Везу Юльку в ресторан напротив нашей конторы. Готовят тут сносно, я сам ем периодически. Но сегодня заказывать себе ничего не хочется. Смысл, если у Юльки дома полный холодильник вкусной еды? До дома потерплю. Беру себе какой-то кофе и смотрю на то, как ест Юля. И опять она молодец. С аппетитом сметает первое, второе и десерт. Ещё и салат просит.
— Я всегда много ем, когда нервничаю, — смотрит на меня жалобно.
— Оправдываешься, что ли? — удивляюсь.
— Просто… — мнётся. — Девушке некрасиво много заказывать…
— Денис такое сказал? — ржу. — Юль, не тупи. Хорошо, когда ешь нормально. Значит, со здоровьем всё нормально. И нет депрессии. И прочего барахла в голове. Ешь уже. Ты сколько до этого голодала?
— С тобой невозможно голодать, — кривится. — Ты постоянно закармливаешь.
Закармливаю. Ну. Потому что здоровый человек должен есть. И вообще, хорошо, когда есть еда. Надо пользоваться этим.
Смотрю в окно и вижу, что к конторе подъехал Жека. Вот ты и попался. Сейчас будем издеваться.
— Юльчонок, наелась? — смотрю на Юльку. — Если хочешь что-то ещё, бери, но постарайся быстрее. Нам надо Жеку воспитывать.
— Нет, я могла бы, конечно, спасти Женю… — улыбается. — Но в меня больше не влезет.
— Я тебе спасу, — фыркаю и зову официанта. — Юльчонок, смотри, — рассказываю наш план. — У нас в конторе есть спортзал, мы с тобой туда сейчас пойдём. Мне надо тренироваться, чтобы быть в форме. И так с тобой несколько дней дурью маялся. Жеке надо тренироваться, во-первых, потому что он — ленивая какашка и его на тренировки надо пинками загонять. Во-вторых, у него было ранение. Видела, хромает? Вот ему надо ногу разрабатывать. А он ленится и плохо делает упражнения. Я его заставляю, чтобы он не ленился и быстрее восстановился. А то всю жизнь будет хромать. Поняла?
Кивает.
— Молодец, — снова хвалю. Юлька сегодня меня радует. — Будем играть в надзирателя. Детям очень нравится эта игра. Я затащу Жеку в спортзал и загоню на тренажёры, а ты будешь следить, чтобы он не халтурил. Можно на него ругаться как хочешь. И кричать. И подбадривать. И мне жаловаться. Делай что хочешь, лишь бы занимался нормально. Договорились?
Юля кивает.
— Молодец, — завожу её в контору с заднего входа, откуда мы обычно ходим. — Стрелецкий!
Жека курит с охранниками у входа. Видит меня и пытается спрятаться, но не на того напал.
— Стрелецкий! — добавляю в голос агрессии, как дядя Ваня, когда гонял меня на тренировках. — Ко мне подошёл!
— Тёма, — Юлька вздрагивает. — Не надо так, Жене неприятно.
— С Женей только так и можно, — объясняю. — В принципе, в мужском коллективе. Лидирует тот, кто сильнее. Девочки между собой договариваются и плетут интриги. Мальчики бьют друг другу морды и соревнуются, кто круче, другими способами. Рявкаю на него — на подсознательном уровне даю понять, что я главный и мне надо подчиниться. Не буду рявкать — будет хромать постоянно.
— Тём, давай не сегодня, — Женя пытается заискивать, но не прокатит.
Беру его за куртку, тащу по ступенькам вниз в подвал, где у нас спортзал.
— Тём, нет! Ну пожалуйста! Я сегодня занимался! Давай сегодня не будем… Вот закончим дело, и я весь твой…
— Ты сколько утром занимался? — запихиваю ленивого придурка в зал. — Полчаса на расслабоне? А доктор тебе сколько сказал? Полноценная тренировка каждый день. Ну! — в последнее слово вкладываю максимум агрессии, чтобы взбодрить.
— Тём, я нормально занимался! — Стрелецкий пытается сопротивляться. Видимо, тупой. За столько лет должен был понять, что бесполезно.
— Я по твоей ноге вижу, как ты занимаешься, — запихиваю его в раздевалку. Оборачиваюсь к Юльке. — Юльчонок, на скамейке пока посиди. Или на матах. Я его сейчас переодену и тебе отдам.
Юлька хохочет. Это бодрит. Если Юле весело, значит, я всё правильно делаю и она со мной заодно.
— Я сам переоденусь, — Жека выставляет перед собой руки. — Знаешь, в такие моменты я тебя ненавижу!
