Я поднял руки, дабы успокоить нервничающего охотника.

— Ты же сам понимаешь, что просто выйти к городу я не могу, а искать там работу, не будучи чьим-то рабом и подавно.

Рон выдохнул и принялся шагать взад вперед. По его лицу я видел, что идея помогать мне в трудоустройстве он совсем не хотел, скорее опасался за собственную жизнь. Настало время для козыря. Я бухнул на землю кошель с монетами разного номинала. Золотых там было с десяток, остальные серебряные и медные.

— Здесь деньги. Не только тебе — заплатишь тому, кто согласится нас выслушать. Мы с тобой и так по уши в эльфийском дерьме, но приказывать тебе я больше не могу. Поэтому заключаю обоюдовыгодную сделку.

Рон присел, развязал тесёмку и замер. Черт, похоже отсыпал я действительно приличный капитал. Ну да ладно, не отбирать же у него деньги? Он прикрыл мешок ладонью и снова посмотрел в сторону поворота, за которым скрылась телега.

— Я только передам слова. Просто скажу где вас искать и на этом все. Я не хочу проблем для семьи. — он твердо посмотрел мне в глаза. И я не увидел во взгляде этого человека страха, лишь непоколебимую решимость защищать свое.

Я не стал спорить, просто кивнув. Рон тоже серьезно кивнул, затянул кошель и спрятал под куртку. Он старался не показывать, но своим обостренным восприятием я чувствовал, что натянувшаяся в нем до предела струна медленно расслабилась. Руки его едва заметно подрагивали.

— Что именно сказать нанимателям? — спросил Рон, проверив, что кошель спрятан надежно.

Я прикинул варианты текста. Правду им знать было незачем. Достаточно двух молодых великанов, которые понимают общий язык, способны выполнять договор и хотят работать. Это я и сказал Рону. С происхождением таких молодчиков охотник должен был разобраться сам. Все таки это он здесь коренной житель империи, да и раньше у него получалось складывать вполне убедительные легенды.

В итоге мы сошлись на том, что Рон расспросит своего родственника и заглянет в наемничьи и охранные дома. На это требовалось время: сначала нужно было добраться до дома, устроить семью и понять, куда вообще идти. Мы договорились, что встретимся через пару дней в условленном месте и даст все расклады.

Рон выбрался из кустов и побежал догонять свою повозку. Я вытянул шею и улыбнулся, смотря на неуклюжий бег. Это мне кошель казался легким, Рона он солидно перекашивал при движении. Я выдохнул. Да, воистину невозможно предугадать с кем и как тебя сведет судьба. Я когда-то спас немолодому охотнику жизнь, а теперь заплатил за то, чтобы он поучаствовал в спасении моей, если и не жизни, то судьбы точно. Хмыкнув, я пошел обратно.

Рональд бежал к телеге с родными и только одна мысль вертелась у него в мозгу. Когда же этот неправильный великан уже убьется о чей-нибудь клинок? Либо он сдохнет, либо Рон, от того, что Борг втянет его в еще какую-нибудь смертельно опасную передрягу.

К укрытию я вернулся после заката. Игорь встретил меня на краю ямы с копьём в руке. Я рассказал о встрече с Роном и отданном золоте, одновременно проверяя вещи. Ничего не пропало. Игорь выслушал, вытащил из бочки последнюю связку рыбы и принялся снимать верёвку.

— Он теперь знает, что мы здесь. — недовольно прогудел брат.

— Точного места я не показывал.

— Нельзя доверять низкорослым. — Игорь покачал головой. — Но этот вроде бы честный.

— Мне тоже так кажется, хороший он мужик. — согласился я.

Игорь перевернул опустевшую бочку, выбил ладонью дно и начал ломать обручи. Вскоре от неё осталась груда досок. Часть мы закопали в мокрой глине, остальное разбросали по зарослям вдоль ручья. После этого перенесли вещи в другую промоину, дальше от дороги и назначенного места встречи.

Следующие пару дней мы провели в новом укрытии, снова начав пухнуть от голода и ожидания встречи. Ночью я все же не выдержал и сбегал до ближайшей деревни, стащив из парочки дворов несколько куриц, правда пришлось выходить из реки, да передвигаться ползком, чтобы не оставлять следы ненормально огромных стоп. Куриц я убивал камнями, благо меткость позволяла. Наследил, конечно, знатно, но зато по этим следам было совершенно непонятно кто и откуда пришел. Вряд ли из-за пары тройки куриц будут поднимать вой.

