Мы вышли на балкон, и я смотрела на звёзды. Они были такими же, как в моём мире, но казались ближе.

- Знаешь, - сказала я, - я впервые чувствую себя дома. Здесь. С тобой.

- Это потому что ты дома, - ответил он. - И ты не уйдёшь.

- Не уйду, - пообещала я.

Мы стояли, обнявшись, и я чувствовала, как внутри разливается тепло. Война была позади. Впереди - мирная жизнь. И я была готова к ней.

Потому что у меня были формулы, кристаллы и этот невыносимый, красивый, мой эльф.

И это было всё, что мне было нужно.

После победы над Мортейном в эльфийском мире наступил мир. Настоящий, долгожданный, скучный. Я бы даже сказала - слишком скучный для того, кто привык постоянно решать проблемы, паять генераторы и уворачиваться от тёмных эльфов. Теперь моя жизнь превратилась в бесконечную череду Совещаний, приёмов и дипломатических встреч. Я чувствовала себя не главным инженером, а декоративной игрушкой, которую выставляют напоказ.

- У меня нет сил на эту политику, - простонала я, падая на кровать в своей комнате после очередного заседания Совета, на котором обсуждали, как правильно пересаживать лунные лилии. - Я строю генераторы, а они хотят, чтобы я решала, какой оттенок зелёного лучше для праздничных флагов. Я что, дизайнер?

- Ты - Избранная, - улыбнулся Эриандиль, садясь рядом. - Это твоя обязанность.

- Моя обязанность - делать мир лучше, а не выбирать шторы, - буркнула я, переворачиваясь на спину и глядя в потолок. - Знаешь, что меня сейчас волнует? Не флаги. Волнует то, что я старею, а ты - нет.

Он замер. Я почувствовала, как его тело напряглось.

- Что ты имеешь в виду? - спросил он тихо.

- То, что ты слышал, - я приподнялась на локтях и посмотрела на него. - Тебе пятьсот лет. Ты выглядишь на тридцать. Я - человек. Мне тридцать три. Через двадцать лет я буду старухой, если вообще доживу до этого возраста, учитывая, что у нас тут нет нормальной медицины. А ты будешь всё таким же красивым. И каково это - любить женщину, которая превращается в развалину?

Он молчал, глядя на меня, и в его глазах я видела боль.

- Мне плевать, как ты выглядишь, - сказал он наконец. - Я люблю тебя не за внешность.

- Конечно, ты любишь меня за мой острый язык, - усмехнулась я, но внутри всё сжималось. - Но я серьёзно, Эриандиль. Я умру, а ты останешься. Это несправедливо. И я не знаю, как с этим жить.

Он взял мою руку, сжал её.

- Я не отпущу тебя, - сказал он. - Мы найдём способ. Мы - победили тёмного лорда, мы создали генераторы, мы изменили этот мир. Мы обязательно найдём способ, чтобы ты жила дольше.

- Дольше - это не навсегда, - я вздохнула. - Даже если я проживу сто лет, это всего лишь миг для тебя.

- Тогда я буду наслаждаться каждым мгновением, - сказал он, и в голосе его была такая решимость, что у меня защипало в глазах. - Я не буду думать о конце. Я буду думать о том, что сейчас ты здесь. Со мной.

Я хотела ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого я притянула его к себе и поцеловала - долго, глубоко, как будто хотела запечатлеть этот момент в своей памяти навсегда.

На следующий день я решила заняться проблемой бессмертия с научной точки зрения. Я уединилась в лаборатории и начала изучать древние эльфийские манускрипты, которые Лианель принесла мне по моей просьбе. Там были описания ритуалов, эликсиров, артефактов - всё это обещало вечную жизнь, но с большими оговорками.

- Так, - бормотала я, перелистывая страницы, исписанные витиеватым эльфийским шрифтом. - Вот здесь написано, что кристаллы можно использовать для замедления метаболизма. Если настроить их на определённую частоту, они создадут поле, которое замедляет клеточное старение. Это же гениально!

Я начала экспериментировать. Настроила кристаллы, подключила генератор, создала поле. Села в центр, чувствуя, как прохладная энергия обволакивает моё тело. Вроде бы никакого эффекта. Но я провела замеры - мои клетки действительно стали делиться медленнее. На два процента.

