И ежу было понятно, что мы все — таки решили ограбить этот речной порт. Жрать уже хотелось так сильно, что я и сам начал поглядывать на ляшки впереди лежащего Игоря. Где-то читал, что самая питательная часть в человеке — это бедро. У великана оно вероятно было еще питательней. Можно было откусить кусочек, а там бы оно и само отросло. У нас же есть регенерация, правда? Я помотал головой, вытряхивая крамольные мысли. Нет, ограбить склад было просто необходимо.
Со стороны суши к складу было не подойти. Гребанная псина лежала у ворот и вообще не спешила куда-либо уходить. Зато речную сторону она проверила один раз и больше к воде не спускалась. В добавок ко всему, ветер дул как раз в сторону реки. Я проследил за обходами сторожа. До рыбного склада он доходил примерно через одинаковые промежутки. Останавливался возле погрузочной двери, дёргал ручку, светил под причал и возвращался во двор. Второй человек почти не вставал. Несколько раз задремал, роняя подбородок на грудь, но все — таки просыпался, хлопая себя по щекам.
Я пальцем провел линию от леса к воде. Потом указал на тёмную полосу камыша выше порта и перенёс палец вниз по течению, к заросшей заводи. Подойти по воде, а после кражи спустить добычу ниже причала и выбраться там, где течение прижимается к нашему берегу. Согласовав план, мы кивнули и отползли в кусты. Перед тем как лезть в реку, мы отнесли вещи к заводи, куда должны были выбраться с едой. Пришлось сделать большой круг по лесу, но это было необходимо. Копьё, плащи, бумаги и большую часть оружия спрятали под вывороченными корнями. Вернувшись на прежнее места, я проверил обстановку. Порт оставался спокойным, а сторожа ничуть не поменяли маршруты. Собака лежала все там же.
Игорь положил ладонь на рукоять своего ножа. Я накрыл его кисть своей и покачал головой. Людей не трогаем. Он посмотрел в сторону порта, затем разочарованно убрал руку с ножа. Больше обсуждать было нечего.
Вода оказалась холодной. Мы как могли тихо переплыли реку, что заняло несколько минут, все таки она была довольно широкой. Течение отнесло нас чуть вперед, но это все было в рамках плана. У берега вода доходила мне до пояса, местами поднимаясь до груди. Дно под ногами то проваливалось в ил, то било по пальцам скользкими камнями. Игор шёл позади. Мы двигались медленно, стараясь не издавать много шума. Наконец через заросли прибрежных кустов я заметил отсветы фонарей. До первых свай оставалось шагов двадцать, когда откуда-то сверху раздалось легкое поскуливание.
Я замер. Игор остановился сзади, вода доходила ему почти до подбородка. Свет фонарей изрядно мешал разглядеть что происходит на причале. Все таки ночное зрение должно работать ночью. Я слегка расшевелил энергию возле глаз. Картинку тут же стала отчетливей, а зрение обострилось. На причале стояла собака и смотрела в нашу сторону. Стоило мне посмотреть на нее, как она тут же сжалась и поскуливая отошла назад.
— Вел, что это с ней? — к причалу вышел один из сторожей и потрепал перепуганную собаку по холке.
— Да хрен ее знает. — зевая, ответил соня. — Может какую тварь в воде заметила, ты же знаешь, они иногда пробираются через северную платину.
— Ага, помню по весне моему кузену одна пол задницы чуть не откусила. — хохотнул первый.
— Привяжи ее у ворот, пусть там лежит, не дай Гарон еще убежит, а то заманаемся ее искать.
— И то верно. — молодой сторож ухватился за ошейник и повел пса вглубь порта.
Оставшийся на причале мужчина умиротворенно посмотрел на воду, а затем повернулся к нам. Я затаил дыхание. Да нет, не мог же он нас заметить? Даже пес не мог это сделать, скорее инстинктивно почуял хищников.
Внезапно сторож смачно харкнул и с усилием плюнул во тьму. Харчок с отчетливым шлепком угодил прямо в лысину Игоря. Матерь Божья! Я погрузился в воду и беззвучно заржал, пуская пузыри и глотая забивающуюся в рот воду. Успокоившись, я вынырнул и посмотрел на брата. Видно было, что тот готов порвать на куски пузатого сторожа с поразительной длинной плевка. Вернув внимание к причалу, я заметил, что сторож уже ушел. Похоже этот выстрел все таки был случайностью и он нас не заметил.
