— Димка, ты? Сто лет тебя не видел! После школы всё же в Москву поступил? — он потряс за плечи незнакомца.

Взгляд парня резко обрёл осмысленность. Повернувшись к Антону, несколько секунд изучал его лицо, затем нахмурился.

— Вы, похоже, перепутали меня с кем-то. Я не Дима.

— Ой, извините, — пробормотал Антон, глядя, как парень снова утыкается в экран телефона.

Электронный голос объявил, что следующая станция Перово. Савушкин дождался полной остановки поезда и ринулся к разошедшимся дверям. Повернувшись на секунду, он увидел, что незнакомка медленно поднялась и следует за ним.

Сделав десять шагов, студент резко развернулся. Девушки не было, лишь разнородная толпа огибала стоящего посреди платформы парня.

Антон повертел головой, а потом со всех ног заспешил к выходу из метро. Через пятнадцать минут он нажимал кнопку звонка у двери Светланы.

— Привет, проходи, — хмуро пробормотала ведьма.

Антон снял кроссовки и хотел было уже пройти на кухню, откуда доносился громкий смех капитана Арбузова.

— Свет, я сейчас такое странное видел, — неловко запинаясь, начал Антон.

— Какое? — повернулась к нему ведьма.

— Там в метро парень смотрел на девушку. А она его вроде как гипнотизировала. А потом в вагоне моргнул свет. И у неё не лицо, а маска была. — Антон хмурился, словно незнакомка из вагона могла дотянуться до него прямо сейчас.

— Дочки Начальника Кольцевой играются. Совсем от рук отбились, уже до сумерек озорничать стали, — пробормотала ведьма, поудобнее обхватывая костыль.

— Какие ещё дочки? Свет, у неё лицо съехало! Как маска! Что это было?

— До зимы ты в поезда после полуночи не суйся, — вместо ответа посоветовала она.

Так и не дождавшись продолжения, Антон двинулся по коридору.

Полицейский, сидя на табуретке, как раз разворачивал шоколадную конфету. На столе, примостившись у вазочки с угощениями, стояла домовушка. Оперившись о стеклянный край, она вещала:

— Ох, батюшки-светы… Да уж, девке-то седьмой годок ныне пошёл — пора и к графу вести, долг такой. А она, сердешная, ни в какую! Темноты-то до смерти боится. Чуть за порог ступит — так и заливается слезами, голосит, как не своя… Да и как её графьям показать, коли те только в полночь из своего склепа и кажутся?

Арбузов довольно хмыкнул.

— Перетёрли мне все кости? Или хоть одна целая? — спросила подошедшая за Антоном Светлана.

Полицейский одарил её широкой улыбкой.

— Тебе умные люди говорят… — начала было домовушка.

— Умные люди сейчас в шкаф под заговорённый замок отдыхать отправятся, — прервала её ведьма.

Фрося сразу как-то заметно сникла, растеряв былой важный вид.

— Садись давай, чай будешь? — Светлана кивком указала Антону на стоящую табуретку.

Сама, оперевшись о костыль, встала у холодильника.

— Нет, спасибо. Я только кофе попил, — сказал Савушкин, присаживаясь.

— Басурманское питьё, — пискнула домовушка. Но тут же притихла, пристыженно поглядывая на хмурую ведьму.

Капитан хмыкнул и потянулся за очередной конфетой.

— Раз весь магическо-следственный отдел в сборе, то начинаю доклад. Анатоль Блюмм, оно, конечно, звучит изысканно. Но по первому паспорту нашего иностранного товарища звать Анатолием.

— Вот сразу чуяла, что от иностранца там только чищенные ногти да вагон гонору, — вставила Светлана.

Домовушка хмыкнула, Антон постарался скрыть улыбку, прикрыв рот рукой.

— Анатолий Ноготочкин родился и вырос в Ярославле. Там ничего примечательного. Школу закончил, как все. В восемьдесят девятом году приехал в Москву. Поступил на исторический. Вроде живи и радуйся, зацепил птицу счастья за хвост. Но нет. Взяли Толю с товарищами в девяносто третьем на подделке документов для вывоза исторических ценностей.

— Вот сразу чуется татевская натура, — пропищала Фросюшка.

— Цыц. Дай расскажет, — Светлана погрозила ей кулаком.