— Это нормально, — соглашаюсь и тоже переодеваюсь. — Потом мне «спасибо» скажешь. Ездить в больницу у тебя времени нет, хотя Волков предложил оплатить реабилитацию. Ты что сказал? Лучше деньгами возьму премию, Лисе и Еве много всего надо.
— Артём, ты не понимаешь, но это больно, — доказывает мне Жека.
— Не понимаю, — соглашаюсь с ним. — Мне повезло. Мне пофиг, когда больно. Ты бы мог не лезть на рожон и спрятаться дома у Волковых, когда была опасность. Ты решил, что сам в состоянии защитить свою семью. Плати. Вот столько стоит быть сильным.
— Я и так нормально восстанавливаюсь…
— Да как ты достал!
Снова беру за шкирку и выпихиваю в зал. Смотрю, чтобы размялся.
— На выпады пошёл! — рявкаю, когда решаю, что достаточно. — Утяжелители бери. Я смотрю.
— Тёмочка, а ему можно с утяжелителями? — Юлька смотрит жалобно.
— Ему нужно, блядь, с утяжелителями! — кошмарю Женю ещё больше, чтобы не телился и не ленился. — Иначе в старости на инвалидное кресло он сядет! Специально Еву растит, чтобы она его на кресле лет через двадцать катала, да, Жек?!
— Да что ж ты за человек такой? — Юля прячет лицо у меня на плече.
— Как же я тебя ненавижу! — с чувством произносит Женя.
Глупые. То им кого-то жалко, то им больно, то им страшно. По факту только хуже себе делают.
— Жека, ты взрослый, практически здоровый мужик, — снова объясняю. — На тебе пахать можно. Тебе надо постоянно тренироваться. Чтобы быть сильным и здоровым. Нагрузка нужна всегда. На тело, на мозги. А ты уселся за свой ноутбук и ничего дальше своих фз-хз не видишь. Пошёл! Юльку слушайся, она контролирует.
Смотрю на то, как Жека надевает утяжелители.
— Смотри, в выпадах должен приседать максимально низко, но так, чтобы колено не касалось пола, — учу Юльчонка. — Минут пятнадцать на выпадах погоняешь, потом пусть идёт приседать. Утяжелители снимать не разрешай.
Смотрю, чтобы Жека качественно сделал первые пару раз, и иду к своим штангам. Такие веса у нас тягаю только я, поэтому мои стоят в сторонке.
Делаю пару упражнений для разминки и растяжки, иду поднимать. Форму я теряю, потому что тренировать боевые навыки в полную силу мне не с кем. Поэтому берегу то, что есть. В обычной жизни и этого вполне хватит.
— Женечка, ну ниже… — слышу, как ласково щебечет Юлька. — Давайте ещё немножко! У вас всё получится!
Она там охренела?
— Юльчонок, жестче его гоняй! — подсказываю.
Внутри свербит. Женечка, блин. Нашла Женечку.
На каких-то странных эмоциях поднимаю штангу и опускаю. Адреналин приливает. Стоп. Дядь Ваня учил, что на адреналине с весами работать нельзя. Опасно. А что меня кроет?
— Ну сейчас Артём придёт и будет ругаться, — снова уговаривает Юльчонок. — Надо просто немножко потерпеть. И садиться ниже. Ещё чуть-чуть! У вас всё получится!
Охреневшая, блин.
— Стрелецкий, не таи! — снова рявкаю. — Она со всеми так разговаривает. Добрая просто. У тебя Алиса есть.
— Я помню про Алису и очень её люблю, — шипит Женя. — У тебя как-то странно логика работает. Спасибо, Юля, ты очень помогаешь. Хоть кто-то нормально разговаривает.
— Давайте, ещё чуть-чуть. Просто немного потерпеть. А потом будете ходить и бегать.
— Да хрен он будет бегать, — поднимаюсь, потому что внутри всё бурлит. — Он дальше трёх метров только на машине ездит. Пешком ходить не заставишь.
— Тёмочка, — Юльчонок оборачивается ко мне, — ты нам мешаешь. Видишь, у Жени хорошо получается. Низко садится, не жалуется. Давай я по-доброму попробую его мотивировать.
Чего? Это им типа без меня лучше?
— Юльчонок, у тебя плохо получается, — решаю. — Он у тебя халтурит. Работает в полсилы.
Жека под шум волны делает выпады еле-еле, а добрый Юльчонок верит, что делает хорошо.
— Смотри, — показываю, как надо делать. — Одна коленка прямо, вторая максимально низко к полу, но его не касается. Так мышцы максимально напряжены и работают. А этот падает на вторую, отдыхает и потом поднимается. Жек, тебе вроде не семьдесят лет, чего как старик древний делаешь? У нас Ник, и тот лучше делает.