Все остальное время мы наблюдали за окрестностями. За холмами слышались колокола, крики погонщиков и тяжёлый грохот, который повторялся через равные промежутки времени. Возможно, работала большая кузница или какая-то местная машина. Запах свежего хлеба к вечеру стал настолько сильным, что Игорь несколько раз выбирался наружу и смотрел в сторону города.

К оговоренному месту я пришел заранее. Это была одинокая ива, стоящая у каменистой канавы, бывшей когда-то придатком Кровавой реки. По её дну можно было подобраться к дереву, не показываясь с дороги. Я осмотрел следы, проверил заросли на обоих берегах и устроился ниже по течению. Если Рон приведёт людей, сначала я хотя бы узнаю их количество.

Он появился незадолго до темноты. Пришёл один, без оружия кроме прежнего ножа, и остановился возле ивы. Несколько минут переминался с ноги на ногу, затем сел на торчащий корень. Я не спешил выходить. Ветер тянул от него, и кроме лошади, дыма и множества человеческих запахов, налипших на него за день в городе, ничего подозрительного я не почувствовал. На краю видимой с моей позиции местности никто не двигался. Рон уже начал нервно оглядываться, когда я бесшумно поднялся из канавы. Он вздрогнул, но на этот раз за нож не схватился.

— Я поговорил с родственником, потом сходил к двум постоялым дворам, где нанимают охрану, но никто даже слушать не стал. — по мере его слов я начинал все больше хмуриться. Рон это заметил и ускорился.

— Но один человек всё-таки согласился передать слова командиру наемничьего отряда, которые как раз искали крепких воинов штурмовиков. Завтра после полудня они пришлют кого-нибудь к старой угольной шахте западнее дороги. Только встретиться, про найм пока речи не идет.

Он присел и нарисовал на влажной земле развилку, край поля и нужную шахту. До неё было около двух часов хода по оврагам. Место выбрали люди: открытое, без густого леса вокруг. Подойти незамеченными мы не сможем, зато и устроить засаду вблизи будет сложно.

— Они придут вооружёнными, — продолжил Рон. — И захотят увидеть обоих. Если заметят обман или магию, стрелять будут сразу. Я сказал, что вы разумны, понимаете речь и можете соблюдать договор.

Я запомнил карту и затёр её ладонью.

— Спасибо, ты выполнил свою часть сделки. Надеюсь, эти ребята окажутся адекватными. — выдохнул я, вспоминая эльфов.

— Я слышал только хорошее, но слухам верить не стоит. — осторожно предупредил Рон.

— Ну если все получиться, зайдем к тебе с братом на новоселье. — улыбнулся я.

— Э…

— Да ладно, я все понимаю, это шутка, расслабься Рональд.

Игорь ждал в новом укрытии, положив копьё поперёк колен. Я пересказал условия встречи и предупредил, что представитель отряда наверняка придёт не один. Брат выслушал, проверил крепление наконечника и придвинул ко мне свёрток с оружием. Я лишь покачал головой, оружие бы только помешало. До судьбоносной встречи оставалось чуть меньше суток.

До старой угольной шахты мы отправились налегке. Всё оружие, включая копьё, ножи и эльфийский клинок, осталось в промоине под двумя слоями глины и вывороченным кустом. Сверху Игор натаскал камней, восстановил осыпавшийся край и даже вернул на место сухие стебли, которые пришлось выдернуть. Если не знать, куда смотреть, то отличить тайник от остального склона было невозможно.

Брать оружие на встречу я не собирался. С собой я взял три кошеля и тонкий дневник Кэлиона в потёртой кожаной обложке, что я нашел среди бумаг в дорожном ларце. В отличие от запечатанных бумаг, на обложке не было ни герба, ни имени владельца. Я всё ещё тешил себя надеждами, что внутри скрываются магические тайны или хотя бы другая полезная информация. В Райсе впервые появлялся шанс найти человека, способного прочитать записи, а в сыром тайнике книга могла за несколько дней превратиться в один слипшийся кусок.