— Они картины и гравюры через повторную экспертизу проводили. По её результатам выдавалось заключение об отсутствии культурной ценности. И вот их взяли. Анатоль наш тогда легко отделался — условный срок. Но из института выперли. Потом вроде как он по всяким литпорталам подвязывался статьи писать. Пытался даже антиквариатом заняться, но там места уже давно распилены. Покрутился то тут, то там. И в начале нулевых наконец нашёл своё призвание. — Полицейский выдержал театральную паузу.

— Чужие вещи тащить? — скептически предположила Светлана.

— Не угадала. Стал состоятельным товарищам генеалогические древа расписывать, — торжествующе сообщил Арбузов.

— Кого расписывать? — переспросил Антон, отправляя в рот конфету из вазочки.

— У богатых, как мы уже заметили, свои причуды, — начал объяснять капитан. — Когда уже за деньгами гнаться не надо, то хочется подумать и о возвышенном. О родословной, например. И многим не хочется фамилию свою от безвестного крестьянина Симбирской губернии вести. Вот и заказывают себе доказательства дворянства.

— Помню, приходил пару лет назад ко мне один такой важный. Всё просил прошлое семейное переписать. Чтоб бабка его не кухаркой у графини значилась, а губернаторской женой, — усмехнувшись, проговорила ведьма.

Сидящая на столе Фросюшка прыснула.

— А так можно? — с удивлением взглянул на женщину студент.

— Не в его случае, — ушла от ответа Светлана.

— Возвращаясь к нашему Анатолию. Он по заданию заказчика организовывал тому красивую легенду, подкреплённую исторической фактурой, — постукивая пальцем по столу, сообщил капитан.

— Вов, а ты откуда столь подробно про нашего Блюмма знаешь? — ведьма с задумчивым видом склонилась над полицейским.

— Работа такая, — чуть подавшись вперёд, сказал Арбузов.

— И что делать будем? — покосился на них Антон.

Фросюшка карикатурно сложила на груди маленькие ручки.

— Надо идти и проверять, — бросила ведьма, пристально глядя на студента.

Антон показал на себя указательным пальцем.

— А кто ещё? — расплылась в льстивой улыбке Светлана.

— В этот раз уж точно без меня постарайтесь, — ухмыльнулся Арбузов. — Удивительно, что уже третий день, а адвокаты Лисицыной ещё отделение горой жалоб не закидали. Не иначе, готовят более крупную пакость. Скорее всего — метят в главк.

— Да всё нормально будет, говорила сто раз, — женщина положила ему ладонь на плечо.

Затем снова перевела взгляд на Антона.

— Помоги, пожалуйста. Вариантов найти книгу совсем немного осталось. Да и время играет явно против нас.

Антон нахмурился, пару секунд раздумывая. Затем нехотя кивнул.

— Ура! — кратко поприветствовала его реакцию ведьма. — Тогда завтра можно и начать. Я посмотрела по его сайту, у него офис в районе Смоленки. Принимает вроде бы сам. Вот было бы отлично тебе туда на разведку отправиться.

— Мы его, супостата, на воду-то чистую выведем! — воинственно пискнула крошка-домовушка.

Савушкин взял из вазочки ещё одну конфету.

Договорившись о том, что завтра студент отправится на разведку в офис Блюмма, Антон с полицейским двинулись к выходу.

— Добрый ты парень, Антон Савушкин. В наших каменных джунглях такое сердце, конечно, редкость, — сказал полицейский, когда они прощались у подъезда. — Но обладателю его тяжело.

— Думаете, надо было отказать Светлане в этот раз? — нахмурился студент.

Арбузов задумчиво посмотрел на паркующееся неподалёку такси.

— А кто бы знал, как оно лучше? Все мы хороши задним умом.

— Это да. Если бы я матаном больше интересовался… Наверное, и не было бы ничего, — протянул Антон.

— Ладно, пошёл я. Вам удачи в поисках злодея. — Капитан махнул на прощание и побрёл к припаркованному полицейскому авто.

Антон проследил, как машина тяжело накренилась под весом Арбузова, хлопнул себя по карманам, проверяя, всё ли на месте, и двинулся в сторону метро.

На следующее утро Антон открыл глаза в половину одиннадцатого. Прислушался, блаженно улыбнулся, вытянувшись на продавленном диване. Пара минут блаженства — и одеяло полетело в сторону, Савушкин взял телефон. Сообщения на экране сообщали о двух пропущенных. Один вызов от Сергея Самуиловича, парень смахнул, не глядя. Второй заставил его присесть. Звонила мама.