Мы еще немного подождали, а потом продолжили двигаться вдоль берега. Под причалом было темно. Доски слегка поскрипывали, когда по ним проходил охранник. Сторож дошёл до погрузочной двери. Дёрнул ручку, постоял, лениво посветил под настил. Луч прошёл по воде в двух шагах от моего лица. Потом доски заскрипели в обратную сторону. Я досчитал до ста и вылез на причал.
Погрузочная дверь состояла из толстых досок, стянутых железными полосами. Снаружи висел приличный замок. Не знаю из какого железа он был выкован, но толщина дужек давала понять, что взломщикам придется изрядно потрудиться, чтобы сломать его. Человеческим взломщикам. Я просунул большие пальцы внутрь дужек и влил энергию в руки. Мышцы вздулись от нагрузки и металл начал поддаваться. Перехватившись, я вновь напрягся и с щелчком вырвал дужку из пазов. Вроде бы даже и не нашумел.
Из темноты возле конюшни раздался удар. Потом второй. Будто кто-то долбил камнем по железу. Я оглянулся, Игоря сзади не было. Да твою то мать! Раздался лай собаки. Удары прекратились, а из-за поворота на меня выбежал Игорь с камнем в руках и вытаращенными глазами.
— Какого хрена ты творишь? — злобно прошипел я, одновременно сбрасывая замок и раскрывая створки ворот.
По хорошему надо было бежать, но после задействования магии голод еще больше усилился. Надо было взять хотя бы что-то!
Вдоль стен стояли бочки в два ряда. Под потолком висела копчёная рыба. На полках лежали тёмные круги хлеба, мешки, корзины с сушёными корнями. В дальнем углу громоздились ящики, пахнущие мукой и горохом. Все это я отмечал не задумываясь, основное мое внимание было направлено на звуки. Точнее шаги. Они приближались. Плюнув, я активировал ярость. Волна силы ударила по телу, вышибая посторонние мысли. Голод усилился, а я отчетливо ощутил скопления живых существ, что уже приближались к складу. Я даже не удивился новой сенсорной способности, лишь схватил бочку и понесся на выход. Игорь было хотел что-то сказать, но я лишь подхватил его подмышку и побежал дальше. Доски жалобно трещали подо мной. Парочка даже сломалась, отчего я чуть не упал, спасибо ускоренному восприятию. Сзади уже слышались крики людей. Сука, как только выберемся, я Игорю таких пиздюлей выпишу, неделю ходить не сможет!
Оттолкнувшись от края причала, отчего толстое боковое бревно с хрустом сломалось, я полетел навстречу темной глади реки. Бульк получился поистине титаническим. Глубоко в воду я не ушел, бочка почти сразу потянула к поверхности. Заработав ногами, словно моторная лодка, я быстро начал отдаляться от берега, на котором уже началась нехилая суета. Проплыв по течению двести метров за чуть меньше, чем минуту, я погасил ярость. Игорь отцепился от спины, перехватил бочку и поплыл к заранее оговоренному месту. Как пить дать баллы перед поркой нарабатывает. Нет, братец, на орехи тебе достанется в любом случае. Переведя дыхание, я поплыл следом. Кажись пронесло. Меня никто не заметил, но вот наследил я знатно. Если вырванный с корнем замок еще можно было списать на обычную кражу, но вот сломанные от шагов доски… Я даже не знаю как люди это будут объяснять, великанов то здесь не водилось.
До заводи со спрятанными вещами добрались через минут двадцать. Я нес бочку и жевал украденную рыбу, а голодный Игорь обиженно плелся следом, потирая распухшее от удара ухо. Внятного объяснения почему он решил долбить по двери камнем он не предоставил, но я догадывался, что голод и близость добычи просто на просто сорвали ему резьбу. Хорошо еще, что резать никого не побежал, опомнившись от лая собаки. Через час я закончил воспитательную голодовку и все же подпустил его к рыбе. Ухо и обида тут же были забыты, отойдя на второй план. Наевшись до округлостей четвертого месяца беременности, он сыто рыгнул и обвел довольным взглядом округу, радостно щурясь. Однако наткнувшись на мою хмурую морду, он резко перестал улыбаться и опять потер уже не такое красное ухо. То то же!
