следующие два дня показали, что экстрасенсов, сказателей, читателей духовной истины в городе действительно много. Но все как на подбор не готовы ко встрече с реально мистическим. Самым стойким оказался коренастый мужчина в лаптях, назвавшийся Онуфрием. Тыкая в восседавшего на стиралке Петра Ильича засушенным чертополохом, он ругался, переходя на слова с ятями. Но и тот признал поражение, когда призраку надоел сеанс иглоукалывания. Петр Ильич погрозил духоборцу кулаком. Онуфрий внял и не теряя достоинство удалился. На всё про всё ушло примерно минут пять — восемь.

Городские же нимфы, обвешанные рунами и амулетами, укладывались штатно в обморок сразу же после открытия двери в кладовую. Хмурящаяся Сара Абрамовна вынесла из кухни одну табуретку, разместив на неё небольшой запас лекарств. В коридоре теперь попеременно пахло то валокордином, то валерьянкой.

Сергей Самуилович лишь предательски хихикал, но останавливать супругу не спешил.

Маги, колдуны и ворожеи шли плотным потоком, оставляя после себя запахи благовоний, ладана и пота. Техногидрошаман отличился и умудрился забыть половину надкушенного сникерса и проездной.

Закрывая окно на кухне после третьего за день проветривания — болотная знахарка пыталась изгнать Петра Ильича тлеющим камышом, — он написал Зое:

— Не хочешь пойти погулять?

Тем же вечером они встретились на Чистых прудах. Закатное солнце играло в кудряшках девушки. Шли по тенистому скверу. Город купался в летнем очаровании. Даже шумящий поток машин отзывался скорее эхом. Зоя хихикала, изредка отпивая из трубочки лимонад.

— И тогда Арбузов заставил её подписать договор, представляешь? — Антон, карикатурно хмурясь, изобразил капитана.

Девушка залилась хохотом.

— Светлана вроде на него сначала разозлилась, но потом пошла бумагу искать.

— Вот что значит солумейты, — мечтательно проговорила Зоя, разглаживая полы красного сарафана.

— Кто? — не понял Антон.

— Ты чего, не знаешь? — удивлённо протянула она, — ну как это… Родственные души. Даже когда порознь, но всегда рядом.

Савушкин чуть замедлил шаг, пропуская маленькую лохматую собачку. Песик помахал Антону коротким стриженным хвостом.

— Мне почему-то запомнилось, как в начале знакомства Арбузов сказал про то, что у каждого участкового должна быть своя ведьма.

— Вот видишь, даже твой полицейский признал!

— Мне почему-то кажется, что он думает, будто Светлана его приворожила — околдовала. — усмехнулся Савушкин.

Зоя скептически подняла брови.

— Ладно, ладно. Чай с конфетами он у неё дома только так пьёт, — сдался Антон, внимательно разглядывая идущую рядом.

Девушка сначала ответила на его внимание долгим взглядом, смутилась, уткнувшись в напиток.

— Вот бы тоже так, — после нескольких секунд молчания пробормотала Зоя.

— Как?

— Встретить своего соулмейта, — мечтательно проговорила она.

Они как раз подошли к небольшому облагороженному прудику. Пара белых лебедей, благородно изогнув шеи, замерла под вспышками телефонов толпы китайских туристов.

— Представляешь, вот сразу и навсегда. Понимаешь каждой клеточкой, что где-то там наверху ваши судьбы связаны. Вы дышите одним…

— Ну в теории все углеродные формы жизни дышат одним, — усмехнулся Антон, разглядывая закреплённый посреди водоёма небольшой птичий домик.

— Савушкин, ты вообще меня слушаешь? — повернулась к молодому человеку Зоя.

Антон лишь улыбнулся.

— Вот всегда у тебя так. Собьёшь меня с мысли, а потом ржёшь. — Девушка кинула взгляд на разрывающийся от трелей телефон.