- Прогресс, - сказала я самой себе. - Маленький, но прогресс. Если я смогу увеличить эффективность до пятидесяти процентов, я замедлю старение в два раза. Это даст мне ещё как минимум пятьдесят лет.

Когда Эриандиль нашёл меня в лаборатории, я сидела среди кристаллов и чертила схемы, чувствуя себя безумным учёным из фильмов ужасов.

- Что ты делаешь? - спросил он, подходя ближе.

- Я ищу способ жить дольше, - ответила я, не отрываясь от расчётов. - Я нашла метод, который замедляет метаболизм. Если я смогу настроить генератор на правильную частоту, я проживу как минимум до восьмидесяти, а то и до девяноста лет. Это не вечность, но больше, чем у обычных людей.

- Ты рискуешь, - сказал он, и в его голосе послышалась тревога.

- Я всегда рискую, - я отложила карандаш и посмотрела на него. - Но это стоит того. Я не хочу умирать. Я хочу быть с тобой. Как можно дольше.

Он подошёл, обнял меня со спины, положил подбородок на моё плечо.

- Ты необычная, - прошептал он. - Ты нашла способ обмануть время.

- Я - физик, - улыбнулась я. - Мы обманываем время каждый день. Это наш хлеб.

Но внутри я понимала, что даже замедление старения - это не решение. Рано или поздно я всё равно умру. А он останется. И это знание давило на меня, как гравитационный коллапс.

Вечером мы сидели на балконе моей башни, глядя на звёзды. Я чувствовала, как его рука лежит на моей талии, и мне казалось, что время застыло.

- Эриандиль, - сказала я, - если я умру, что ты будешь делать?

- Я не хочу думать об этом, - ответил он, и я почувствовала, как его пальцы сжимаются.

- Но это неизбежно, - я повернулась к нему. - Мне нужно знать, что ты будешь жить дальше. Что ты найдёшь кого-то другого. Что ты не будешь страдать вечно.

- Я не найду никого другого, - отрезал он. - Ты - моя истинная пара. Единственная. И если ты умрёшь, я буду ждать тебя в следующей жизни. И в следующей. И в следующей. Ты слышишь меня?

У меня перехватило дыхание.

- Ты - идиот, - прошептала я.

- А ты - моя идиотка, - ответил он и поцеловал меня, с такой страстью, что я забыла обо всём - о возрасте, о времени, о смерти.

Мы не пошли в спальню. Мы остались на балконе, под звёздами, и он любил меня долго, медленно, нежно. Я чувствовала каждое его прикосновение, каждый поцелуй, и хотела запомнить это навсегда.

- Я не хочу умирать, - прошептала я, когда он прижимал меня к себе.

- Ты не умрёшь, - сказал он. - Я не позволю.

- Ты не можешь управлять временем, - усмехнулась я.

- Нет, но я могу любить тебя так, что ты никогда не захочешь его отпускать, - сказал он, и в его голосе была такая уверенность, что я почти поверила.

Мы заснули на балконе, укрывшись его плащом, и я видела сон, в котором мы танцевали под звёздами, и не было ни конца, ни начала. Только мы.

На следующий день я снова ушла в лабораторию. Я решила, что если я не могу стать бессмертной, я хотя бы могу сделать свою жизнь максимально долгой. Я работала над генератором, который замедлял старение, и через неделю я добилась прогресса - мои клетки делились на сорок процентов медленнее.

- Теперь я проживу лет восемьдесят-девяносто, - сказала я, показывая результаты Эриандилю. - Это не вечность, но почти человеческая жизнь. С тобой.

- Я буду рядом, - сказал он. - Каждый день. До самого конца.

- Обещаешь? - я посмотрела ему в глаза.

- Обещаю, - он прижался губами к моей руке.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Я знала, что он сдержит обещание. И я знала, что я тоже сделаю всё, чтобы быть с ним.

Пусть я не бессмертна. Пусть у меня нет магии. Но у меня есть он. И это - лучшее оружие против времени.

Я знала, что Совет не оставит меня в покое. После того как я объявила о своём открытии - генераторе, замедляющем старение на сорок процентов, - старейшины собрали экстренное заседание. Без меня. Когда меня наконец пригласили в тронный зал, я уже чувствовала подвох. Они сидели полукругом, с лицами, выражающими торжественную скорбь, будто я уже умерла и они собрались на мои поминки.