Пальцы её заметались по экрану, явно набирая сообщение.

— Так, у меня тренировка по танцам всё же будет. Побежала. Спасибо за кофе.

Она быстро обняла не успевшего ничего ответить Антона, махнула рукой и полетела в сторону метро.

Савушкин смотрел, как красное платье растворилось в шумной толпе заходящих на станцию.

Посмотрел на лебедей, деловито что-то клевавших у берега. Глубоко вздохнул и достал запрятанный в заднем кармане джинсов телефон. Два пропущенных от Светланы.

Парень покрутил в руках смартфон и направился к стоящей напротив палатке, торгующей кофе. Через десять минут и одного бутерброда с курицей, он, разместившись на лавке напротив пруда, снова вытащил мобильник. Системное сообщение спешило порадовать о ещё трёх пропущенных от Светланы звонках.

— Тебя там в плен взяли? — проворчала ведьма.

— И вам доброго вечера, — произнёс Антон, глядя, как влюблённая парочка сыплет птицам угощение. Крошки привлекли внимание не только двух белоснежных символов любви, но и стаю вездесущих голубей.

— Вечер и правда неплох. Арбузов там что-то накопал на нашего подозреваемого. Обещает через час у меня быть, ты давай тоже подъезжай.

— Светлан, а без меня ну нельзя никак? Или потом сообщением скинете?

Савушкин наблюдал, как набравшийся смелости голубь попытался стащить корм у зазевавшегося лебедя. Белокрылый стремительно пошёл в атаку, гаркнул чем поднял на крыло всю стаю серого разбойника.

— Там какая-то секретная информация. Не для чужих ушей, — уклончиво пробормотала ведьма.

Антон ещё раз посмотрел на лебедей, на стаканчик с остывшим кофе на лавке рядом.

— Ладно, еду. Буду минут через сорок.

Оставив Чистые пруды позади, Антон толкнул тяжёлые двери метро. Вечерний поток возвращающихся с работы людей ещё не спал, поэтому попасть в вагон поезда удалось лишь со второго раза. Необходимая для того, чтобы добраться до Перово, пересадка также подкинула проблем — поезд на жёлтой ветке встал в туннеле минут на пятнадцать.

Антон вытащил телефон, глянул на оставшиеся четыре процента зарядки. Вернул его в карман и стал оглядывать пассажиров, заполнивших вагон метро. Большая часть не отрывалась от экранов смартфонов, двое читали бумажные книги. А примостившийся на дальнем сиденье дед широко развернул газету на обе страницы. Сидевшая рядом с ним дама в белом платье нервно отмахивалась от листов, которые так и норовили залезть ей в лицо.

Студент, усмехнувшись, повернул голову налево. Сидящий рядом парень безотрывно смотрел на девушку, что расположилась на сиденье напротив. Не мигая и почти не дыша. Зажатый в руке телефон грозил вот-вот выскользнуть на пол. Антон медленно перевёл взгляд на девицу. Худенькая, примерно лет двадцати. Волосы мышиного цвета свисали с обоих сторон лица. Футболка с персонажами «Титаника» явно не по размеру. Полоска кожи на животе выглядела неестественно бледной. Серые джинсы. То ли джинсы забыли постирать, то ли это такой модный эффект. Разношенные чёрные кроссовки с прилипшими комьями земли.

Незнакомка не отрывала глаз от попутчика Антона. Не улыбалась, не пыталась смущённо уткнуться в телефон. Антон присмотрелся — сумки или рюкзака у девушки не было. Сидящий рядом приоткрыл рот. Вагон качнуло, свет мигнул. И в этот момент в полутьме Антон увидел, как девушка коснулась лица. Не лица, а того, что было её лицом для окружающих. Она поправила кожу, словно маску.

Мгновение. Поезд продолжил движение. Попутчик Антона продолжал безэмоционально взирать на сидящее напротив существо. Савушкин опустил взгляд, сжал кулаки.